Заговор - Шхиян Сергей - Страница 89

Сидор кивнул и завернул за угол. Я подошел к двери и постучал так, как объяснил Автаном, три раза и после паузы еще один. Будто меня ждали, сразу же за дверями завозились, заскрипели петли, и в дверной щели показалась всклоченная голова.

– Ты что ли, Автаномка? – спросил сиплый голос.

– Он самый, – ответил я и ударил всклоченного человека кулаком в подбородок. Голова хрюкнула и исчезла.

Я вбежал в избу. На столе горела тусклая сальная свеча, едва освещая убогое жилище. Хозяин возился на полу, ругался матом и пытался встать на четвереньки.

– Здорово, Кривой! – поприветствовал я его, ударом ноги вновь сбивая его на пол. Тот екнул и повалился набок.

– Ты это чего? Кто такой? Почему дерешься? – спросил он, оставаясь лежать.

– Черт, пришел по твою душу!

– Какой еще черт, ты что, добрый человек, людям отдыхать мешаешь? Разве это можно?!

– Добрый человек? – воскликнул я. – Да ты посмотри на меня!

К сожалению, в избе было так мало света, что мой костюм терял половину своей привлекательности. Однако и то, что кривой смог рассмотреть одним глазом, ему совсем не понравилось.

– Ты, что, правда, нечистый? – спросил он дрожащим голосом.

– А то! Вставай, собирайся в чистилище. Тебя давно в аду дожидаются!

Не знаю, поверил ли он мне, но так как я не утаскивал его в ад немедленно, решил поторговаться:

– Что ж так сразу в ад, я тебе еще на земле пригожусь! Дай хоть перед смертью покаяться! Может, я так себе прощение заслужу!

– Ладно, давай кайся, – согласился я, предполагая, что сейчас услышу о похищении девушки. Однако Васька заговорил совсем на другую тему.

– Пожар большой нынче утром в Москве будет! Такой пожар, что и свет не видывал. Много людишек погорит! Каюсь, Господи, я к тому руку приложил!

– Что еще за пожар, – в первую минуту растерялся я, – давай подробно рассказывай!

– Город подпалим с разных сторон. Государь днем вдовую царицу встречает, так чтобы московские людишки думали, что Господу то неугодно. Не матушка она ему, мол, а признает сыном по принуждению. А как сгорит Москва, так наши люди кричать почнут, что ложный царь во всем виноват. Был бы правый, так того несчастья не получилось!

– И много вас таких поджигателей?

Кривой был так напуган адом, что выглядел безумцем и говорил такие же безумные речи. Я сначала подумал, что он просто заговаривается, но Кривой продолжал бормотать, истово открещиваясь от нечистой силы, то есть меня:

– Не счесть, не одна сотня! Знаю, что грех это великий, христианские души губить, за тем ты и пришел, ответ потребовать! Прости меня, батюшка нечистый, а у Господа я сам прощение вымолю!

Васька встал на колени и, продолжая креститься, принялся стукаться лбом об пол.

Бился так сильно, что я испугался, что мне не удастся дослушать исповедь.

– Погоди молиться, скажи лучше, кто же такое худое дело придумал?

– Сам что ли не знаешь? Твоим наущением все совершается, – вполне логично ответил кающийся грешник.

– Знаю, конечно, да тебя проверить хочу, как ты раскаялся!

– Государь наш и придумал!

– Какой еще государь?! Дмитрий Иоаннович? – воскликнул я, начисто переставая понимать, что происходит у нас в Московии.

– Царь Дмитрий, наш законный государь, но не тот самозванец, что сейчас сидит на Московском престоле!

– Так что, выходит, в Москве есть еще один царь?

– Истинный! Только он пока себя не объявил, ждет своего часа. Когда народ поймет, что его дурачит самозванец, вот тут-то настоящий государь себя и покажет!

О том, что претенденты на престол могут объявиться еще при жизни нынешнего Самозванца, я ничего не слышал. По официальной истории Лжедмитрий II, прозванный Тушинским вором, должен был объявить свои притязания на престол только после гибели Лжедмитрия первого.

– А как его зовут? – осторожно спросил я, боясь спугнуть разоткровенничавшегося с нечистым заговорщика.

– Сам что ли не знаешь? – начал он, и я решил, что разговор пойдет по второму кругу, но Васька объявил не будущее имя грядущего русского царя, а настоящее:

– Семен Аристархович.

– Фамилия его как?! – чуть не закричал от нетерпения я.

– Известно как, Ерастов-Рюрикович! – спокойно ответил он.

– Дьяк Ерастов ?

– Так его только сейчас зовут, но скоро все переменится!

– Теперь говори, где он живет?

– Известно где, на Якиманке, там его всякий знает! А скоро и вся Русь ему в ножки поклонится!

Было, похоже, что у кривого начало сносить крышу, он очередной раз так сильно ударился лбом об пол, так что я невольно поежился.

Потом он вдруг прервал разговор и начал громко читать «Отче наш». Нужно было, пока он совсем не свихнулся, попытаться узнать, куда увезли Прасковью.

– Девушку куда отвезли, знаешь? – прокричал я ему в ухо.

– То одному государю ведомо! – окончив молитву, ответил он и заплакал. – Пропала моя бедная головушка!

– Это точно, – согласился я, вставая. – Жить тебе осталось недолго!

– Выходит, о Прасковье он ничего не знает? – как-то бледно спросил Сидор, слушавший все наши разговоры возле открытых дверей.

– Придется идти к дьяку. Слышал, что тот затевает, хочет Москву сжечь!

– Нужно царю донести, ты же у него окольничий, – предложил Сидор.

– К нему сегодня не пробиться, пока будем по Кремлю ходить и правду искать, они весь город сожгут!

– А что мы вдвоем сможем сделать? У него, поди, сила большая, вон, что тот юродивый говорил...

Так переговариваясь, мы спешно продвигались в сторону Якиманки. Переодеться в свое платье я не успел и шел в колдовском наряде, правда, снял свой звездный плащ и выбросил островерхий колпак. В темноте черная одежда была даже на руку.

– Как там наша Прасковьюшка? – опять завел Сидор.

– Скоро узнаем, – пообещал я, пока без пользы ломая голову над тем, как одному победить целую организацию, причем мощную и боеспособную. Будь у меня время на подготовку, тогда можно было, поправ собственные принципы не учить предков делать смертоносное оружие, соорудить какую-нибудь техническую новинку вроде взрывного устройства замедленного действия и подорвать весь это комплот. Теперь же, единственное чем я располагал, было холодное оружие и мозги XXI века. И хотя они морфологически ничем не отличались от средневековых, но в них было напиханы такие военные сведения, которые здешним заговорщикам и не снились.