Бессонница (др.перевод) - Кинг Стивен - Страница 50

В дверях читального зала появился Майк Хэнлон – стройный моложавый мужчина, который выглядел лет на тридцать, несмотря на седые волосы. У него за спиной совсем молоденький паренек, наверное, помощник Майка, а у него за спиной маячили еще четверо-пятеро зевак, очевидно, посетители из других залов.

– Мистер Робертс! – воскликнул Майк – Господи, вы ранены?

– Я в порядке, а вот ему действительно нехорошо, – сказал Ральф, указав глазами на человека, все еще катавшегося по полу. А потом он взглянул на себя и понял, что с ним все совсем не в порядке. Пиджак распахнулся, и стало видно, что на рубашке слева расплылось большое красное пятно, по форме напоминающее слезу. Оно начиналось под мышкой и кончалось у самого пояса. – Вот дерьмо, – тихо проговорил он и сел на стул. При этом он случайно толкнул локтем очки в роговой оправе, и они отлетели на дальний край стола. Капельки, осевшие на стеклах, были похожи на бельма, затянутые катарактой.

– Он выстрелил в меня кислотой! – завопил человек на полу. – Я ничего не вижу, у меня слезает кожа! Я чувствую, как она слезает!

Майк мельком взглянул на человека на полу, потом сел на стул рядом с Ральфом.

– Что случилось?

– Это была никакая не кислота. – Ральф показал Майку баллончик с «Телохранителем» и поставил его на стол рядом книгой. – Женщина, которая мне его дала, сказала, что это не очень сильный газ. От него просто щиплет глаза и тошнит…

– Да мне плевать, что там с ним, – нетерпеливо перебил его Майк. – Если у него хватает сил так орать, то скорее всего в ближайшие три минуты он не умрет. Я за вас беспокоюсь, мистер Робертс. Он глубоко вас пырнул?

– Ну, если честно, он меня даже не ранил, – сказал Ральф. – Просто кольнул пару раз. Вот этим ножом. – Он показал на нож, так и лежащий на полу. При взгляде на окровавленное лезвие ему снова стало нехорошо. Как будто по нему проехался поезд из мягких подушек. Конечно, сравнение дурацкое, но Ральф сейчас не был предрасположен к красивым метафорам.

Помощник библиотекаря опасливо покосился на человека на полу.

– Ого, – сказал он. – Да мы его знаем, Майк… это Чарли Пикеринг.

– Тудыть твою налево, – сказал Майк – Но почему-то я не удивлен, вот с чего бы это? – Он посмотрел на паренька и вздохнул. – Позвони-ка в полицию, Джастин. Похоже, у нас тут ЧП.

5

– У меня будут какие-то неприятности за применение этой штуки? – спросил Ральф, указав глазами на один из закрытых пластиковых пакетов на захламленном столе в кабинете Майка Хэнлона, на котором была наклеена желтая карточка: ВЕЩЕСТВЕННОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО Баллончик с газом, ДАТА 10.03.93 и МЕСТО Публичная библиотека Дерри.

– Ну, далеко не такие крупные, как у старины Чарли за применение вот этого, – сказал Джон Лейдекер и показал на другой пакет. Там лежал охотничий нож; кровь на лезвии уже запеклась и стала темно-бордового цвета. Сегодня на Лейдекере был широкий футбольный свитер с надписью «Университет Мэна», и из-за этого он казался вообще огромным амбалом. – В больших городах, может быть, по-другому, но мы в провинции держимся мнения, что каждый имеет право на допустимую самооборону. Но вслух мы об этом не говорим – это все равно как публично признаться, что ты веришь в то, что земля плоская.

Майк Хэнлон, который стоял в дверях, рассмеялся.

Ральф очень надеялся, что облегчение, которое он испытал, не очень сильно отразилось у него на лице. Все время, пока ребята из «скорой помощи» (кажется, те самые парни, которые в августе отвозили Элен Дипно в больницу) обрабатывали его рану – сначала сфотографировали, потом продезинфицировали и, наконец, перевязали, – он сидел, стиснув зубы, и думал о том, что суд наверняка приговорит его к шести месяцам тюрьмы за нападение на человека с применением почти что смертельного оружия. Надеемся, мистер Робертс, это послужит хорошим уроком и предупреждением всем старым пердунам в нашем округе, которые думают, будто бы им позволено безнаказанно таскать с собой баллончики с нервно-паралитическим газом.

