Незнакомец в зеркале - Шелдон Сидни - Страница 62

Проститься с Тоби пришел и Эл Карузо. Он сгорбился и поседел, а его карие глаза, похожие на глаза Санта-Клауса, слезились. Он вспомнил, как чудесно Тоби относился к Милли.

Сэм Уинтерс. Он думал о той радости, которую Тоби Темпл доставил миллионам людей, и о том, как это соизмерить с той болью, которую Тоби причинил нескольким людям.

Кто-то тронул за плечо Сэма, он обернулся и увидел хорошенькую темноволосую девушку лет восемнадцати.

— Вы меня не знаете, мистер Уинтерс, — улыбнулась она, — но я слышала, что вы ищете девушку для новой картины Уильямса Форбса. Я из Огайо, и…

Приехал и Дэвид Кенион. Джилл просила его не приезжать, но Дэвид настоял на своем. Он хотел быть рядом с ней. Джилл подумала, что теперь это не страшно. С игрой покончено.

Пьеса подошла к концу, ее роль сыграна. Джилл ощущала огромную радость и бесконечную усталость. Словно испытание огнем, через которое она прошла, выжгло весь стержень озлобленности, пронизывавший ее, унесло с собой всю ее боль, разочарование, ненависть. Джилл Касл погибла в жертвенном пламени, и из пепла возродилась Жозефина Чински. Она снова обрела покой, была полна любви ко всем и довольства жизнью, какого не испытывала со времен своей юности. Еще никогда она не была такой счастливой. Ей хотелось поделиться этим счастьем со всеми.

Похоронный ритуал заканчивался. Кто-то взял Джилл под руку, и она позволила отвести себя к лимузину. Когда она подошла к машине, то увидела стоявшего там Дэвида, лицо которого выражало обожание. Джилл улыбнулась ему. Дэвид взял ее руки в свои, и они обменялись несколькими словами. Какой-то фоторепортер запечатлел их в этот момент.

Джилл и Дэвид решили, что поженятся через пять месяцев, и таким образом, все приличия будут соблюдены. Большую часть этого времени Дэвид провел за границей, но они разговаривали по телефону каждый день. Спустя четыре месяца после похорон Тоби Дэвид позвонил Джилл и сказал:

— Меня осенила блестящая идея. Давай не будем больше ждать. На следующей неделе мне надо ехать в Европу на конференцию. Давай поплывем во Францию на «Бретани». Капитан может поженить нас. Начнем медовый месяц в Париже, а оттуда отправимся туда, куда ты захочешь, и останемся там столько времени, сколько ты захочешь. Что скажешь?

— Ах, Дэвид, конечно же, да!

Она не спеша прошла в последний раз по всему дому, размышляя обо всем, что здесь случилось. Вспомнила свой первый званный обед в этом доме и все чудесные праздники и приемы, которые устраивались после этого, потом болезнь Тоби и свою битву за то, чтобы вернуть его к жизни. А потом… слишком много воспоминаний.

Она была рада, что уезжает.

37

На личном самолете Дэвида Джилл прилетела в Нью-Йорк, где ее ждал лимузин, который доставил ее в отель «Ридженси» на Парк-авеню. Сам управляющий проводил Джилл в огромный номер-пентхауз.

— Отель полностью к вашим услугам, миссис Темпл, — сказал он. — Мистер Кенион распорядился, чтобы у вас было все, что вам нужно.

Через десять минут после того как Джилл поселилась в номере, позвонил из Техаса Дэвид.

— Удобно устроилась? — спросил он.

— Немного тесновато, — засмеялась Джилл. — Здесь пять спален, Дэвид. Что мне в них делать?

— Если бы я был там, я бы показал тебе, — пошутил он.

— Одни обещания, — поддразнила она. — Когда я тебя увижу?

— «Бретань» отплывает завтра в полдень. Здесь мне остается закончить кое-какие дела. Встретимся на борту. Я зарезервировал каюту для новобрачных. Ты счастлива, дорогая?

— Я счастлива, как никогда! — восторженно произнесла Джилл. Все, что было до этого, боль и страдания стоили такой награды. Прошлое казалось сейчас отдаленным и туманным, словно забытый сон.

— Утром за тобой заедет машина. Твой билет на теплоход передаст шофер.

