Энциклопедия философских наук. Часть первая. Логика - Гегель Георг Вильгельм Фридрих - Страница 73

частности о постижении в понятиях, то часто имеют при этом в виду лишь

деятельность рассудка. Но хотя мышление есть раньше всего рассудочное

мышление, оно, однако, на этом не останавливается, и понятие не есть

одно лишь определение рассудка. Деятельность рассудка состоит

9*

132

вообще в том, что она сообщает своему содержанию форму

всеобщности, и всеобщее, как его разумеет рассудок, есть некоторое абстрактно

всеобщее, которое, как таковое, фиксируется в противоположность

особенному, но благодаря этому само, в свою очередь, так же

оказывается особенным. Так как рассудок действует по отношению

к своим предметам разделяющим и абстрагирующим образом, то он,

следовательно, представляет собою противоположность

непосредственному созерцанию и чувству, которые, как таковые, всецело имеют дело

с конкретным и остаются при нем.

К этой противоположности между рассудком и ощущениями

относятся те часто повторявшиеся упреки, которые делались мышлению

вообще. Эти упреки сводятся к тому, что мышление не гибко и

односторонне и что оно в своей последовательности ведет к гибельным и

разрушительным результатам. На такие упреки, поскольку они по

своему содержанию справедливы, следует раньше всего ответить, что

ими задевается не мышление вообще и не разумное мышление, а лишь

рассудочное мышление. Но затем следует прибавить, что раньше всего

мы должны также признать право и заслугу чисто рассудочного

мышления, состоящую вообще в том, что как в теоретической, так и в

практической области нельзя достигнуть твердости и определенности

без помощи рассудка. Что касается познания, то оно начинает с того,

что схватывает наличные предметы в их определенных

различиях, и, например, при рассмотрении природы различаются, таким

образом, вещества, силы, виды и т. д. и самостоятельно фиксируются

в этой их изолированности. Мышление действует при этом как

рассудок, и его принципом в этой деятельности является тожество, простое

соотношение с собой. Это тожество и есть то, что ближайшим образом

обусловливает в познании переход от одного определения к другому.

Так, в математике величина есть то определение, которое одно только

обусловливает дальнейшее движение мысли. В геометрии, согласно

этому, сравнивают друг с другом фигуры, выдвигая то, что в них

тожественно. В других областях познания, как, например, в

юриспруденции, движение нашей мысли определяется ближайшим образом

тожеством. Здесь умозаключают от одного определения к другому, а это

умозаключение есть не что иное, как движение мысли согласно

принципу тожества.

Не только в теоретической, но и в практической области нельзя

обойтись без рассудка. Для действования требуется, главным образом,

характер, а человек с характером—это рассудительный человек,

ДАЛЬНЕЙШЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛОГИКИ И ЕЕ РАЗДЕЛЕНИЕ 133

который, как таковой, имеет перед собою определенную цель и твердо

ее преследует. Кто хочет достигнуть великого, тот должен, как

говорит Гёте, уметь ограничивать себя. Кто же, напротив, хочет всего,

тот на самом деле ничего не хочет и ничего не достигнет. Существует

масса интересных вещей на свете: испанская поэзия, химия, политика,

музыка; все это очень интересно, и нельзя ничего иметь против

человека, который ими интересуется, однако чтобы создать что–нибудь,

данный индивид, находящийся в определенном положении, должен

держаться чего–либо одного и не разбрасываться в различные

стороны. В каждом занятии точно так же важно, чтобы оно совершалось

рассудительно; так, например, судья должен держаться закона,

произносить решения согласно ему и не давать отклонить себя от этого

способа действия тем или другим соображениям, не принимать

никаких оправданий, не отклоняться в сторону.

Дальше следует сказать, что рассудок есть вообще существенный

момент образования. Образованный человек не удовлетворяется

туманным и неопределенным, а схватывает предметы в их четкой

определенности·; необразованный же, напротив, неуверенно шатается туда

и обратно, и часто приходится употреблять немало труда, чтоб

договориться с таким человеком—о чем же идет речь, и заставить его

неизменно держаться именно этого определенного пункта.

Далее, так как, согласно прежде данному нами разъяснению,

логическое следует вообще понимать не только в смысле субъективной

деятельности, а, наоборот, как всецело всеобщее и, следовательно, вместе

с тем объективное, то это находит применение также и по отношению

к рассудку, этой первой форме логического. Рассудок, согласно этому,

следует рассматривать как нечто соответствующее тому, что называют

божьей благостью, поскольку под последней понимают то, что

конечные вещи сушь, что они обладают устойчивым бытием. Так, например,

в природе благость божья познается в том, что различные классы и

виды как животных, так и растений, снабжены всем тем, в чем они

нуждаются для своего существования и преуспеяния. Точно так же

обстоит дело и с человеком, с отдельными лицами и с целыми народами,

которые также все, что нужно для их существования и развития,

отчасти преднаходят как непосредственно наличное (например, климат,

свойства почвы и ее продукты и т. д.), отчасти обладают им в виде

задатков, талантов и т. д. Понимаемый в таком смысле, рассудок

обнаруживает свое присутствие во всех вообще областях предметного мира,

и с вершенство какого бы то ни было предмета непременно предпола-

134

гает, что принцип рассудка занимает в нем место, принадлежащее ему

по праву. Государство, например, несовершенно, если в нем еще не

осуществились определенные различия сословий и занятий, и если в нем

различные по своему понятию политические и административные

функции еще не развились в особые органы, как это, например, имеет место

в развитом животном организме с различными функциями ощущения,

движения, пищеварения и т. д. Из предшествующих разъяснений

вытекает, далее, что и в таких областях и сферах деятельности,

которые, согласно обычному представлению, как будто лежат очень далеко

от рассудка, последний все же не должен отсутствовать, поскольку же

он отсутствует, — это должно рассматриваться как недостаток. В

особенности это верно по отношению к искусству, религии и

философии. Так, например, в искусстве рассудок обнаруживается в том,

что различные, согласно понятию, формы прекрасного также

фиксируются и воспроизводятся в этом их различии. То же самое верно

и по отношению к отдельным произведениям искусства. Для того,

чтобы драматическое произведение было прекрасным и

завершенным, необходимо, чтобы характеры различных персонажей были

развиты в их чистоте и определенности, и именно так, чтобы различные

цели и интересы, вокруг которых вращается действие, были ясно и

четко очерчены. Что касается, затем, религиозной области, то

(независимо от других различий в содержании и понимании) существенное

преимущество греческой мифологии над северной состоит также и в

том, что в первой отдельные фигуры богов разработаны до полной

пластической определенности, между тем как в последней они остаются

туманными и расплывчатыми, так что их трудно отличить друг от друга.

Что, наконец, философия также не может обойтись без рассудка, —

это после всего вышесказанного вряд ли нуждается в особом

разъяснении. Для философствования требуется прежде всего, чтобы

каждая мысль мыслилась нами во всей ее строгости и чтобы мы не оставляли

ее смутной и неопределенной.

Но обыкновенно говорят также, что рассудок не должен