В сладком плену - Шервуд Валери - Страница 35

— Едва ли стоит называть это «ночью, которую мы вместе провели», — поспешно отозвалась Каролина, хотя они были уже далеко от юного поклонника. Тем не менее глаза у того округлились. — Вы меня компрометируете, нас уже подслушали!

— Кто? — Незнакомец повернул голову. — А, тот джентльмен в желтом, который танцевал рядом?

— Да, который с упреком смотрит в мою сторону! Завтра вся округа узнает, что я посещаю гостиницы с незнакомыми мужчинами.

— Успокойтесь, мисс Лайтфут. Я прослежу, чтобы ваша репутация не пострадала. Молодой человек убедится, что до этого вечера я никогда вас не видел, а если моего слова окажется недостаточно, то ему придется долго выздоравливать.

Каролина нерешительно посмотрела на своего партнера.

Кажется, он хочет стать ее защитником.

— Похоже, я давно не был в Англии и забыл светские приличия. Итак, разрешите представиться. — Музыка смолкла, и он низко поклонился:

— Рэй Эвисток, к вашим услугам.

— Каролина Лайтфут, — взволнованно отозвалась девушка, заметив, что к ним идут ее прежние партнеры. — Надеюсь, вы никому не скажете о «Звезде и подвязке»…

— Мисс Лайтфут, можете положиться на меня. Ваши мрачные тайны умрут вместе со мной.

Каролина снова вспыхнула. Этот насмешник просто невыносим! Она гордо отвернулась и сразу приняла новое приглашение от подоспевшего юноши. После него она танцевала с другим партнером, потом с третьим, но все время следила за Рэем Эвистоком. Сначала тот долго разговаривал с хозяином бала. Видимо, они были друзьями, поскольку в конце беседы сэр Кайль засмеялся и похлопал гостя по спине. Потом Рэй подходил к другим. «Кажется, он здесь весьма популярен», — с некоторой досадой подумала Каролина. Она тоже привлекала внимание, но говорить о всеобщей симпатии не приходилось.

Конечно, Рэй Эвисток не выдаст ее секрет, почему-то он казался ей надежным и честным, хотя что-то в нем смущало девушку, может, лукавый взгляд серых глаз или волчий оскал.

Потом они снова танцевали.

— Я узнал о вас много интересного, мисс Лайтфут. Оказывается, вы гостите у новых владельцев Бродлея и останетесь еще недели на две.

— Я приехала только на святки, — осторожно поправила его Каролина, отмечая, как легко и уверенно Рэй ведет партнершу.

Он грациозен, у него длинные руки и ноги, пружинистая, мягкая походка. И все же, несмотря на обаяние, девушка не могла простить ему бесцеремонного поведения в «Звезде и подвязке».

— Хорошо. Надеюсь, мы скоро увидимся.

— Возможно, мы будем много выезжать, — рассеянно сказала Каролина. — Вдруг меня не окажется дома?

На загорелом лице Рэя появилось настороженное выражение.

— Вы же, мисс Лайтфут, не осуждаете меня за спасение вашей жизни?

Такой поворот не устраивал девушку, ведь отказав ему, она проявила бы черную неблагодарность.

— Довольно странная манера спасать жизнь! — в сердцах произнесла она. — Я не привыкла, чтобы меня хватали и обращались, как…

— Как с молодым человеком, которого необходимо хорошенько проучить? — спокойно закончил Рэй. — Вы же переоделись мужчиной, позвольте вам напомнить.

— Но вы знали, что я женщина. Вы знали…

— Интересно, как я мог узнать? По румянцу, залившему ваши щеки, когда вы заметили мой взгляд? По вашим женственным движениям?

— Мои движения не были женственными! Я практиковалась перед зеркалом!

— Неужели? А мне они показались женственными. И потом, ни у одного парня нет такой кожи. — Рэй многозначительно взглянул на ее грудь. — Хотя тогда вы были плоской.

Думаю, очень болезненно перетягивать это великолепие тугими бинтами.

— Как вы смеете говорить мне такое? — вспыхнула девушка. — Ни один джентльмен не позволил бы себе этого! Я больше не стану танцевать с вами, сэр.

— А если я не джентльмен? — засмеялся Рэй. — Вдруг я забыл, как быть джентльменом?

Каролина попыталась ускользнуть от него, однако сильная рука сжала ее запястье.

