Не было бы счастья - Малиновская Елена Михайловна - Страница 51

Я была почти уверена, что медальон Дариана относится к числу как раз таких вещей. Интересно, откуда он его раздобыл? И для каких целей? Это благодаря медальону он получил возможность общаться со мной мысленно? Ох, как интересно!

А еще я не сомневалась в том, что Фелан, к примеру, не заподозрил ничего неладного.

«Держи, это тебе пригодится».

В следующее мгновение Дариан шагнул ко мне, продолжая упорно смотреть куда-то вбок, и я ощутила, как в мою ладонь скользнуло что-то маленькое, прохладное и округлое.

«Фелан теперь будет слышать из твоих мыслей только то, что ты захочешь».

Дариан поспешно шагнул назад, сделал вид, будто чрезвычайно заинтересовался содержимым своего бокала, и принялся насвистывать под нос какую-то мелодию.

Я скосила глаза на тот предмет, который он мне вручил. Камень? Да, я сжимала в руке обычный камень, больше всего похожий на мелкую речную гальку. Правда, мою кожу немного пощипывало, следовательно, какое-то заклинание на камне имелось. Все любопытнее и любопытнее. Откуда он у Дариана? Неужели зато время, пока я его не видела, мой супруг умудрился найти превосходного специалиста по созданию амулетов? Вполне возможно, что да, но в таком случае даже страшно предположить, сколько ему пришлось заплатить за это!

«Деньги — это далеко не главное, Алекса. — В голосе Дариана послышалась улыбка. — Ради тебя я бы спокойно отдал все свое состояние. Помни, что наши амулеты настроены друг на друга. Теперь я буду знать, где ты и что с тобой. Я понятия не имею, что задумали Норберг с братцем, но просто не мог оставить тебя без присмотра в такой ситуации. Поэтому если понадобится помощь — зови!»

Я растроганно вздохнула, ощутив, как мои глаза невольно увлажнились. Какой же он все-таки лапочка! А я уж каких только гадостей про него не навоображала! Немного подумала и незаметно отправила амулет в декольте. Буду надеяться, что не выпадет. Все равно мне его хранить больше негде.

— Виерисса Лоренсия? — вдруг окликнул меня кто-то до омерзения медоточивым голоском.

Я увидела, как Дариан перевел взгляд мне за спину и вдруг грозно заиграл желваками. Ой, что это с ним? Такое чувство, что он был готов с кулаками накинуться на того, кто осмелился ко мне подойти.

И я с любопытством обернулась, гадая, кому могла понадобиться.

Рядом со мной стоял подобострастно улыбающийся Гровер. При виде бывшего жениха я онемела от неожиданности.

Как-то разом вспомнились разгромленная квартира, залитая нечистотами, мои уничтоженные рабочие записи и украденные инструменты. Я с такой силой сжала кулаки, что ногти пребольно впились в ладони. Но это слегка отрезвило и развеяло пелену бешенства, которая уже начала сгущаться перед глазами. Иначе, боюсь, я бы не удержалась от искушения и набросилась на Гровера, наплевав на всех тех людей, которые стояли вокруг. Ох, как бы я знатно надавала ему пощечин и проредила шевелюру!

— Виерисса Лоренсия? — опять повторил Гровер и широко улыбнулся.

Я недовольно качнула головой. Ну надо же, на моей памяти он впервые говорил таким тоненьким заискивающим голоском. Ничего удивительного, что я его даже не узнала по первому вопросу.

— Мы не знакомы, — продолжил тем временем Гровер, когда я неохотно кивнула ему, подтвердив тем самым, что он не ошибся. — Меня зовут Гровер. Увы, я не принадлежу к дворянству и всего лишь вир. Но не думаю, что вы слишком много внимания уделяете сословным различиям.

Я открыла было рот, желая высказать ему все, что думаю о сословных различиях. Если человек — сволочь и мерзавец, как Гровер, то он останется сволочью и мерзавцем, даже если его родословная занимает несколько толстейших томов, а происхождение он ведет от какого-нибудь потомка бога. Но, немного подумав, все-таки решила смолчать. Виерисса Лоренсия по определению не может знать, каким гадом является Гровер. Думаю, окружающие сильно удивятся, если вдруг я затею скандал на ровном месте. Сначала послушаю, что он желает мне сказать.

«Заодно было бы неплохо узнать, как он здесь вообще оказался, — мудро добавил Дариан, обращаясь ко мне мысленно. — Не думал, что у твоего бывшего жениха есть связи в высшем свете. Не то чтобы меня это беспокоило, просто необходимо в таком случае держать ухо востро».

