Тень спрута - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 37

— Заходите! — услышал Макаров, и дверь со скрипом отворилась. Маркс сидел за Т-образным столом из полированного гранита, развалившись в громадном кресле. Увидев Макарова, он подался вперед, и кресло мелодично заскрипело, подстраиваясь под новую позу своего седока. — Ну, как успехи?

— Взорван песчаными демонами, — доложил Макаров.

— Прогресс налицо, — удовлетворенно отметил Маркс. — Можно переходить к делу! Итак, вы просите перевести вас в группу Астархана Аль-Муххаримжани?

— Ну да, — кивнул Макаров. — Они же космические корабли испытывают! А я с детства мечтал в космос полететь.

— Значит, подземоходы и бэчеэры вам не понравились? — улыбнулся Маркс. — Ну что ж, договорились. Только хочу сделать вам одно замечание.

Макаров виновато опустил глаза:

— Честное слово, я не хотел! Сам не знаю, откуда эта морковка взялась…

— Так уж и не знаете? — покачал головой Маркс. — Ни разу в жизни снеговика не видели?

Макаров тяжело вздохнул и опустил голову.

— Впрочем, — сказал Маркс, — речь не о морковке. Вы обратили внимание, чем ваше последнее испытание отличалось от предыдущих?

Макаров пожал плечами:

— Много чем отличалось. Например, на нем Глебова присутствовала.

— Я о другом, — улыбнулся Маркс. — Испытывая бэчеэров, вы реализовали заранее продуманный план. И он сработал.

— Ну да, — согласился Макаров. — И что из этого следует?

— Из этого следует, — Маркс подался вперед, заставив кресло буквально застонать от натуги, — что ваш талант испытателя заключается не только в способности вызывать «резонанс Макарова». Вы обладаете достаточно оригинальным и нешаблонным мышлением!

— Я?! – Макаров даже попятился.

— Вы, вы, — утвердительно кивнул Маркс. — И не пытайтесь уйти от ответственности! Будьте готовы к тому, что в группе Астархана от вас в первую очередь потребуют оригинальных идей, а уж только потом — боевых действий. Вот такое вам мое руководящее замечание!

— Спасибо, что предупредили, — пробормотал Макаров, почесывая затылок. — Значит, думать придется?

— Придется, — кивнул Маркс. — Боюсь даже, что пока вы что-нибудь дельное не придумаете, Астархан вас даже в космос не выпустит. Зверь, а не человек, когда до дела доходит!

— Понятно, — уныло произнес Макаров.

— У меня все, — сказал Маркс и многозначительно посмотрел на дверь.

— Разрешите идти? — сообразил Макаров.

— И побыстрее, — кивнул Маркс. — Астархан нервничает.

Макаров послушно повернулся, вышел в послушно открывшуюся дверь и повернул направо, в сторону лаборатории Астархана. Появившийся прямо перед ним слабо светящийся прямоугольник заставил Макарова испуганно отшатнуться.

— Смелее, смелее, — услышал он голос Астархана, звучавший откуда-то сверху. — Нет у нас времени на ваши пешеходные прогулки!

Макаров пожал плечами и шагнул через телепорт.

Астархан стоял в центре большого зала, еще вчера заставленного журнальными столиками вперемешку с разномастными космическими роботами. Сегодня зал был практически пуст, и собравшиеся в нем коллеги Астархана вынуждены были проводить намеченное заседание стоя.

— Доброе утро, — сказал Макаров, оглядевшись. Увидев в зале несколько знакомых лиц, он приветливо улыбнулся, а потом, спохватившись, представился. — Павел Макаров, испытатель первого ранга!

— А это они, — ответил Астархан и небрежно махнул рукой. Над головами присутствующих зажглись овальные таблички с именем, рангом и должностными обязанностями. Сам Астархан назывался просто — Астархан, 112 ранг, начальник. Подняв голову, Макаров обнаружил, что его собственная табличка гласит: «Павел, 1 ранг, генератор неприятностей». — Познакомились? Тогда к делу. Нам предстоит испытывать вот это!

2.

Астархан повернулся вполоборота и показал на широкий подиум у себя за спиной. Воздух над подиумом помутнел, сделавшись похожим на глыбу грязного льда, а потом с резким хлопком покрылся трещинами и осыпался вниз, открывая взору лежащий на боку здоровенный цилиндр.

— Перед вами, — сказал Астархан, приподнимая правую руку, — первый в истории Звездной России боевой звездолет.

Следуя за медленным движением его руки, звездолет оторвался от поверхности подиума и поднялся в воздух, зависнув на метровой высоте.

