Самая правильная ведьма. Трилогия (СИ) - Смирнова Ольга Викторовна - Страница 201

— Что это? — спросила она, отнимая руки от лица и против воли улыбаясь. — Что ты со мной сделала?

— Немного подлечила, — ответила Тесса. — А то ты что‑то совсем расклеилась.

— Спасибо, — неожиданно для себя бухнула Мира, старательно вытирая слезы. И продолжила: — Меня, между прочим, сейчас только что чуть не убило.

— Знаю, — кивнула Тесса.

Мира недоверчиво скривилась и спросила — спокойно так, без особых переживаний:

— Как знаешь? Откуда… знаешь?

— Видела.

— Где? Как?

— Магия, умница ты моя. Магия и никакого мошенничества. Должна же я была убедиться, что ты выберешься. В конце концов.

— То есть ты хочешь сказать, что все это время наблюдала за мной? И ничего не сделала, чтобы помочь? Даже когда меня потолок должен был раздавить? Так получается?

Где‑то в подсознании билась мысль о том, что такая реакция — ненормальна. Ей бы кричать, вопить и ругаться на всех известных наречиях. Ей бы проклинать заносчивую колдунью страшными проклятиями. Где это видано — оставить Миру в лабиринте и равнодушно наблюдать за ней, как за лабораторной мышкой. Да, если бы не заклинание, Мира Тессе все волосья повыдергивала бы. А так все, на что она была способна — приподнимать брови в удивлении и с вежливым укором качать головой. Негодование, которое она ощущала, было каким‑то… неестественно тусклым, приглушенным, как плохо заряженный магический шар.

Тесса пожала плечами:

— Ну… если бы что‑то критичное было, я бы, конечно, помогла. Наверное. Но ты ведь и сама справилась.

Мира задумалась на мгновение и бросила:

— Сучка.

— Какая есть.

— Такая и есть, — поставив таким образом в разговоре жирную точку, Мира развернулась в сторону замка и скомандовала: — Пошли к отцу твоему.

Тесса посоветовала:

— Ты… из волос траву вытряхни и мусор заодно, тогда и пойдем.

На какое‑то мгновение Мира задумалась, стоит ли попробовать выяснить у Тессы про Раду, но не стала. Мира так поняла, что судьбой призрака теперь займется Петр, а привлекать к нему излишнее внимание колдуньи было не с руки. Да, он — сплошное унижение ее женского достоинства, вечное ходячее оскорбление и подтрунивание, но ведь спасает невезучую подопечную исправно каждый раз. Так что пусть делает с Радой, что хочет, она, Мира, и рта не раскроет на его счет.

До замка оставалось рукой подать. И чем ближе Мира подходила к нему, тем более жуткое впечатление он на нее производил. Несмотря на погожее утро — солнце было еще довольно низко — замок окутывала странная дымка. Плотная, серая, она, как завеса дождя, размывала контуры строения. Из‑за этой дымки невозможно было рассмотреть ни окон, ни дверей, только блёклые очертания. Что еще больше настораживало — замок не был окружен стеной. Неужели этот Дирьярд настолько уверен в себе, что пренебрегает элементарными правилами безопасности? — подумала Мира. Даже в ее родном городке частные домишки окружают серьезными заборами, чего уж говорить о замке посреди чиста поля? Да кто угодно может проникнуть внутрь…

— Тесса, а почему портал из лабиринта ведет не в замок?

— Потому что на нем купол защитный. Конечно, можно настроить соответствующую функцию, но всегда остается вероятность сбоя. А быть размазанной по куполу — мало приятного. Поэтому вывели на ближайшую возможную точку. Материя — вещь тонкая, до конца не изученная. Для меня лучше пройти пятьдесят три метра пешком, чем соскребать кишки с купола в результате ошибки.

— А зачем там вообще портал? И зачем лабиринт? Если это всего лишь подземный ход, к чему такие сложности?

— Папочка не любит простых вещей. Я тоже. Да будет тебе известно, что прямая — не всегда лучший путь. К тому же было весьма забавно наблюдать за твоими метаниями.

