Рельсы - Мьевиль Чайна - Страница 61

Все высыпали на палубу, протирая глаза спросонья и глядя на огни низко в небе. На них летела стая ангелов.

— О, боги мои Каменноликие, — прошептал Шэм.

Команда наблюдала за разведчиками-летунами. Но много разглядеть не удалось: качающиеся огни, блики света на изгибах панцирей, звезды, мерцающие сквозь блеск. Ожившие легенды! Стражи на краю мира. Вестники божественной катавасии. Истребители, небесные прокуроры. Имен у них было много, как у всего священного.

Команда съежилась от ужаса, каждый сжимал в руке то или иное орудие, стрелочникам приказали приготовиться, ожидая атаки, которой не последовало. По крайней мере, вертокрылые птицы рассеялись в воздухе. Одни полетели назад, туда, откуда явились, другие — на восток и на юг.

— Куда они? — сказала Кальдера. — Жаль, у нас нет самолета, чтобы посмотреть.

Шэм посмотрел на нее задумчиво.

— Самолета нет, — сказал он. — Но кое-что все же есть.

Он поднялся на воронье гнездо. «Помните, когда-то я не умел это делать?» — подумал он. Наверху было темно и холодно. С телескопом в руке Шэм подождал. Поискал летучих огней и задумался. Не надо думать сейчас о том, кто он, чем занят и как тут оказался, — можно не выдержать. Поэтому он не стал думать о себе. Подумал вместо этого об историях, которые он слышал. О крае света, призрачных деньгах, вечной печали. Шэм напряг глаза.

Была еще не глубокая ночь. Стемнело, но не полностью. Звезды скрылись за облаками, но не все. Шэм долго сидел неподвижно и вглядывался в темноту, пока, наконец, не различил в ней что-то еще более темное. Близящийся край чего-то. Горизонт. Вот что это было. Темное на темном. Горизонт, который явно находился ближе, чем ему положено было быть. У Шэма захватило дух.

Горы, скалы, раскол, провалы и укороченная земля.

И вдруг в порыве ветра, в суматохе огней показался еще один ангел. Он с ревом покружил над ними, наполняя воздух шумом и пылью. Шэм вцепился в лестницу и сжал зубы. Он видел, как его товарищи кричат что-то внизу, хотя ничего, конечно, не слышал. Когда ангел, наконец, убрался на восток, Шэм наставил ему вслед свою линзу.

Дэйби вспорхнула и понеслась за ним. Точно собиралась выхватить его из воздуха, как саранчу, и схряпать. Шэм следил за мигающим диодом на ее лапке. Дэйби уже перестала быть дневной мышью, она бодрствовала в любое время суток, как сам Шэм. Однако летела она не по прямой, ее как будто что-то смущало. Сделав разворот, мышь спикировала к заднему вагону, на площадке которого даже в этот поздний час одиноко и безучастно ко всему стояла капитан Напхи.

Дэйби непрестанно кружила вокруг нее и механизма, который та не выпускала из рук. Шэм вытаращил глаза.

— Капитан.

Напхи повернулась. Команда стояла за ней. Сначала слышен был лишь перестук колес поезда. Все покачивались в такт с пятки на носок.

— Капитан, — повторил Шэм снова. С каждой стороны у него было по Шроаку. — Что вы делаете?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Несу вахту, — был ответ.

— Но какую? — спросила Кальдера Шроак.

— Вы знаете, что у нас впереди, капитан? — спросил Шэм. — Край. Конец чего-то. Я сам видел. Но вы смотрите в другую сторону. Что вы высматриваете? Что там, за нами?

Капитан смотрела на него в упор, но он выдержал ее взгляд, а тем временем Вуринам, как было запланировано, зашел сзади. Молодой боцман протянул руку и мягко, чтобы не повредить, но решительно схватил механизм.

— Нет! — крикнула она, но Вуринам уже вырвал его и перекинул Шэму. — Нет! — снова повторила капитан, шагнув вперед. Но Бенайтли был готов. Она боролась, но он ее удержал.

Дэйби села на руку Шэма. Стала тыкаться носом в приемник.

— Пустите меня! — кричала капитан.

— Мбенда, — сказал Шэм. — Что это значит? — Он показал на мигающий, свистящий и попискивающий экран.

Мбенда уставился на него тоже.

