Рухнувшие небеса - Шелдон Сидни - Страница 41

– Я хотела поговорить с вами о смерти Габриеля Фалькона.

– Я не имею с этим ничего общего! – взвизгнул Персико. – Я невиновен!

– Но вы признались.

– И солгал.

– В таком случае почему… – начала Дейна. Антонио Персико горько усмехнулся:

– Мне хорошо заплатили. Мальчика убил Тейлор Уинтроп.

Последовало неловкое молчание.

– Расскажите, как все было.

Тик еще усилился, превращая его лицо в морду чудовища.

– Все случилось в пятницу вечером. Жена мистера Уинтропа улетела в Лондон на уик-энд, – прохрипел Антонио. – Мистер Уинтроп остался один и отправился в ночной клуб «Ансьенн Бельгик». Я предложил подвезти его, но он сказал, что сам сядет за руль.

Персико замолчал, вспоминая.

– А дальше? – допытывалась Дейиа.

– Мистер Уинтроп буквально ввалился в мою комнату…, уж очень был пьян. Рассказал, что мальчик перебегал дорогу перед его машиной, и он сбил парня. Мистер Уинтроп не хотел скандала, поэтому не остановился. Но потом испугался, что кто-то видел, как все произошло, и записал номер, и теперь полиция поднимет шум. Правда, у него была дипломатическая неприкосновенность, но он сказал, что если правда выплывет наружу, русский план провалится ко всем чертям.

– Русский план? – переспросила Дейна.

– Он так сказал.

– А что это такое?

– Понятия не имею, – пожал плечами Персико. – Однажды я подслушал телефонный разговор. Он тогда словно рехнулся. Чуть не рвал на себе волосы и все повторял: «Русский план должен сработать. Должен. Мы слишком далеко зашли, чтобы остановиться на полдороге» – И вы так и не догадались, что он имел в виду?

– Откуда?

– Не вспомните, что он еще говорил? Персико на минуту задумался:

– Что-то вроде: «Все детали головоломки наконец сошлись». Похоже, для него это было очень важно. Дейна жадно впитывала каждое слово.

– Мистер Персико, а почему вы взяли на себя вину? Персико на мгновение замер.

– Я же говорил, мне заплатили. Уинтроп сказал, что, если я сдамся полиции и скажу, что видел за рулем в тот вечер, он даст мне миллион долларов и позаботится о моей семье, пока я отбываю срок. Он клялся, что мне дадут совсем немного.

Он скрипнул зубами и до крови закусил губу.

– А я, как последний дурак, согласился. И вот теперь он мертв, а я проведу остаток жизни за решеткой. В глазах бедняги стыло черное как мрак отчаяние. Дейна, потрясенная услышанным, не знала, как его утешить.

– Вы никому не рассказывали? – прошептала она.

– Еще бы! – с горечью выпалил Персико. – Как только узнал о смерти Уинтропа, сразу растолковал полиции насчет нашей сделки.

– И?…

– Они посмеялись мне в лицо.

– Мистер Персико, я хочу спросить у вас что-то очень важное. Хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Вы когда-нибудь говорили Марселю Фалькону, что не вы, а Уинтроп убил его сына?

– Первым делом. Думал, он мне поможет.

– Что же он ответил?

– Пусть дьявол пошлет всю его семейку в ад вслед за самим главой!

Господи. Их уже трое. Кто же все-таки отомстил Уинтропам?

Теперь придется лететь в Париж, к Марселю Фалькону.

Даже самый спокойный человек не может остаться равнодушным к магии Парижа. Пока самолет делал круг над городом, от красоты открывшейся панорамы замирало сердце. Город света, город влюбленных… Сюда нельзя приезжать в одиночку. Как ей недоставало Джеффа!

Правда, и здесь у нее был знакомый, Жан-Поль Юбер, корреспондент канала «Метро-6».

Поднявшись в свой номер в отеле «Плаза Атене», Дейна нашла в справочнике номер Юбера и позвонила.

Последовали неизменные приветствия и обмен воспоминаниями, так что Дейне пришлось улучить минутку, чтобы спросить о Марселе Фальконе. Оказалось, что он – весьма известная в столице личность.

– Фалькон? Да его здесь все знают.

– Расскажи мне о нем.

– Ничего не скажешь, личность. То, что вы, американцы, называете «экстра-класс».