— Да, да, — продолжил Астархан. — Вы не ослышались! Это — боевой звездолет, предназначенный для захвата и уничтожения вооруженных формирований потенциального противника. Более того, этот звездолет уже прошел все предварительные испытания и признан годным к использованию в условиях реального пространства. Он даже получил собственное имя — «Рифей» — и внесен под этим именем в Галактический Регистр. Но «Рифей», — Астархан поднял руку, требуя полного внимания, — еще ни разу не был испытан в условиях реального боя. Так вот, коллеги: наша группа выиграла конкурс на проведение его боевых испытаний!

Макаров задумчиво поскреб подбородок. Куда это я попал, подумал он, недоуменно оглядываясь по сторонам. Вроде бы Звездная Россия, самая мирная из всех агрессивных цивилизаций. И вот на тебе — испытывать боевой звездолет, да еще в условиях реального боя! Прямо как в добром старом двадцатом веке!

— А план испытаний? — воскликнул стоявший слева от Макарова молодой человек с табличкой «Ахмед, 17 ранг, оружейник». — С кем нам придется драться?!

— План? — переспросил Астархан. — Какой план, испытатель?! Кто лучше нас знает, как испытывать звездолеты?! План мы составим сами!

Час от часу не легче, подумал Макаров. Чтобы испытатели сами придумывали, с кем воевать? Даже в испытательных целях? Что-то мне все это перестает нравиться.

— Ну, а чтобы составить план, — сказал Астархан, щелкая пальцами, — нужно сперва с самим звездолетом познакомиться. Занимаем места, и вперед!

Тощий высокий человек, день назад поразивший Макарова своей прожорливостью, сделал шаг вперед. «Ансельм, 65 ранг, пилот», прочитал Макаров его табличку.

— Маршрут? — коротко спросил Ансельм.

— На ваше усмотрение, — махнул рукой Астархан. — Но без стрельбы.

— Старт через десять минут, — как бы между прочим сообщил Ансельм и пошел к звездолету, успевшему к этому времени выпустить из себя похожий на бревно трап.

Макаров сообразил, что группа Астархана вот-вот разбредется по рабочим местам, и принялся лихорадочно читать таблички. Уже хорошо знакомый Макарову Роберт имел 12 ранг и странную специальность «броневик», бортинженером оказался бородатый, похожий на киношного гнома англичанин по имени Саймон, а штурманом — невзрачный мужичок Петр Карацупа. Остальные таблички Макаров прочитать не успел, поскольку к нему уже подскочил Астархан:

— Ну, что стоишь? Занимай место!

— А какое у меня место? — пожал плечами Макаров. — Вряд ли на «Рифее» есть специальное кресло для генератора неприятностей!

— Ха! — усмехнулся Астархан. — Верно, нет такого кресла! Пешком полетишь! Между прочим, тебе, как генератору неприятностей, весь корабль от и до знать полагается! Так что не зевай, смотри, как они будут с управлением осваиваться!

Это мысль, подумал Макаров. Буду от кресла к креслу ходить и подглядывать, кто как работает. Глядишь, неприятности и начнутся.

Он подошел к трапу, поднялся по его шершавой, липнущей к ногам поверхности и вошел внутрь звездолета. Как и следовало ожидать, внутри «Рифей» оказался намного больше, чем снаружи, и притом совершенно другой формы. Макаров попал в полукруглую рубку, знакомую по доброму десятку фантастических фильмов; на центральном возвышении уже обосновался Ансельм, державшийся за голову обеими руками, а чуть пониже, в шести крутящихся креслах, расположилась остальная команда. Астархан прошел мимо Макарова, нагло ухмыльнулся в лицо и плюхнулся во второе кресло рядом с Ансельмом. Как он и обещал, больше сидячих мест в рубке не оказалось. Ну и ладно, подумал Макаров. Учиться мне надо, а не по креслам рассиживаться.

Подумав несколько секунд, Макаров решил начать с Ансельма. В конце концов, с остальным и автоматы справятся, а вот пилотаж — это святое. Без него так и будешь болтаться на стационарных трассах, и даже от пиратов не спрячешься. Макаров забрался на подиум и встал чуть позади Ансельма. Нахмурил брови, настраиваясь на Сеть. Перед глазами проступили полупрозрачные экраны, заполненные разноцветными схемами и краткими инструкциями. Макаров понял, что не зря просиживал долгие часы на тренажерах — очевидные для опытного пилота, инструкции показались бы новичку сущей абракадаброй.