Зона зла - Щелоков Александр Александрович - Страница 65

– Ну мужики у нас! – Она проворчала это со всей силой осуждения. – Даже бабу на спину повалить не могут!

Лукин с такой же быстротой огрызнулся:

– Потренируюсь, может, и получится.

На опушку, выломившись из кустов, выскочил душман. Он остановился, широко раздвинув ноги, и рубанул из автомата. Он не видел цели и даже не догадывался, что противник у него буквально под ногами, и палил только для устрашения – обычная глупость, свойственная необстрелянным новичкам.

Лукин скатился с Верочки, упал на бок и отсек три патрона в упор. Душмана отбросило в сторону. Ноги скользнули по росистой траве, тело опрокинулось на спину, нога в большом ботинке с потертой подошвой оказалась у самого лица Верочки. Только теперь Верочка по достоинству оценила грубость Лукина, которую поначалу восприняла с такой сердитостью.

Она поднялась, сняла затвор с предохранителя, быстро шагнула в кусты. В чаще орешника увидела второго душмана. Тот лежал, согнувшись крючком, уткнувшись лицом в землю.

Проходя мимо Лукина, Верочка задела его плечом.

– Спасибо, Алеша…

Лукин бросил на нее быстрый взгляд:

– А ты, мать, мягкая…

Крюков легко понял, что группа вышла во фланг позиции тех, кто готовил им встречу. Иначе появление в глухой горно-лесистой местности вооруженного подразделения, которое устраивает засаду, объяснить было нельзя. Обращала на себя внимание тщательность маскировки, с которой солдаты укрыли огневые точки, а также количество боеприпасов, приготовленное на случай боя.

Двадцать минут «спецы» наблюдали за противником, пока не раскрыли его позицию.

Вглядываясь в расположение засады, Крюков обнаружил ее главную слабость. Точно не зная, с какого направления появится противник, командир моджахедов расположил отряд фронтом на запад и подставил свои фланги под удар.

– Заходим с тыла, – подал команду Крюков. – Пошли. Все разом!

Лукин ударил длинной очередью по ближайшему душману, залегшему у корней векового дуба. «Хеклер и Кох» в бешенстве дернулся. Латунные стаканчики стреляных гильз вылетели вправо вверх, ударились о камень, торчавший из земли гнилым зубом, глухо зазвенели. Этот звук показался Лукину неожиданным, и он на миг отвлекся, чтобы посмотреть, откуда исходит звон. Все пули, выпущенные прицельно, попали в противника. Они легли кривой строчкой поперек спины, оставив на ней кровавый след.

Из-за кустов кизила на проплешину выскочил автоматчик и обалдело закрутил головой. Он не знал, откуда ждать опасность. Ничего не заметив, душман повел оружием и полоснул очередью трассирующих пуль по подлеску. На Лукина посыпались листья и ветки, срезанные с кустов. Возьми противник прицел чуть пониже…

Демин, двигавшийся левее Лукина, выстрелил в моджахеда, который в рост стоял, укрываясь за стволом вяза. Демин не сомневался, что попал, но человек не упал. Он повернулся на пятках и побежал туда, откуда в него стреляли. Демин хотел дать вторую очередь, но не успел. Душман остановился и тут же рухнул вниз лицом.

С правого фланга ударили автоматы Крюкова и Мишина. Им ответили. Завязалась перестрелка. Лукин выскочил из-за камня, за которым залег. На всякий случай быстро поменял рожок магазина, хотя в старом еще оставались патроны. Перебегая от дерева к дереву, поспешил в ту сторону, где воздух пороли автоматные строчки. Поспешность едва не привела к несчастью.