– А чем он занимается?

– Фалькон владеет большой фармацевтической компанией. Несколько лет назад его обвинили в том, что он вытесняет из бизнеса компании поменьше, но с такими политическими связями прижать Фалькона к ногтю оказалось непросто. Французский премьер-министр даже назначил его представителем в НАТО.

– Но он подал в отставку, – докончила Дейна. – Почему?

– Грустная история. Сына убил в Брюсселе пьяный водитель, и Фалькон не перенес этого. Оставил НАТО и вернулся в Париж. Жена немного помешалась и сейчас содержится в психиатрической лечебнице в Каннах.

Жан– Поль тяжело вздохнул и умоляюще взглянул на Дейну.

– Послушай, если собираешься делать передачу о Фальконе, придерживайся фактов и не строй никаких домыслов. Осторожнее выбирай выражения. Фалькон не зря слывет человеком мстительным.

Целый день ушел на то, чтобы добиться аудиенции у Фалькона. Когда ее наконец проводили в его кабинет, Марсель сухо объявил:

– Я согласился принять вас лишь потому, что восхищаюсь вашей работой, мадемуазель. Такие репортажи из зоны военных действий мог вести только поистине мужественный человек.

– Вы меня смущаете, – пролепетала Дейна, застенчиво поглядывая на хозяина, грузного представительного человека с правильными чертами красивого лица и проницательными голубыми глазами.

– Пожалуйста, садитесь. Чем могу быть полезен?

– Я хотела спросить вас о сыне.

– Ах да.

Он на мгновение опустил голову, чтобы гостья не увидела мучительной гримасы, искривившей губы.

– Габриель был чудесным мальчиком.

– Тот человек, который сбил его…

– Водитель, – подсказал Марсель.

Дейна едва не ахнула от изумления.

Хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Вы когда-нибудь говорили Марселю Фалькону о том, что это не вы, а Тейлор Уинтроп убил вашего сына?

– Первым делом. Как только узнал о смерти Уинтропа.

– И что сказал Марсель Фалькон?

– Пусть дьявол пошлет всю семейку в ад вслед за ее главой.

И теперь Фалькон вел себя так, словно ничего не знал.

– Месье Фалькон, одновременно с вами в НАТО работал Тейлор Уинтроп, – начала Дейна, не сводя глаз с лица Фалькона, пытаясь заметить хоть какую-то реакцию. Ничего. Любезная равнодушная улыбка, только и всего.

– Да, мы встречались, – небрежно бросил он.

И это все? Только встречались? Что он скрывает?

– Месье Фалькон, я хотела бы встретиться с вашей женой. Спросить…

– Ее нет в городе. Она отдыхает на курорте. Жена немного помешалась и сейчас содержится в психиатрической лечебнице в Каннах.

Либо Фалькон настроен все отрицать, либо намеренно лжет из каких-то своих соображений. Боится разоблачения? Или не хочет выносить сор из избы? Пожалуй, следовало бы посоветоваться с Мэттом. Но по телефону не хочется. А позвонить все же следует.

Дейна долго сидела в своем номере, тупо уставившись в стену, прежде чем набрать номер Мэтта.

– Дейна, черт возьми, ты думаешь возвращаться? Ты нужна здесь.

– Вернусь, не сомневайся, только проверю еще один след. Бывший водитель Тейлора Уинтропа рассказал о некоем секретном русском плане, который Уинтроп пытался выполнить любой ценой. Хотелось бы самой убедиться, о чем идет речь. Может, и сумею что-то обнаружить, если найду людей, с которыми он общался в Москве.

– Ну что с тобой поделаешь? Ладно, в последний раз. Кромвелл рвет и мечет. Требует, чтобы ты немедленно летела домой и начинала работать. Наш московский корреспондент – Тим Дру. Попрошу его тебя встретить. Он парень неплохой и скорее всего сможет быть тебе полезным.

– Спасибо. Я скоро приеду. Вряд ли я там задержусь. Может, на день-другой, не больше.

– Дейна, ты…

– Что, Мэтт?

– Нет, это я так. До встречи.

– Спасибо. Я скоро приеду. Вряд ли я там задержусь, Может, на день-другой, не больше.

– Дейна, ты…

– Что, Мэтт?

– Нет, это я так. До встречи.