За Уральским Камнем - Жук Сергей Владимирович - Страница 109

Через несколько дней Турай-ад-Дина не стало. Схоронили, как и просил, и место выбрали неплохое, на вершине холма, окруженного девственной тайгой. Место сухое, и грунт мягкий, по местным меркам лучше не бывает.

6

Август 1632 года. Новый Ленский острог.

Сотник Петр Бекетов готовится к возвращению в Енисейский острог. Зимовать собирался в Усть-Кутском зимовье. Там его должен ждать сын дворянский Парфен Ходырев, что послан из Енисейска на смену сотнику.

Ленский острог Петр Бекетов сладил по своему усмотрению, как и отписал государю в своей челобитной:

«1632 году сентября 25 день. По государеву цареву и великого князя Михаила Федоровича всея Руси указу поставил я со служилыми людьми на Лене-реке острог для государева величества в дальней украине, и для ясачного сбору, и для приезда якутских людей. А прежде того на Лене-реке в якутской земле государева острога не бывало нигде. Поставлен острог против якутского князца Мымакова улуса и меж иными многими улусами среди всей земли Якольской».

Действительно, острог встал на правом обрывистом берегу Лены, напротив скотоводческих угодий племен саха, тем сразу нарушив привычный уклад и вызвав их недовольство. Местность называлась Кангаласской волостью. Именно кангаласские князцы возглавили восстание против Ленского острога.

Лена здесь необычайно широка. От берега до берега местами до десяти верст будет. Просторные речные острова, меняя друг друга, чередой раскинулись по всему руслу реки. Берега равнинные и неплохи для выпаса скота. Это центр Якольской земли, центр уникального северного животноводства племен саха.

Но это мало интересовало сотника. Достаточно того, что откочевать им особо некуда, а соболей хватает. Охотой занимаются и на скот у тунгусов выменивают. Вообще после Жиганов он вернулся не в духе. Уезжал с девкой Дарьей, что дорогой приблудилась, с хлопцами, а вернулся один, и никому ни слова. Пересчитал ясак и стал собираться в дорогу. Если надумал в этом году возвращаться, то уже самое время. К Усть-Куту только и успеешь, до того, как лед встанет. Острог достраивается, ясак собрал и со своих, и с мангазейских инородцев, так что самое время отбыть восвояси.

Историческая справка. Ленский острог был поставлен 25 сентября 1632 года сотником Петром Бекетовым на правом берегу реки Лены, в семидесяти километрах ниже современного города Якутска. Осенью 1633 года Бекетов возвратился в Енисейск. Помимо ясака за прошлый год, отправленный вперед себя, он привез 22 сорока соболей и 25 собольих шуб. Весной 1634 года полая вода причинила Ленскому острогу, стоявшему тогда очень близко от реки, значительные повреждения, обвалив берег, который увлек с собой острожную стену, а также несколько домов и амбаров. Это произошло в очень тревожное время, когда мятежные якуты подступали к острогу. Пришлось срочно переносить его далее от берега, на безопасное в будущем расстояние. В 1638 году острог стал центром новообразованного Якутского воеводства. В 1642–1643 годах острог перенесен на современное место, левый берег Лены, в долине Туймаада, и переименован в Якутск.

7

То же время. Река Амга.

Междуречье Лены, Алдана и Амги заселяли племена якутов. О появлении отряда Стефана Корытова их оповестили тунгусы князца Дикинчу. Не ведая о настроении якутов, зайдя на реку Амгу, мангазейцы построили зимовье. С людьми Якова Щербака у него насчитывалось не более двадцати пяти человек. Планы были зимовать, привести к шерти якутов и собрать ясак.

Пока достраивалось зимовье, выделив Щербаку пятерых казаков, Стефаний велел отправляться вверх по реке и осмотреться, где и как густо проживают саха.

В двух днях пути Яков встретил якутов. То, что он увидел, несколько удивило и встревожило. Ему еще не приходилось наблюдать подобные поселения инородцев. Кроме привычных круглых юрт с коническим верхом, здесь возвышалось сооружение, напоминающую острожную башню. Стены с внутренней и внешней стороны были из тонкого круг-лого леса, а между ними засыпаны камни. Это было крепостное сооружение, способное укрыть защитников не только от пуль самопалов, но и пушечных ядер.

