Новая хозяйка собаки Баскервилей - Миронина Наталия - Страница 26

– Я предоставляю тебе полную свободу выбора. Отныне ты совершенно самостоятельно можешь решать вопросы, связанные с контрактами и гастролями. Ты не связана обязательствами с нашим агентством, но мы по-прежнему будем тебе помогать в любых спорных ситуациях.

Все это великодушие она, увлеченная и поглощенная своим чувством, воспринимала как должное. Ее мир был полон счастья и гармонии, а Вадим с его жертвенностью и благородством был лишь одной из составных частей этого мира.

Что из той жизни она запомнила, что решила сохранить в душе?

Свадьбу устроили в перерыве между первыми ее гастролями.

– Так уж получается, что мы будем подчиняться расписанию жены. Я – что? Я сижу за своим столом и бумажки перекладываю.

Юра скромничал – он делал головокружительную карьеру. Приятный в общении, умеющий убеждать и наделенный мужским обаянием, он чрезвычайно быстро находил общий язык с людьми.

– Юра в меня пошел. Он – человек светский, – говорила иногда его мать Варвара Сергеевна. К старшему, Вадиму, она относилась строго и предвзято. По ее мнению, Вадим был слишком мрачен и нелюбезен.

– Ты какую хочешь свадьбу? – Юра, улыбаясь, смотрел на нее, и Аля поняла, что, пожелай она сейчас банкет на Луне, – будет ей банкет. Но дело в том, что она вообще не хотела никаких торжеств – так ей надоело огромное количество людей, неизменно окружавших ее.

– Юра, я понимаю, что у нас родственники, друзья… Что они ждут этого события. Но… как бы сделать так, чтобы само торжество было… ну, как бы это сказать, поскромнее?

Говоря это, Аля с ужасом представляла, как надо будет отвечать на все шумные поздравления, разговаривать с многочисленными гостями, улыбаться и вообще целый день быть на виду. Это, в силу ее характера, было непривычно и мучительно неловко. И, пожалуй, главная причина – ей надоело делить Юру со всеми многочисленными родственниками. Не проходило дня без визита к Варваре Сергеевне, встречи с Вадимом, болтовни с Аней, самой младшей из семьи Спиридоновых. А еще были друзья, коллеги, многочисленные приятели.

– Я не могу больше, Юра! Я через два дня улетаю! Ты остаешься в Москве – можно хоть пару часов побыть без свидетелей! – Аля чуть не плакала.

Юра все понял, и, когда Аля улетела на гастроли, он все устроил так, чтобы свадебное торжество произошло в маленьком ресторанчике, который на это время закрыли для посетителей, а из гостей присутствовали только самые близкие люди – матери новобрачных, Вадим с женой и Аня. Впрочем, даже на маленьком пространстве Юра умудрился удивить размахом. Позвонив знакомым дизайнерам, он вкратце описал требуемое.

– Так, человек входит в ворота, – тут Юра указал на красивую чугунную ограду ресторана, – и сразу же попадает в волшебный лес. Под ногами трава, вокруг столетние дубы, кроны у них огромные, раскидистые…

Главное дизайнерское лицо понимающе кивало головой, ассистентка держала в руке диктофон, чтобы не пропустить ни одного слова этого выгодного клиента.

– У нас гостей будет не очень много, но торжества будут длиться два дня, и необходимо сделать так, чтобы, во-первых, никто не заскучал, а во-вторых, никто не устал.

– Анька уже сшила себе платье! – Юра звонил Але в Рим, где у нее должно было состояться еще два концерта. Аня, младшая сестра Юры, была свидетельницей со стороны Али.

– Красивое? – Аля как-то не очень интересовалась подготовкой, но сестра Юры была приятной и дружелюбной девушкой.

– Красивое, но твое – лучше!

Свадебное платье Аля заказала у московского дизайнера.

– Я хочу, чтобы оно было простое, но расшитое жемчугом. По подолу, больше ничего не надо, никаких украшений.

– Платье будет тяжелым. И дорогим.

– Пусть. – Аля проявила упрямство: почему-то этот жемчуг на белом шелке был ее свадебной мечтой. А еще она хотела маленькую шляпку.

– Аля, у тебя очень густые и длинные волосы. Надо будет сделать прическу, шляпка может не сесть, – убеждала ее мать.