Я невольно кивнула, соглашаясь с доводами супруга. Все так, Дариан прав. Если у Гровера имеются могущественные знакомые и покровители, то лучше об этом узнать заранее.

— Я вас внимательно слушаю, — сухо уведомила, страстно желая, чтобы разговор Фелана с рыжеволосой красоткой Тимиан продлился как можно дольше и мой сопровождающий ненароком не вспугнул Гровера с его откровениями.

— Видите ли, виерисса, всему высшему свету известно о вашем добром сердце, — начал Гровер, то и дело с некоторым беспокойством поглядывая на Дариана.

К слову, тот и не думал отходить, но и в разговор не вмешивался — по-прежнему играл роль безмолвной мраморной статуи.

Кстати, а ведь Гровер наверняка и понятия не имел, кто стоит перед ним. Вряд ли он видел Дариана в тот краткий визит, когда наведался в его дом в сопровождении моего отца. Забавная ситуация, ничего не скажешь. Бывший предатель-жених и нынешний муж в одном шаге друг от друга.

Дариан чуть заметно усмехнулся, видимо, прочитав мои мысли по этому поводу, и демонстративно уставился на какую-то девицу, отчаянно строившую ему глазки. Естественно, я немедленно возмутилась. Ишь ты, смотрит, куда не надо!

«Ну а что мне еще делать-то? — извиняющимся тоном пробормотал Дариан. — Алекса, или ты хочешь, чтобы я подошел к Гроверу и представился по всем правилам? Мол, так и так, любезнейший, но я муж Алексы и хочу поговорить с вами по-мужски?»

Нет, этого я тоже не хотела. Точнее, я бы не отказалась, чтобы Гроверу как следует намылили шею за его проделки. Но сейчас не место и не то время для разборок.

«Вот то-то же», — мудро ответил Дариан и вообще отвернулся, правда, при этом я не сомневалась, что он внимательно слушает разговор.

— Так вот, виерисса, как я уже сказал, всему свету известно о вашем добром нраве, — приободрившись, уже смелее продолжил Гровер. Он шагнул ко мне и доверительно прикоснулся к моему локтю, не обратив внимания на то, что я с трудом подавила такое понятное желание отдернуть руку. А прохиндей уже вдохновленно продолжал изливать на меня потоки жалоб на судьбу-злодейку: — Видите ли, я стал жертвой своей доверчивости и мягкосердечности!

От столь неожиданного заявления я невольно подавилась и сдавленно закашлялась. Он — жертва? Бедняжка, и кто же его, интересно, обманул?

— Целый год я был безумно влюблен в одну девушку. — Гровер очень натурально всхлипнул и приложил к абсолютно сухим глазам уголок носового платка, который с изяществом вытянул буквально из воздуха. Любопытно, сколько он отрабатывал этот жест, чтобы получалось настолько непринужденно?

Пауза несколько затянулась. Гровер явно слишком увлекся своей ролью, поэтому продолжал томно вздыхать и шмыгать носом.

Я нетерпеливо постучала носком туфельки по полу, пытаясь показать таким образом, что рыдальный момент затянулся. Но он в ответ лишь завздыхал с удвоенной силой и принялся отчаянно тереть глаза платком, силясь выдавить хотя бы одну настоящую слезинку.

— И что произошло дальше? — наконец не выдержав, первой сдалась я, желая как можно быстрее завершить столь утомительную беседу. — Вы расстались?

— Она бросила меня! — с такой патетикой провозгласил Гровер, что на нас начали оглядываться. — Оставила в самый тяжелый момент моей жизни! Причем не просто ушла, а изменила мне с моим же лучшим другом!

Дариан, который все еще стоял спиной к нам, вздрогнул и закашлял, видимо, пытаясь таким образом скрыть смех. И я его прекрасно понимала. Виер Дариан Врейн — лучший друг какого-то проходимца! Гровер хоть понимает, какую чушь говорит? Или надеется, что его обман никогда не раскроется?

— Я пришел домой раньше обычного, — плачущим тоном продолжил Гровер, изо всех сил пытаясь разжалобить меня, а точнее, виериссу Лоренсию, чью роль я сейчас играла. — Хотел сделать сюрприз любимой. И обнаружил ее в объятиях другого! Она даже не смутилась от того, что ее измена открылась! Эта парочка стала смеяться надо мной! Ох, виерисса, вы даже не представляете, сколько оскорблений я услышан в свой адрес. А потом она приказала мне собирать вещи и убираться вон.