Их князец Баюк вел себя весьма враждебно, а услышав, что русские пожаловали за ясаком, велел всех умертвить. Не ожидавшие такого поворота, казаки даже не успели изготовиться к бою. Налетевшие якуты закололи их копьями и изрубили пальмами. Живым уйти не удалось никому.

Через несколько дней якуты осадили Стефана в зимовье. После нескольких неудачных попыток поджечь русскую крепь, оставив напоказ трупы казаков, саха ушли к своим юртам. Это была первая демонстрация неповиновения якутов. Вскоре последовало объединение племен, столкновения и настоящие сражения с казаками Ленского острога.

Оставаться зимовать таким малым числом в окружении врага было равносильно гибели. После долгих раздумий пришлось мангазейцам, оставив зимовье, спешно идти сплавом вниз на поиски ушедших в Жиганы товарищей.

В устье реки Алдан им снова пришлось вступить в бой. На этот раз со своими братьями, казаками из Ленского острога. Прослышав об обидах, те поджидали их на стрелке, с целью отбить мягкую рухлядь и пленить воровских людишек.

Видимо, благодаря Создателю, и на этот раз обошлось без оружия. Сошлись православные друг с другом, примерно равным числом, наломали костей и увечий всяческих понаделали. Да победителя не оказалось, и Стефаний побег далее в Жиганы.

Но ленцы на этом не успокоились. Заметили служилые, что казна у черкашина дюже добрая. Сгоняли до ближайшего зимовья за подмогой и снова – в погоню.

Такого упорства атаман Корытов никак не ожидал. А тут еще беда приключилась: харчи подмочили. Вот и пристали к берегу, чтобы зерно перебрать да подсушить.

Взяли их на берегу, насели служилые числом до сорока человек. Кулаком обух не перешибешь. Схватились на саблях, но и так слабо оказалось, вот и пальнули стефанские казаки с досады, да ленские – тоже в ответ. Наделали делов. Ладно хоть били из самопалов более для острастки. Поранили друг друга густо, и двух казаков загубили. В аккурат по одному из каждого острога. Тут, слава Богу, образумились, прекратили душегубство. Сдался черкашин со товарищами.

Историческая справка. Согласно отпискам Ленского острога виною всему были мангазейские служилые люди, так как якутам было не под силу подчиняться двум господам, которые не только не имели согласия между собой, но один из которых стремился уничтожить приказы другого. Если бы Корытов стал со своей стороны оправдываться и защищаться, то, возможно, вина была бы приписана ленским служилым людям или их начальникам. Наказание Стефана Корытова со товарищами, видимо, не состоялось, либо не было слишком суровым. Имеются сведения, что он в 1635 году был вновь отправлен на реку Вилюй во главе партии служилых для сбора ясака.

8

То же время. Вблизи Ленского острога.

После кончины Турай-ад-Дина осиротели братья Шорины. Как подчас бывает, при жизни имама они не задумывались о его значимости для них. Не ценили, подшучивали, а порой и обижали. Лишь после его ухода братья ощутили пустоту, неожиданно возникшую в душах, что когда-то были заполнены Турай-ака. И эти пустоты, как телесные раны, болят и кровоточат. Со временем они, конечно, зарубцуются, но шрамы останутся на всю оставшуюся жизнь.

Не менее переживал и Вульф. Сдружился он со стариком. Будучи сам уже немолод и повидал немало, а с первой встречи дивился знаниям и памяти имама. Во всем уступал ему и терпеливо сносил его причуды. Достойно отошел в мир иной Турай-ака, и хотя тяжелым испытанием стала для него Сибирь, но крепость веры и стремление к цели были непреклонны.

Сейчас надо было спешить, и друзья устремились в низовья Лены. На реке было достаточно оживленно. Не проходило и двух-трех дней, чтобы не встретили кого-нибудь. Промысловый люд, купцы, служилые мелкими и большими группами двигались на юг к знакомым волокам, чтобы успеть пройти их до морозов или достичь обжитых мест для зимовки. Они же вопреки законам природы шли на север к Полярному кругу, пренебрегая, а скорее не представляя тех трудностей, что их ожидают.