— Я буду готова, — пообещала Джилл.

Завтра…

Возможно, все началось с фотографии Джилл и Дэвида Кениона, которая была сделана во время похорон Тоби и продана одному из газетных концернов. Или с неосторожного замечания, оброненного одним из служащих отеля, где останавливалась Джилл, или одним из членов экипажа «Бретани». В любом случае матримониальные планы такой известной персоны, как Джилл Темпл, никак невозможно было сохранить в тайне. Первое сообщение о том, что она собирается выйти замуж, появилось в бюллетене «Ассошиэйтед Пресс». После этого информация перекочевала на первые страницы газет во всей стране и в Европе.

Материал был напечатан также в «Голливуд Рипортер» и в «Дейли Вэрайети».

Лимузин прибыл к отелю ровно в десять часов. Портье и трое посыльных погрузили багаж Джилл в машину. Утреннее движение на улицах было не очень интенсивным, так что путь до пирса № 92 занял менее получаса.

У трапа Джилл ожидал один из старших корабельных офицеров.

— Для нас большая честь приветствовать вас на борту нашего судна, миссис Темпл, — сказал он. — Все для вас готово. Я провожу вас.

Он повел Джилл на прогулочную палубу и открыл перед ней дверь в большую, просторную каюту с отдельной террасой. Там было много свежесрезанных цветов.

— Капитан просил меня приветствовать вас от его имени. Он увидится с вами сегодня за ужином. Он также просил передать вам, что с удовольствием предвкушает момент, когда должен будет совершать свадебную церемонию.

— Благодарю вас, — сказала Джилл. — Вы не знаете, мистер Кенион уже на судне?

— Мы получили сообщение по телефону. Он на пути сюда из аэропорта. Его багаж уже доставлен. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, дайте мне знать.

— Спасибо, — ответила Джилл. — Мне ничего не нужно.

И это правда. У нее было абсолютно все, что ей нужно. Она стала самым счастливым человеком на свете.

В дверь каюты постучали и вошел стюард с новым букетом цветов. Джилл взглянула на карточку. Цветы были от Президента Соединенных Штатов. Воспоминания. Она отогнала их и стала распаковываться.

Он стоял у перил на главной палубе, рассматривая поднимавшихся на борт пассажиров. Все были в приподнятом настроении, радуясь предстоящему отдыху или встрече с дорогими им людьми. Некоторые улыбались ему, но он не обращал на них внимания. Он наблюдал за трапом.

В 11 часов 40 минут, за двадцать минут до времени отплытия, управляемая шофером «силвер шэдоу» на большой скорости подъехала к пирсу № 92 и остановилась. Дэвид Кенион выпрыгнул из машины, посмотрел на часы и сказал шоферу:

— Абсолютная точность, Отто.

— Благодарю вас, сэр. И позвольте пожелать вам и миссис Кенион самого счастливого медового месяца.

— Спасибо.

Дэвид Кенион поспешил к трапу, где предъявил свой билет. Он поднялся на борт в сопровождении того офицера, который встречал Джилл.

— Миссис Темпл в вашей каюте, мистер Кенион.

— Благодарю вас.

Дэвид представил себе, как она ждет его в каюте люкс для новобрачных, и сердце его забилось сильнее. Он повернулся, чтобы идти, как вдруг чей-то голос окликнул его:

— Мистер Кенион…

— Дэвид обернулся. Стоявший у перил человек подошел к нему, улыбаясь. Дэвид никогда прежде не видел его. Он испытал инстинктивное недоверие миллионера к дружески настроенным незнакомцам. Почти во всех случаях им что-то было нужно.

Человек протянул руку, и Дэвид осторожно пожал ее.

— Мы с вами знакомы? — спросил он.

— Я старый друг Джилл, — сказал человек, и Дэвид расслабился. — Меня зовут Лоуренс. Клифтон Лоуренс.

— Здравствуйте, мистер Лоуренс, — Дэвиду не терпелось уйти.

— Джилл просила меня встретить вас. Она приготовила для вас небольшой сюрприз.

Дэвид посмотрел на него.

— Что за сюрприз?

— Пойдемте со мной, я покажу вам.

Секунду Дэвид колебался.

— Хорошо. Много времени это займет?

Клифтон Лоуренс взглянул на него и улыбнулся.