Лейдекер еще раз взглянул на шесть полароидных фотографий, разложенных на столе вдоль клавиатуры компьютера Хэнлона. Румяный медик из «скорой» взял себе второй экземпляр первых трех фотографий, прежде чем приступить к «штопке» Ральфа. На снимках было изображено маленькое темное пятнышко – похоже на большую точку, нарисованную ребенком – на боку у Ральфа. Второй набор фотографий врачи тоже забрали с собой, и Ральфу еще пришлось ставить подпись в какой-то бумаге, где было написано, что ему, Ральфу Робертсу, предложили медицинскую помощь, а он от нее отказался. На этой группе снимков был зафиксирован небольшой синяк, который, вне всяких сомнений, в ближайшее время превратится в огромный внушительный кровоподтек.

– Господи благослови Эдвина Лэнда и Ричарда Полароида, – сказал Лейдекер и сложил фотографии в очередной пластиковый пакет для вещественных доказательств.

– Не думаю, что Ричард Полароид вообще существовал в природе, – сказал Майк Хэнлон со своего места у двери.

– Может быть, но все-таки благослови его Боже на всякий случай. Любой суд присяжных, увидев эти фотографии, выдаст вам медаль за храбрость, Ральф, и никто, даже Клэренс Дарроу, не сможет этому помешать. – Он повернулся к Майку: – Значит, Чарли Пикеринг.

Майк кивнул:

– Чарли Пикеринг.

– На голову ебанутый.

Майк снова кивнул:

– Причем на всю.

Они торжественно переглянулись, а потом одновременно согнулись от смеха. Ральф понимал, что они сейчас чувствуют – это было смешно, потому что было ужасно, и ужасно, потому что смешно, – и ему пришлось чуть ли не до крови закусить губу, чтобы тоже не рассмеяться. Смеяться было нельзя – это будет чертовски больно.

Лейдекер извлек из кармана носовой платок, вытер глаза и заставил себя успокоиться.

– Пикеринг – он из «борцов за жизнь», да? – спросил Ральф. Он вспомнил, как выглядел этот Пикеринг, когда помощник Майка помог ему сесть. Без очков и ножа он выглядел примерно таким же опасным и злобным, как кролик в витрине зоомагазина.

– Да, – сухо проговорил Майк. – В прошлом году его задержали в гараже, который обслуживает больницу и Женский центр. У него была канистра с бензином и рюкзак с пустыми бутылками.

– И полоски ткани, не забудь, – сказал Лейдекер. – Он собирался состряпать метательные снаряды. Но тогда Чарли еще официально не состоял в «Друзьях жизни», он был в «Хлебе насущном», тоже то еще сборище.

– И что, у него были реальные шансы поджечь здание? – полюбопытствовал Ральф.

Лейдекер пожал плечами.

– Да нет, если честно. Кто-то из их же группы в последний момент решил, что закидывать бомбами женскую клинику – это больше похоже на терроризм, чем на политическое выступление, и позвонил в полицию.

– Правильное решение, – фыркнул Майк и прижал руки к груди, видимо, чтобы удержать рвущийся наружу смех.

– Ага, – серьезно кивнул Лейдекер. Он переплел пальцы, вытянул руки вперед и громко хрустнул суставами. – И вместо того чтобы засадить Чарли в тюрьму, наш гуманный и заботливый суд отправил его на полгода в психушку, чтобы его там подлечили, а тамошние спецы, видимо, решили, что с ним все в порядке, потому что уже в июле он снова шлялся по городу, вольный, как птица.

– Угу, – согласился Майк. – Он тут у нас ошивается чуть ли не каждый день. Вроде как местная достопримечательность. И каждый идиот, который приходит в библиотеку, считает своим долгом побеседовать с ним о том, что каждая женщина, сделавшая аборт, погибнет в кипящей сере, а злостные преступники типа Сьюзан Дей будут вечно гореть в аду. Одного не могу понять, почему он к вам привязался, мистер Робертс.

– Наверное, мне просто повезло.

– С вами все в порядке, Ральф? Вы какой-то бледный.

– Я в порядке, – быстро сказал Ральф, хотя на самом деле он был далеко не в порядке. Его нешуточно мутило.

– Не знаю насчет «все в порядке», но вам действительно повезло. Повезло, что вам подарили баллончик с перцовым газом, повезло, что вы взяли его с собой, и больше всего повезло, что Чарли Пикеринг не воткнул этот нож вам в шею сразу, как только увидел вас. Вы сможете сейчас поехать в участок и дать показания?