Энциклопедия философских наук. Часть первая. Логика - Гегель Георг Вильгельм Фридрих - Страница 90

как непосредственное; она есть определенное количество, с которым

связана некое наличное бытие или некое качество.

УЧЕНИЕ О БЫТИИ

185

Прибавление. Мера, как единство качества и количества, есть,

следовательно, вместе с тем завершенное бытие. Когда мы; говорим о

бытии, оно представляется сначала чем–то совершенно абстрактным

и лишенным определений, но бытие по существу состоит в

самоопределении, и своей завершонной определенности бытие достигает

в мере. Можно также рассматривать меру как определение

абсолюта, и согласно с этим способом рассмотрения было высказано,

что бог есть мера всех вещей. Это же воззрение составляет также

основной тон некоторых древне–еврейских гимнов, в которых прославление

бога состоит главным образом в провозглашении, что именно он

положил всему границы, — морю и суше, рекам и горам, а также и

различным видам животных и растений. В религиозном сознании

древних греков божественность меры в ближайшем отношении к

нравственности изображается в виде Немезиды. В представлении о ней

заключена, кроме того, мысль, что все человеческое — богатство,

честь, могущество и точно так же радость, печаль и т. д. — имеет

свою определенную меру, превышение которой ведет к разрушению

и гибели. — Что же касается предметного мира, то и здесь мы

встречаем меру. Мы видим, во–первых, в природе такие существования,

существенное содержание которых образует меру. Такова, в

особенности, солнечная система, которую мы вообще должны рассматривать

как царство свободной меры. Если мы перейдем, далее, к

рассмотрению остальной неорганической природы, то здесь мера постольку

как бы отступает на задний план, поскольку здесь во многих случаях

существующие качественные и количественные определения

обнаруживают себя безразличными друг к другу. Так, например, качества

скалы или реки не связаны с определенной величиной. При

ближайшем рассмотрении мы, однако, находим, что и такие предметы, как

вышеназванные, не всецело лишены меры, ибо при химическом

исследовании вода в реке и отдельные составные части скалы оказываются,

в свою очередь, качествами, обусловленными количественными

отношениями веществ, содержащихся в воде или в скалах. Более заметна

мера для непосредственного созерцания в органической природе.

Различные виды животных и растений имеют как в целом, так и в

своих отдельных частях, известную меру, причем следует заметить

еще то обстоятельство, что менее совершенные органические

создания, ближе стоящие к неорганической природе, отличаются от выше их

стоящих органических существ отчасти и большей неопределенностью

их меры. Так, например, мы находим среди окаменелостей так назы-

186

ваемые Аммоновы рога, которые можно разглядеть только через

микроскоп, и другие Аммоновы же рога величиной в экипажное колесо.

Та же неопределенность меры обнаруживается также в некоторых

растениях, стоящих на более низкой ступени органического развития,

как это, например, имеет место в папоротниках

§ 108.

Поскольку в мере качество и количество находятся лишь в

непосредственном единстве, их различие выступает в них таким же

непосредственным образом. Специфическое определенное количество

поэтому есть отчасти просто определенное количество, и наличное

бытие способно возрастать и уменьшаться, не нарушая, благодаря этому,

меры, которая постольку есть правило, отчасти же изменение

определенного количества есть также и изменение качества.

Прибавление. Имеющееся в мере тожество качества и количества

есть пока лишь в себе, но оно еще не положено. Это означает, что

каждое из тех двух определений, единство которых представляет собою

мера, проявляется также и само по себе, так что, с одной стороны,

количественные определения наличного бытия могут изменяться,

а его качество не претерпит благодаря этому никакого изменения, и,

с другой — это безразличное возрастание и уменьшение имеет, однако,

свою границу, переход которой изменяет и качество. Так, например,

степень температуры воды сначала не оказывает никакого влияния на

ее капельно–жидкое состояние, но затем при возрастании или

уменьшении температуры достигается точка, на которой это

состояние сцепления качественно изменяется, и вода переходит,

с одной стороны, в пар и, с другой—в лед. Когда происходит

количественное изменение, оно кажется сначала совершенно

невинным, но за этим изменением скрывается еще и нечто другое, и это

кажущееся невинным изменение количественного представляет собой

как бы хитрость, посредством которой уловляется качественное.

Заключающуюся в этом антиномию меры уже древние греки старались

сделать наглядной, облекая ее в различные формы. Так, например,

они ставили вопросы, создает ли прибавление одного пшеничного

зерна кучу, становится ли хвост лошади голым, если вырвать

из него один волос? Если мы сразу склонны будем ответить на эти

вопросы отрицательно ввиду природы количества, как безразличной

к внешней определенности бытия, то вскоре за тем нам придется со-

УЧЕНИЕ 0 БЫТИИ

187

гласиться, что это безразличное увеличение и уменьшение имеет также

и свою границу и что при этом достигается, наконец, такой пункт,

за которым благодаря дальнейшему прибавлению только

одного пшеничного зерна, возникает куча и, благодаря дальнейшему

вырыванию лишь одного волоска, хвост оголяется. Это

иллюстрируется также рассказом о крестьянине, который увеличивал ношу

своего бодро шествовавшего осла каждый раз по одному лоту

до тех пор, пока осел, наконец, не пал под своей, ставшей

невыносимой, ношей. Мы были бы очень несправедливы, если бы

объявили подобного рода вопросы лишь праздной болтовней, так

как на самом деле мы здесь имеем перед собой мысли, знакомство

с которыми очень важно и в практическом и, в частности,

в нравственном отношении. Так, например, в отношении к расходам,

которые мы делаем, сначала имеется некоторый простор, в пределах

которого не имеет значения, расходуется ли несколько больше или

меньше. Но если переступают ту или другую сторону определяемой для

каждого человека индивидуальными обстоятельствами меры, то

заставляет о себе вспомнить качественная природа меры (так же, как в

вышеприведенном примере различной температуры воды) и то, что только

что мы еще должны были рассматривать как хорошее ведение

хозяйства, превращается в скупость или в расточительность. Это

находит свое применение также и в области политики, в которой строй

государства столь же независим, сколь и зависим от величины его

территории, числа его жителей и других такого же рода количественных

определений. Если мы будем рассматривать государство с территорией

в тысячу квадратных миль и населением в четыре миллиона человек,

то мы должны будем сначала, не задумываясь, согласиться, что

увеличение или уменьшение на несколько квадратных миль территории

или на несколько тысяч населения не может оказать существенного

влияния на строй государства. Но столь же мало можно, напротив,

отрицать, что при непрерывном увеличении или уменьшении

государства наступает, наконец, такой пункт, на котором независимо от

других обстоятельств, только вследствие этого количественного

изменения, государственный строй качественно уже больше не может

оставаться неизменным. Конституция маленького швейцарского

кантона не годится для великой империи, и точно так же оказалось

непригодным государственное устройство Римской республики,

когда оно было перенесено на небольшие немецкие имперские