В сладком плену - Шервуд Валери - Страница 37

— Он знаком с капитаном «Бристольской девы», тот поведал ему о своих друзьях в Виргинии, а сэр Кайль в свою очередь рассказал мне, когда я спросил его о вас.

— И о Бедламе тоже? — с тревогой спросила Каролина — Да, — после недолгого колебания сознался Рэй.

Девушка вздохнула — Кажется, слава о нашей семье дошла до Англии.

— Колоритная семья лучше скучной, — возразил Рэй. Ведь те, кто ни разу в жизни не сделал ничего заслуживающего внимания, на самом деле просто тупицы.

— Однажды Сэнди Рэндолф тоже сказал нечто подобное, — пробормотала девушка и тут же принялась рассказывать о жизни на Восточном побережье. — Ну а вы? Я же про вас ничего и не знаю.

— А я младший сын, — пожал плечами Рэй. — Все после смерти отца перейдет к моему старшему брату, вот почему я рано покинул дом, уехал на Барбадос и стал плантатором.

— Значит, вы тоже колонист, — засмеялась Каролина. — Боюсь, меня не примут в здешнем обществе, все дамы на балу демонстративно выражали свою неприязнь.

— Не примут, говорите? Ну уж с этим вы легко справитесь, — уверенно заявил Рэй.

Что-то в его взгляде заставило девушку покраснеть и опустить глаза. Она вдруг подумала, как далеко зайдет глупая игра, ведь ее поведение бесчестно. Зачем она позволила втянуть себя в это?

Каролина страшно обрадовалась, когда он предложил отправиться на прогулку.

— Хорошо очутиться на воздухе! — сказал Рэй, едва они вышли за дверь и направились по аллее, окруженной сугробами, блестящими на утреннем солнце. — Я помню семью, которая жила здесь раньше. Хэл был моим другом, и сегодня мне так и казалось, что он войдет и хлопнет меня по плечу.

— А где прежние владельцы? — спросила Каролина.

— Отец Хэла разорился, не смог уплатить долги и продал имение. Пытаясь удержаться на плаву, он сильно подорвал здоровье, поэтому уехал с семьей на юг, где климат мягче.

Теперь они живут там. Но Хэл покинул дом за несколько лет до этого.

— И что с ним?

— Умер прошлой зимой, — сухо ответил Рэй, и девушка поняла, как трудно ему возвращаться в Бродлей, с которым связаны воспоминания юности.

Теперь здесь поселились другие люди со своей мебелью, шторами и коврами. Исчезла атмосфера старого дома, которую он помнил и любил. Каролина воспитывалась в Новом Свете, но ее семья хранила все традиции родной земли и особый аристократический дух, унаследованный от предков. Она без труда поняла настроение Рэя, сразу почувствовав, как ему хочется поскорее уйти из нелепо обставленной гостиной, чтобы погулять по знакомым окрестностям.

— Простите меня, — сказала Каролина. — Ужасно потерять друга.

— Я потерял много друзей, — вздохнул Рэй.

Они долго бродили под деревьями, и постепенно девушка начала ощущать какую-то связь с этим человеком. Между ними возникло куда более глубокое взаимопонимание, чем между ней и Томасом, городским жителем. А Рэй мог быть и виргинским джентльменом. Как Сэнди Рэндолф…

Когда он уехал, обещав вернуться завтра, Каролина почувствовала себя подлой обманщицей.

То же самое думала о ней и миссис Тарбелл, впрочем, по другой причине. Когда девушка прощалась с гостем, хозяйка как раз спускалась в холл.

— Где Реба? — холодно спросила она.

— Я здесь, мама, — отозвалась та, выходя из библиотеки. — Как мило, Кэрол, что ты проводила Рэя.

— А где была ты? Почему не проводила его сама?

— Ну, я… — Реба испуганно посмотрела на мать. — В общем, мистер Эвисток — гость Каролины. Он вчера обещал ей приехать.

— Ты же знала, какие планы у твоего отца! Хорошо, что он всего этого не видел.

— Конечно, знала, — поспешно отозвалась Реба. — Но вчера на балу Рэй увлекся Каролиной… И я не могу винить ни его, ни ее. Правда не могу.

— Он бы не увлекся ею, если бы ты была рядом с ним и отделалась от своей подруги! — бушевала миссис Тарбелл и в довершение бросила на гостью злобный взгляд.

Не успокоилась она и за обедом, поэтому Каролина приготовилась к тому, что ее сегодня же отправят в Лондон. Но внезапно раздражение миссис Тарбелл обратилось на другую персону.