Когда Лукин пробегал мимо толстенного вяза, из-за его ствола вывернулся душман. Он вскинул оружие. Демин заметил рывок Лукина и подстраховал его. Находясь в двух шагах от противника, он приподнял автомат над головой так, чтобы очередь пошла круто вниз. Рванул спусковой крючок. Пули, врубившиеся в поясницу душмана, распотрошили живот, превратив внутренности в кровавое месиво…

Зоран, раненный в руку, остался в живых один. Он стоял перед русскими, стараясь определить, кто из них старше по положению, выбирая между Крюковым и Лукиным. Ему показалось, что если правильно угадать командира, то проще будет выторговать жизнь.

Обратился к Крюкову:

– Господин! Я здесь не самый главный. Вот он – наш начальник. – Зоран кивнул в сторону Вуячина, лежавшего ничком рядом со своим псом. – Он.

Мишин шагнул поближе, встал позади пленного и подколол его ножом в ягодицу.

– Лаж. – Он зло произнес легко запомнившееся слово. – Ложь!

Зоран понял: оправданиям никто не поверит. Диверсанты – жаль они их не перестреляли, – знают, кто был командиром и чьи приказы исполняли остальные. Понял и мгновенно изменил тактику:

– Господин, я знаю, кто издайник-предатель. – Чтобы сообщение прозвучало более весомо, уточнил по английски: – Трейтор…

– Меня это мало интересует. – Крюков смотрел на Зорана с холодным безразличием. – Пусть такими делами занимается контрразведка.

– Господин! – Зоран сыграл ва-банк. Ему хотелось, чтобы русские клюнули и хоть на мгновение расслабились. Если удастся их заинтересовать, отвлечь внимание, он попытается бежать. Эти места Зоран знал давно и хорошо. В пяти метрах за его спиной кусты прикрывают трехметровый обрыв. Спрыгнешь в него и окажешься в извилистом овраге. Небольшой, но все же шанс… – Господин! Я скажу. Это капитан Илич. Он вас сдал. Мне приказали встретить отряд и уничтожить…

– Меня это мало интересует. – Крюков сплюнул и посмотрел на Лукина. – Что будем делать с этим?

– Он еще нужен? – Мишин спросил спокойно, не повышая голоса. Крюков бросил на него быстрый взгляд.

– Думаю, нет.

– Иди. – Мишин рукой подтолкнул Зорана. – Шагай!

Зоран от неожиданности вздрогнул. Это была удача. Его направляли в сторону оврага. Еще два шага… теперь один… Зоран оттолкнулся ногой, пытаясь прыгнуть через кусты. Но он опоздал. Острое жало ножа, блеснувшее в руке Мишина, вошло под левую лопатку…

– Уходим! – Крюков даже не посмотрел в сторону упавшего Зорана.

Они сразу пошли ускоренным шагом.

Вскоре Верочка заметила, что Лукин прихрамывает. Подошла сзади, тронула за локоть.

– Что с ногой?

Первая реакция мужика, когда его о болячке спрашивает женщина, – отрицание.

– А! – Лукин отмахнулся. – Ерунда!

Именно это побудило Верочку отнестись к делу серьезно. Она хорошо помнила, чем кончалось в подобных случаях бодрячество Анисимова. Он мог таскать с собой болезнь до тех пор, пока та не валила его с ног. Затем приходилось лечиться, устраняя осложнения.

На первом же привале, когда они присели отдохнуть и отдышаться после крутого подъема, Верочка подсела к Лукину.

– Ну, сердечный, показывай, что с ногой.

– Все нормально. Ничего не надо.

Верочка обернулась к Крюкову.

– Командир, могу я применить насилие?

Все заулыбались весело. Лукин – растерянно.

– Покажи ей ногу, Алексей. – Крюков не просил, он по-командирски требовал. – Под мою ответственность. Она тебя не укусит.

Лукин со вздохом задрал штанину. Коленную чашечку и голень украшала длинная свежая ссадина.

– И это называется нормальным? – Верочка смотрела на Лукина насмешливо.

– Ты хуже мальчишки, Лукин. Все еще боишься йода?