– Она хочет шляпку – пусть будет шляпка, – смеялся Юрий, – пусть будет, разберемся потом с прической…

Шляпку изготовили, и надеть ее Аля не смогла. Прическа мешала. В самый последний момент она нашла белую гипюровую ленту и обвязала ею низкий узел волос, который был искусно уложен на шее.

– Ничего, шляпка не пропадет. Будешь ее носить в свадебном путешествии. – Юра загадочно улыбнулся, он так и не сказал, куда они отправятся после свадьбы.

Для второго дня свадьбы Аля приготовила голубоватое платье из тонкой парчи. Голубой цвет она носила редко – считала, что ей больше идут теплые тона. Но это платье приглянулось свежестью – парча переливалась и сверкала, словно льдинка на солнце. «Пусть будет голубое», – подумала Аля, купила платье и улетела в Рим. У нее там были запланированы выступления, после которых она должна была вылететь в Москву на собственную свадьбу.

«Одинокая невеста в Риме», – смеялась про себя Аля и целые вечера висела на телефоне – Юра каждый вечер отчитывался ей о московских событиях. Он говорил загадками, не желая выдавать свои сюрпризы.

– Ты меня не расспрашивай, все равно ничего не скажу… – отвечал он на все ее расспросы.

– А ты не дразни меня…

Аля засыпала с телефоном в руке, уже сквозь сон слыша ласковые слова, которые ей говорил Юра.

В последний день Аля пошла прогуляться по городу. Район старых палаццо был всегда оживлен. Аля любила здесь гулять – атмосферу города прочувствовать можно в жилых районах. Этим днем она пришла сюда, чтобы купить маме немного знаменитого сыра, который, впрочем, в Москве был в изобилии, но римский сыр – это римский сыр. Найдя знакомую улочку, она сделала несколько шагов и остолбенела. Этот магазин она до этого не видела, как и не обращала внимания на витрину. Впрочем, может, витрина и была, но не было в ней манекена в изумительном облегающем платье. Аля завороженно смотрела сквозь стекло, в котором отражалась она сама и узкая улочка. «Красивое», – выдохнула Аля. Она даже не могла понять, что именно так притягивало взгляд. Цвет – нежно-абрикосовый, тот самый, который считается «пудровым», словно светился. Но этот свет был теплым, мягким, волнующим. Сшито же оно было крайне просто – по фигуре, с чуть свободными короткими рукавами. На рукавах Аля заметила чуть-чуть блесток. Фактура ткани – очень широкий рубчик – напоминала широкий бинт, которым обернули женское тело. Оторваться от платья Аля не могла. Она зашла в магазин.

Ох уж эти итальянские торгующие матроны! Можно подумать, им покровительствует сам Гермес. Вот и эта тут же обрушила на Алю поток восклицаний, уверений и обещаний. Аля даже не успела ничего сказать, как манекен при помощи худого молодого человека вытащили из витрины, стащили с него платье и препроводили Алю в большую примерочную, напоминающую будуар. Только спального ложа там не хватало, а так было все – огромное резное зеркало, мягкие кресла на гнутых ножках, ковры, пуфики, столики и козетка. Аля, оглянувшись на звук закрываемой двери, только сейчас сообразила, что она ни слова не произнесла про это платье. «Она видела меня через стекло!» – догадалась Аля, пытаясь застегнуть длинную молнию.

– О синьора… – послышалось откуда-то сбоку, и появилась хозяйка, прошедшая сквозь стену. Во всяком случае, так показалось Але. Только приглядевшись, она поняла, что в стене есть потайная дверь, которую практически нельзя различить. Что-то восклицая, хозяйка помогла застегнуть платье, и Аля, пораженная, замерла перед зеркалом. Это платье было волшебным. Оно заключило фигуру в нежный, чуть поблескивающий футляр и превращало в золотую статуэтку. Но цвет этого золота был нежным и давал отблеск на лицо. Аля превратилась в богиню.

– О! – Итальянка театрально заломила руки, но в этом жесте была искренность. Аля и сама видела, что это платье ей очень идет.

– Сколько оно стоит?

– Дорого! Но такие вещи не могут стоить иначе, – итальянка улыбнулась.