— Я решила отказать Рэю Эвистоку от дома! — Она гневно вонзила ложечку в десерт. — Подумать только! Когда все почти улажено с твоим отцом, он посмел явиться сюда и, не обращая на тебя внимания, приударить за гостьей!

— Мне это совершенно безразлично, как, впрочем, и Кэрол.

К тому же, — добавила Реба, — Элеанора Уонпсдейл говорила, что Рэй волочился за многими хорошенькими девушками и никогда не задерживался ни на одной из них. Он просто развлекается обычным способом. Ну подумайте сами, хочется ли вам иметь в семье такого волокиту?

Каролина, разумеется, не поверила сплетням. У Рэя Эвистока слишком прямой и честный взгляд, чтобы он мог оказаться распутником. Она готова была поручиться, что этот человек, однажды выбрав женщину, останется ей верен.

Миссис Тарбелл постепенно умолкла.

После обеда заехали и другие гости. Правда, они тоже интересовались мисс Лайтфут, но поскольку все они были из местной знати, мать Ребы охотно приняла их и даже более благосклонно посмотрела на Каролину. Ведь именно она привлекла в ее дом благородное общество Эссекса. Нет, эта девушка совсем неплоха! Теперь ее гнев сосредоточился на Рэе Эвистоке.

Утром, когда они втроем спустились после завтрака в большой холл, лакей опять доложил о Рэе. Миссис Тарбелл нахмурилась и пошла лично встретить его.

— Господи, мама встала на тропу войны, — пробормотала Реба.

Однако гость отвесил хозяйке нижайший поклон и, не дав ей открыть рот, учтивейшим тоном произнес:

— Извините, миссис Тарбелл, за столь раннее вторжение, но я приехал к вам не только с визитом. По дороге я случайно встретил лорда Холлистеда, который попросил меня засвидетельствовать вам глубокое почтение и выразил надежду, что вы с дочерью и, конечно, ваша гостья почтите его замок своим присутствием. Завтра он устраивает скромный обед и желал бы видеть вас в кругу своих друзей.

Морщины на лбу миссис Тарбелл быстро разгладились, и теперь ее лицо выглядело до смешного пустым. Какое приятное известие! Ведь она ждала приглашения от леди Холлистед с самого переезда в Бродлей, но гордецы из старинного замка предпочитали не замечать новых соседей. И вот ее приглашают на обед в кругу друзей! Миссис Тарбелл ласково улыбнулась Рэю.

Когда они остались наедине, Каролина с восторгом заговорила:

— Вы знали! Вы точно знали, как смягчить ее!

— Мне помог случай, — признался Рэй. — Я действительно встретил лорда Холлистеда, которого не видел много лет, и мы остановились поговорить. Когда я поведал ему, что юная леди, очень меня интересующая, гостит в Бродлее, он сразу хлопнул меня по плечу и сказал: «Привози ее завтра на обед и прихвати остальных!» Я поймал его на слове.

Каролина улыбнулась: они с Рэем понимали друг друга с полуслова; оба знали, как миссис Тарбелл рвется в высший свет, и Рэй воспользовался ее слабостью.

За время учебы в Лондоне девушка видела и Тауэр, и Гринвич, и Сент-Джеймс, правда, только снаружи, а родовое поместье лорда Холлистеда можно было считать ее «первым замком».

Каролина даже заволновалась, в немом благоговении глядя из окна кареты на зубчатые стены и высокие средневековые башни, а потом с трепетом посматривала на глубокий ров, когда они проезжали по старинному подъемному мосту, который, оказывается, ни разу не поднимался.

Входя в дом, миссис Тарбелл шепотом наставляла дочь, чтобы та была поприветливее с младшими сыновьями лорда Холлистеда, ведь, по ее сведениям, они еще не женаты. Но Каролина не прислушивалась к разговору, она в восхищении разглядывала древние штандарты, свисавшие с потолочных балок холла, более просторного, чем даже в Бродлее, завороженно смотрела на боевые щиты и прочее оружие, развешенное по стенам. Невероятных размеров полено трещало в каменном очаге. Гостей встретила леди Холлистед, седая, почти бесплотная, похожая на увядшую розу.

Если Тарбеллов встретили радушно благодаря многолетней дружбе хозяина дома с Рэем Эвистоком, то Каролина не могла рассчитывать на теплый прием у дам, которые присутствовали на балу в Уиллистон-Хаусе и были свидетельницами ее бешеного успеха.