— Вон тот маленький огонек? — спросил он, наконец. Поднял голову. — Это твоя подружка. Но здесь есть еще один. — Мбенда показал на другой огонек и сглотнул. — Большой, похоже. Приближается к нам. Быстро.

Капитан Напхи перестала бороться. Она выпрямилась и поправила одежду.

— Давно вы это знаете, капитан? — спросил Шэм — Как давно вы знаете о том, что движется за нами? — Он поднял приемник. — Насмешник Джек.

Раздалось дружное «ах».

— Крот по прозвищу Насмешник Джек, — продолжал Шэм, — идет прямо на нас. Мы больше не преследуем его, это он движется за нами.

— Он и не собирался нас отпускать, — говорила капитан. — Это у нас хватало высокомерия думать, будто мы охотимся за ним. Ничего подобного. — У нее был голос вполне нормального человека. — Теперь все встало на свои места. Мы поменялись местами. — Она улыбнулась. — Насмешник Джек — моя философия. А я — его.

— Сирокко, — сказал Шэм. Он жал наугад на все кнопки механизма и наблюдал за реакцией Дэйби. — Такие сигналы, они работают в обе стороны?

— А-а, — задумчиво ответила Сирокко. Медленно кивнула. — Может быть. Их можно перенастроить.

— Смотрите на Дэйби, — сказал Шэм. Он повозился с приемным устройством, и мышь вдруг подскочила.

— Но он же не на нее настроен, — сказала Кальдера. — У них частоты разные. Почему он ее показывает?

— Утиль, — сказала Сирокко. — С ним никогда ничего не знаешь наверняка. Может быть, есть какая-то утечка. Особенно когда машинка выбрасывает наружу большое количество энергии, вот как сейчас. Верно, капитан? Когда вы научились поворачивать поле?

— Шэм, — сказал Вуринам. — Ты не мог бы объяснить всем нам, о какой это чертовщине вы тут ведете речь?

— Она развернула сигнал, — пояснил Шэм. — Это… — Он встряхнул приемником. — Это больше не ищет Насмешника Джека. Оно его притягивает. Теперь мульдиварпа ищет вот это.

Вся команда вытаращила на него глаза.

— Так выключи эту проклятую штуковину! — прохрипел Вуринам. Сирокко взяла приемник из руки Шэма и стала возиться с кнопками.

— Как вы вообще до такого додумались, а, капитан? — спросил она.

— Все благодаря вам, сальважирам, — сказала Напхи. — Вам чуточку польстишь, и можно выудить у вас все, что нужно. Любите вы своими познаниями хвастать.

— Почему, ты думаешь, она осталась с нами? — сказал Мбенда, яростно дергая себя за волосы. — Не могла позволить нам забрать «Мидас», вот почему. Ей нужен кротобой.

— Мы можем его обогнать? — спросил Шэм. — Крота?

Мбенда внимательно поглядел на экран.

— Да, — сказал он.

— Нет, — ответила капитан.

— Нет, — повторил за ней Мбенда. — Я не знаю.

— Не уверена, что мне удастся повернуть его обратно, — сказала Сирокко.

— Слишком поздно. Неужели вы правда думаете, — вмешалась капитан, — что Насмешник нас не чует? Не находит нас по запаху? Не выучил наизусть росчерк наших колес? Он уже близко. Это то, чего мы хотели.

— Нет, капитан, — крикнул Шэм. — Это то, чего хотели вы! А мы все хотели совсем другого, черт побери!

— Он и вправду приближается очень быстро, — прошептал Мбенда, глядя на дисплей. — В смысле, через пару-тройку часов он будет здесь. Он прямо несется. — Он сглотнул.

— Погодите-ка, — сказал Шэм медленно. — Сирокко, оставьте эту штуку.

— Что? — удивился Вуринам. — Ты что, спятил?

— Насмешник все равно нас найдет. А так мы хотя бы будем знать, где он.

Они стояли на палубе и растерянно переглядывались, не зная, куда они едут, что с ними будет и что сказать. Шэм преследовал одну идею. Но она все время показывала ему хвост.

— Уже близко, — сказал он. Показал в направлении темного края, который видел раньше.

— Ахой! — С правого борта к ним приближались тележки разведчиков-баяджиров с зажженными сигнальными фонарями. Вот они подошли ближе, крича на всех известных им языках. Даже в бычьи рога дули, так они старались, чтобы их услышали и поняли.

— В чем дело? — через громкоговорители спросил их Шэм. — У нас тут кое-что как бы затевается.