Стая - Шетцинг Франк - Страница 162

— А сонарные атаки?

— Мы их продолжаем, но они не принесут успеха. Киты не бегут от шума, как поступило бы любое животное, у которого не нарушен инстинкт самосохранения. Насколько можно судить, они ужасно страдают, но ими управляет внешняя сила. Террор продолжается.

— Вот вы говорите о внешнем управлении, Джуд, — сказал министр обороны. — А видите ли вы за всем этим стратегию?

— Думаю, да. Пятиступенчатую. Шаг номер один — это изгнание людей с поверхности моря и из глубин. Шаг номер два завершается уничтожением и изгнанием прибрежных популяций. Взгляните на Северную Европу. Шаг третий охватывает уничтожение нашей инфраструктуры. Опять-таки Северная Европа, где прибрежной индустрии нанесён чувствительный урон. Паралич рыболовного промысла, кроме того, влечёт за собой серьёзные продовольственные проблемы, особенно для третьего мира. Шаг четвёртый — уничтожение опорных столпов нашей цивилизации, больших городов — посредством цунами, бактериологического отравления, оттеснения населения вглубь материка. И, наконец, пятый и последний шаг: климатический переворот. Земля становится непригодна для проживания человека: она покрывается льдами либо тонет, перегревается либо переохлаждается, либо то и другое — частностей мы ещё не знаем.

Некоторое время все подавленно молчали.

— Но не станет ли тогда Земля непригодной для обитания животного мира в целом? — спросил советник по безопасности.

— На поверхности — да. Или, скажем, большая часть животного мира может при этом исчезнуть. 55 миллионов лет назад уже было так, и конечный результат привёл к тому, что огромное количество животных и растений вымерли и уступили место другим видам. Я думаю, эти существа должны бы всерьёз поразмыслить над тем, смогут ли они сами пережить такую катастрофу.

— Подобный удар на уничтожение, это… — министр охраны природы подбирал подходящие слова. — Это не по-людски…

— Они не люди, — терпеливо напомнила Ли.

— Но тогда как мы могли бы их остановить?

— Для начала мы выясним, кто они такие, — сказал Вандербильт.

Ли повернула к нему голову:

— Что я слышу, запоздалое понимание?

— Моя точка зрения осталась прежней, — равнодушно сказал Вандербильт. — Узнай цель действия — и ты будешь знать, кто за ним стоит. В этом случае я признаю, что ваша пятиступенчатая стратегия в настоящий момент убедительна. Итак, мы должны сделать следующий шаг. Кто они, где они, как они думают?

— Что можно против них предпринять? — добавил министр обороны.

— Зло, — сказал президент, сильно сощурив глаза. — Как можно это зло победить?

— Будем говорить с ними, — сказала Ли.

— Установим контакт?

— Можно вести переговоры хоть с чёртом. Другого пути я не вижу. Йохансон высказал предположение, что они не дают нам передышки, чтобы помешать нам найти решение. Так много времени мы им не дадим. Мы ещё способны к действию. Итак, мы должны их разыскать и выйти на контакт. А уж потом нанести удар.

— Против глубоководных существ? — министр охраны природы покачал головой.

— Получается, мы все признаём, что в этой теории что-то есть? — спросил директор ЦРУ, оглядев всех по очереди. — Я хочу сказать, мы говорим об этом так, будто все сомнения уже отпали. Значит, мы всерьёз допускаем мысль, что делим Землю с другими разумными существами?

— Есть только одни Божьи существа, — решительно подчеркнул президент. — Это человечество. Насколько разумна эта форма жизни в море, уже другой вопрос. Имеют ли они право распоряжаться этой планетой так же, как мы, — весьма сомнительно. История творения не предусматривает такие существа. Земля — это мир людей, она была сотворена для человека, и план божественного творения — наш план. Но мысль, что за все эти катастрофы ответственна иная, чуждая нам форма жизни, кажется мне приемлемой.

— Ещё раз, — спросила госсекретарь, — что мы скажем миру?

— Ещё рано что-либо говорить миру.

— Но он будет задавать вопросы.

— Придумайте для них какие-нибудь ответы. На то вы и дипломат. Если мы огорошим мир: мол, в море живёт второе человечество, то мир впадёт в шок.

— Кстати, — сказал директор ЦРУ, обращаясь к Ли. — А как нам вообще называть эти больные мозги в океане?

Ли улыбнулась:

— Йохансон предложил: Ирр.

— Ирр?

— Это случайное название. Результат неосознанной работы пальцев на клавиатуре.

— Дурацкое название.

— Он говорит, что оно ничем не лучше и не хуже любого другого, и он прав. Давайте так и будем называть: Ирр.

— Хорошо, Ли. — Президент кивнул. — Посмотрим, найдётся ли в этой теории рациональное зерно. Но если в итоге действительно окажется, что мы ведём битву против этих существ, которые, не возражаю, пусть называются хоть ирр, то мы этих ирр должны одолеть. Будем воевать с ирр. — Он оглядел всех по порядку. — Это шанс. Очень большой шанс. Я хочу, чтобы мы его использовали.

— С Божьей помощью, — сказала Ли.

— Аминь, — пробормотал Вандербильт.

Уивер

К преимуществам «Шато» во время работы конференции относилось и то, что всё было открыто круглые сутки. Ли убедила администрацию отеля, что учёные будут работать день и ночь и в четыре часа утра могут проголодаться. Поэтому всегда работали рестораны, бары и спортивные сооружения.

Уивер отплавала свои полчаса в бассейне. Был час ночи. На босу ногу и с мокрыми волосами, укутанная в купальный халат, она пересекала вестибюль, направляясь к лифтам, и тут краешком глаза заметила Эневека. Он сидел у стойки бара — в месте, которое, на её взгляд, подходило ему меньше всего.

Со времени их прерванной утром беседы она его больше не видела. Может быть, он не хотел, чтобы ему мешали. Вид у Эневека был несчастный.

Пока она соображала, то ли ей идти к себе, то ли подойти к нему, она уже поравнялась с баром. Её шлёпанцы стучали по паркету. Подойдя к стойке, она сказала:

— Привет!

Эневек поднял голову. Взгляд у него был абсолютно пустой.

Она непроизвольно остановилась. Интимная сфера человека очень ранима, ты можешь повредить ей незаметно для себя — и тогда на всю жизнь прослывёшь назойливой. Она облокотилась о стойку и теснее укуталась в халат. Между ними оставались свободными два табурета.