Утро, день, ночь - Шелдон Сидни - Страница 30

– Возможно, в будущем вам придется доказать вашу благодарность наделе. Я могу позвонить и попросить вас о некоторых услугах.

– Просите о чем угодно!

– Хорошо. Я даю вам условный срок, но если своим поведением вы вызовете мое неудовольствие…

– Только скажите, что вам от меня нужно, – взмолился Бейкер.

– Я вам сообщу в должное время. А пока этот разговор останется между нами.

Хол Бейкер приложил руку к сердцу.

– Я скорее умру, чем скажу хоть слово.

– И это правильно, – одобрил его Тайлер.

А вскоре Тайлеру позвонил Дмитрий Камински. «Я с вашим отцом на его яхте. Он только что звонил своему адвокату. Встречается с ним в понедельник в Бостоне, чтобы изменить завещание».

Тайлер решил, что должен ознакомиться с завещанием отца. А значит, пришло время звонить Ходу Бейкеру.

– …Фирма называется «Ренкуист, Ренкуист и Фитцджералд». Снимешь копию завещания и принесешь мне.

– Нет проблем. Будет исполнено, ваша честь.

Двенадцать часов спустя Тайлер держал в руках копию завещания. Прочитав ее, он только что не запрыгал от радости. Все свое состояние отец отписал им, ему, Вуди и Кендолл. «Но в понедельник отец собирается изменить завещание, – вспомнил Тайлер. – Этот подонок хочет обобрать нас! После всего того, что нам пришлось пережить… Нет, эти миллиарды принадлежат нам!» И есть только один способ остановить его. Когда Дмитрий позвонил второй раз, Тайлер не колебался ни секунды.

– Я хочу, чтобы ты убил его. Этой ночью. Последовало долгое молчание.

– Не если меня поймают…

– Позаботься о том, чтобы не поймали. Вы будете в открытом море. Там многое может случиться.

– Хорошо. После того, как?…

– Тебя будут ждать деньги и билет в Австралию. И наконец долгожданный звонок.

– Я все сделал. Проблем не возникло.

– Нет! Нет! Нет! Я хочу знать подробности. Расскажи все, ничего не упуская.

Слушая, Тайлер представлял все, словно наяву.

– По пути к Корсике мы попали в жестокий шторм. Он позвонил, попросил меня зайти в его каюту и сделать ему массаж.

Тайлер сжимал трубку с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

– Понятно. Продолжай…

Дмитрию с трудом удалось добраться до каюты Гарри Стенфорда: яхту немилосердно качало. Он постучал и через мгновение услышал голос Стенфорда:

– Заходи! – Он уже лежал на массажном столе. – Что-то тянет спину.

– Сейчас мы это поправим. Расслабьтесь, ми стер Стенфорд.

Дмитрий подошел к массажному столу, полил спину Стенфорда маслом. Его сильные пальцы принялись за работу, умело разминая затекшие мышцы. Он чувствовал, как расслабляется Стенфорд.

– Хорошо у тебя получается, – выдохнул он.

– Благодарю вас, сэр.

Массаж длился почти час, и когда Дмитрий закончил, Стенфорд уже засыпал.

– Теперь вам надо принять теплую ванну. – Дмитрий прошел в ванную, открыл кран с теплой морской водой, вернулся в спальню. Стенфорд по-прежнему лежал на столе с закрытыми глазами.

– Мистер Стенфорд… Тот приоткрыл глаза.

– Ваша ванна готова.

– Зачем мне сейчас?…

– Чтобы хорошо выспаться.

Он помог Стенфорду слезть с массажного стола и повел его в ванную.

Дмитрий наблюдал, как тот опускается в теплую воду. Стенфорд поднял глаза и интуитивно понял, что сейчас должно произойти.

– Нет! – крикнул он и начал вылезать из ванны. Огромные руки Дмитрия обхватили голову Стенфорда и затолкали ее под воду. Стенфорд отчаянно боролся, пытаясь вырваться из рук Дмитрия, но против этого гиганта он ничего не мог сделать. Дмитрий его не отпускал. Когда морская вода проникла в его легкие, Стенфорд затих. Дмитрий постоял у ванны, тяжело пыша, потом направился в гостиную, с трудом сохраняя равновесие: яхту все так же швыряло из стороны в сторону. Взяв со стола какие-то бумаги, Дмитрий открыл стеклянные двери на палубную веранду. В каюту ворвался ветер. Дмитрий разбросал бумаги по полу, часть их улетела в ночь.