— Если вы сбежите во время танца, меня непременно спросят о причине нашей размолвки. — Ослепительная улыбка не предвещала ничего хорошего. — Прикажете сказать правду?

— Но вы же обещали! — испуганно воскликнула девушка. — А джентльмен не берет свое обещание назад!

— Значит, я опять стал джентльменом? — Серые глаза смеялись. — И ваше отвращение ко мне не столь велико, чтобы вы могли бросить меня посреди зала?

— Я не говорила ничего подобного. — Каролина метнула на него взгляд, полный ненависти. Музыка смолкла, блестящие черные башмаки остановились у края серебристого платья. — Желаю вам приятного вечера.

— Не торопитесь! — При первых тактах нового танца он стремительно увлек ее на середину залы, и никто из молодых людей, ждавших своей очереди, не успел даже подойти к ней. — В этих краях я теперь лишь гость. У меня нет времени, нужно пользоваться каждой минутой.

И с этими словами он ловко выскользнул с партнершей в небольшой альков, отгороженный от зала плотным занавесом.

Тут не было ни души. Два высоких стрельчатых окна прорезали стену почти до самого потолка, и очутившемуся здесь могло показаться, что он стоит посреди зимнего ландшафта. Ветви старых деревьев сгибались под тяжестью снега, поблескивавшего под луной, пушистый ковер устилал приусадебную лужайку. От такой красоты захватывало дух.

Рэй остановился у окна, предоставляя Каролине насладиться прекрасным видом, но не выпуская ее руки, как в свое время не отпускал серого котенка.

— Эссекс очень красив, — тихо сказал он. — Только он мне больше не нравится.

— Почему?

— А вам т все равно? — улыбнулся Рэй, заглянув ей в глаза.

В лунном свете жесткие черты его лица смягчились, глаза потемнели, и Каролина вдруг почувствовала, что ей действительно не все равно, видимо, ее сердце тронула печаль в голосе Рэя. В конце концов, он ничего ужасного не сделал, а даже спас ее, уведя наверх, чтобы уберечь от худших неприятностей, а может, и от смерти.

— Думаю, мне не все равно, — почти шепотом ответила Каролина.

Рой удивился, с лица исчезла привычная насмешливая маска… Неожиданно он стал беззащитным. Как в то время, когда маленький серый котенок завоевал его сердце, ласково мурлыкнув и доверчиво потершись о ногу.

— Скажите, почему вы больше не любите Эссекс?

Он смотрел мимо нее, мимо заснеженного пейзажа, куда-то за пределы этой красивой земли.

— В юности мы все совершаем определенные поступки, некоторые уже непоправимы.

Каролина поняла его. Она сама поступила так с лордом Томасом… Но сейчас неуловимый любовник был далеко, а Рэй Эвисток — очень близко. Девушка ощущала с ним духовную общность: его горести, ее горести…

— Возможно, не столь уж непоправимы, — сказала она.

— Вы так думаете? — быстро спросил Рэй.

— Конечно. Мужчина всегда может измениться. — А про себя добавила: «Или девушка».

— Может… Но только с настоящей женщиной.

Каролина вдруг очутилась в объятиях Рэя и невольно приникла к его груди. А когда тот поцеловал ее, девушке неожиданно показалось, что они созданы друг для друга. В этот волшебный миг Каролина уже не спрашивала себя, правильно ли она поступает.

Рэй отвечал на ее порыв с нежностью: погладил рукой серебристые волосы, слегка прикоснулся губами к пылающим щекам, длинным темным ресницам, гладкому лбу. Он не допустил никаких вольностей, хотя его смелость не встретила бы отпора, и не вышел за рамки того, что мог позволить себе настоящий джентльмен по отношению к девушке из благородной семьи.

Но Каролина, потрясенная его близостью, вдруг отпрянула.

— Мистер Эвисток… — начала она.

— Думаю, теперь вы могли бы называть меня по имени. — В его голосе слышалась легкая насмешка.

— Хорошо, Рэй. Если вы хотите, чтобы мы остались друзьями, то больше не хватайте меня подобным образом, даже когда мы будем наедине.

То же самое однажды сказала его кошка. Правда, не словами, а маленькими зубами, острыми коготками и яростным шипением. Но он проявил упорство, и киска сама пришла к нему, ласково мурлыкая. Когда-нибудь и эта девушка с серыми глазами, сверкающими в лунном свете, тоже придет к нему по собственной воле. Сердце у Рэя вдруг замерло от предвкушения, и всего пережитого как не бывало.