И ни слова про Раду. То ли Тесса ее не видела, то ли не хотела говорить об этом. И про Петра не спросила. Хотя не могла не слышать разговор с ангелом — по крайней мере, партию ведьмочки. Списала на предсмертный бред? В любом случае, что касалось Рады, Мира готова была спорить на что угодно, что девочки в лабиринте уже нет и найти ее не сможет ни один колдун в империи. Петр свое дело знает, даром что словоблуд. Это его вечное издевательски — наплевательское отношение… Миру передернуло, так как на ум пришло недавнее злоключение. Опускающийся потолок будет ей еще долго в кошмарах мерещиться.

— Забавно ей, — проворчала Мира без всякой злости. — А мне вот забавно не было. Кружевные вы больно… лабиринты им подавай… порталы… зачем, когда можно обойтись и обычной тропинкой? На мой взгляд, было бы куда лучше и проще, и все довольны. Чертовы колдуны… развлечения им подавай.

Тесса шла вперед, не оглядываясь на семенящую за ней ведьмочку. Тем более, не слушала ее бормотание. Шла упруго, уверенно, быстро. Шла к себе домой. Чтобы там остаться. Наконец‑то.

Мира тащилась следом, и нехорошие предчувствия переполняли ее. Иногда быть честной с собой очень трудно. И вовсе невозможно не признать, что совпадений в истории уже слишком много. Одинаковые кольца, магия, идущая из замка на могилу ее родителей, прикрепленный к письму портал, через который Рич в замок попал… Выводы, которые из этого следовали, были невероятно дики, и Мира отказывалась самой себе признаться, что тайны, которые она хотела разгадать, уже и не тайны вовсе. Нет, нет, она сначала спросит у отца Тессы… и если выживет после этого разговора, то впредь заречется играть в детектива. Ей не хотелось верить в то, на что указывали все факты, очень не хотелось. В глубине души жила надежда, что Дирьярд даст логичное и простое объяснение. А не то, что крутилось у Миры в голове в последние минуты…

Но и отступить, не спросить она уже не могла. Да, отец Тессы вполне может оказаться тем самым колдуном, что наслал проклятие на ее маму; нести ответственность за гибель ее родителей, но… поздно давать задний ход. Слишком поздно. Даже если Дирьярд — виновен, Мира должна знать наверняка. Что случится после того, как… точнее, если роковое признание будет сделано, она пока не представляла. Продолжала тешить себя призрачной надеждой, что все обойдется и предполагаемый родственник не причастен к гибели ее родных. И вопрос первостепенной важности — возьмет ли Тим после всего ее замуж?

Настороженно оглядываясь по сторонам, она старалась ни на шаг не отставать от Тессы, потому что знала, как легко и непринужденно, практически виртуозно влипает в неприятности, стоит лишь отвлечься на секунду. И снятие проклятия ничем в этом плане ей не помогло. Жаль… а она‑то надеялась…

— А что это за туман вокруг замка? — спросила Мира, чтобы хоть как‑то отвлечься от дурных мыслей. — Колдовство?

— Это купол. Защитный. Тот самый, про который я говорила. Просто так не войдешь. А если и получиться пробраться внутрь — не выйдешь, не зная формулу.

— Ту самую, которую у тебя мозгов не хватило обеспечить, — не упустила шанс подколоть Тессу Мира, но колдунья мысленно уже инспектировала свою лабораторию и нянчилась с любимыми книгами, поэтому оскорбление пропустила мимо ушей, если вообще услышала.

Наконец, они достигли входной двери — самой обыкновенной на вид. Деревянной, с медной ручкой. Вблизи замок обрел четкость и завершенность — туман словно испарился. Ведьмочка с любопытством следила за действиями Тессы — что та будет делать? Стучать? Пинаться? Применит невероятное заклинание? Да чтобы до кого‑либо докричаться в этом… торжестве чудовищных размеров над рассудком, глотка должна быть луженой, а пинки — дверевышибающими. Но Мира охотно верила, что для Тесса обладает необходимыми качествами.

Однако колдунья в который раз удивила ее и поступила совершенно иначе — подошла к двери и приложила ладонь к дверной петле. Петля натужно заскрипела и вдруг вспыхнула алым светом. От нее по всей дверной раме, потрескивая и выстреливая огоньками, побежала веселенькая искорка.

Через несколько секунд спецэффекты кончились. Дверь беззвучно отворилась и на пороге возник… старик в тельняшке и трениках. У него были суровые кустистые брови и мускулистые, хоть и худые руки, скрещенные на впалой груди. И взгляд такой… укоризненный и суровый, под стать бровям.