Потом он вытащил Стенфорда из ванны, надел на него пижаму, халат, шлепанцы и оттащил тело на палубную веранду. Постояв у поручня, Дмитрий перекинул через него тело. Выждал пять минут, потом схватил трубку внутренней связи и прокричал: «Человек за бортом!»

Слушая Дмитрия, Тайлер испытывал почти сексуальное возбуждение. Он ощущал горечь морской воды, наполняющей легкие отца, чувствовал охватывающий его ужас. А потом все провалилось в темноту.

"Конец, – подумал Тайлер. И тут же поправил себя:

– Нет, игра только начинается. Пора вводить в бой королеву".

Глава 17

Эта шахматная фигура попала в его поле зрения случайно. Тайлер раздумывал над завещанием отца и все более тяготился мыслью о том, что Вуди и Кендолл получат равные с ним доли наследства. «Они этого не заслуживают. Если б не я, их бы просто вычеркнули из завещания. Они бы ничего не получили. Это несправедливо, но что здесь можно изменить?» Тайлеру принадлежала одна акция, в далеком детстве полученная от матери. Он помнил слова отца: «И что, по-твоему, он сделает с этой акцией? Попытается установить контроль над компанией?» «Вместе у Вуди и Кендолл будет две трети акций отцовской „Стенфорд энтерпрайзез“, – думал Тайлер. – Как я установлю контроль с одной акцией?» И тут его осенило. В голове Тайлера возник изящный план. Получалось, что одной акции для этого больше чем достаточно.

"Я должен предупредить вас, что возможно появление еще одного наследника…

В завещании вашего отца специально оговорено, что его состояние должно быть поделено поровну между всеми потомками…

Гувернантка, которая работала у вас, забеременела от вашего отца…

Она родила дочь…" «Если Джулия объявится, нас станет четверо, – думал Тайлер. – Контролируя ее акции, я буду располагать половиной акций отца плюс одной акцией, которая уже принадлежит мне. То есть я получу контроль над „Стенфорд энтерпрайзез“. Я смогу сесть в кресло отца. Розмари мертва, вполне возможно, что она не сказала дочери, кто ее отец. Да и к чему мне настоящая Джулия Стенфорд?» Вот так в игру вступила Марго Познер.

Впервые Тайлер столкнулся с ней двумя месяцами раньше, на судебном заседании.

Судебный пристав повернулся к сидящим в зале.

– Внимание. Заседание окружного суда объявляю открытым. Заседание проводится под председательством его чести, судьи Тайлера Стенфорда. Всем встать.

Тайлер вышел из кабинета и занял свое место. Посмотрел на список дел, предназначенных к слушанию. Первым значилось: штат Иллинойс против Марго Познер. Она обвинялась в физическом насилии и покушении на убийство.

Поднялся прокурор.

– Ваша честь, подсудимая – опасная личность, которую следует держать подальше от чикагских улиц. Обвинение покажет, что за подсудимой тянется длинный шлейф преступлений. Ее признавали виновной в воровстве, обмане, проституции. Она числилась среди тех женщин, что работали на известного сутенера по имени Рафаэль. В январе этого года у них возникла ссора, и подсудимая хладнокровно разрядила пистолет в Рафаэля и его спутницу.

– Жертвы умерли? – осведомился Тайлер.

– Нет, ваша честь. Их госпитализировали с серьезными ранениями. Пистолет, из которого стреляла Марго Познер, был приобретен ею незаконным путем.

Когда Тайлер повернулся, чтобы взглянуть на подсудимую, его ждал сюрприз. То, что он увидел, никак не соотносилось с только что услышанным. Перед ним сидела хорошо одетая, красивая женщина лет под тридцать, элегантность которой словно подчеркивала несостоятельность выдвинутых против нее обвинений. «Не зря говорят, что внешность обманчива», – подумал Тайлер.

Он слушал аргументы сторон, но взгляд его то и дело возвращался к подсудимой. Чем-то она ему напоминала его сестру.

После заключительных речей адвокатов присяжные удалились в комнату для совещаний, чтобы вынести свое решение. Меньше чем через четыре часа они вернулись в зал, единогласно признав Марго Познер виновной по всем пунктам.