Марготта - Шашкова Екатерина Владимировна - Страница 43

– Ну ничего себе отдача, – пробормотал Кьяло, потирая лоб.

– Самое главное в любом деле – это работать головой, – заметила я, заглядывая в открывшийся проход.

Наверно, в глубине души я была готова увидеть что-нибудь жуткое. Пыточную камеру, братскую могилу, таинственный саркофаг с перебинтованной мумией или секретную лабораторию, в которой какой-нибудь страшный алхимик проводил опыты по скрещиванию людей с ядовитыми гадюками, – а что же еще могло находиться за потайной дверью?!

Поэтому, увидев обычную комнату, пусть даже круглую и без окон, я была сильно разочарована. Больше всего помещение походило на кабинет богатого бизнесмена, внезапно воспылавшего любовью к старине: тяжелая громоздкая мебель, горы пыльных книг и пожелтевших свитков, огромные гобелены, нещадно поеденные молью, роскошный ковер, развешанное по стенам оружие, свечи, понатыканные всюду (так ведь и пожар недолго устроить!), очень много серебра и еще больше золота. Немного выбивалась из общего стиля куча тряпок на полу возле стола, но я не придала ей особого значения. Ну мало ли – кто-то спешно одевался (или раздевался), до шкафа добежать не успел, потом забыл.

Настораживало другое – общий магический фон в комнате был… Просто был. И довольно явственный, по крайней мере я почувствовала его сразу же. И облегченно вздохнула, потому что уже не раз ловила себя на дурацкой мысли, что я, возможно, вообще единственный владеющий магией человек в этом мире. Оборотни, зелья, талисманы – это все ерунда на постном масле. Но как же я, оказывается, соскучилась по нормальной цивилизованной магии!

– Ну что ты встал посреди прохода? Или заходи, или выходи, – подтолкнул меня Кьяло. На лбу у него теперь красовался второй синяк, поменьше первого, но не менее цветастый.

– А ты меня не торопи. Когда захочу, тогда и зайду.

– Захоти, пожалуйста, побыстрее, а то стенка уже обратно едет.

Не особо задумываясь о последствиях, я шагнула в комнату, Кьяло последовал за мной, и следующие несколько секунд мы увлеченно наблюдали, как каменная стена вновь занимает положенное ей место. Это как же точно нужно было все сделать и подогнать, чтобы потайная дверь действительно смотрелась как цельная стена. Мы ведь и нужный камень-то нашли совершенно случайно.

Я вздрогнула от внезапно пришедшей в голову мысли:

– Кьяло, слушай, а если мы столько времени искали, как попасть сюда…

– …То сколько же мы провозимся, чтобы выбраться обратно? – докончил он за меня.

Я пробежалась взглядом по помещению и бегло отметила около сотни безделушек, которые могли бы послужить двереоткрывателями. А могли бы и не послужить. Потому что непосредственно двери в комнате не было, только та стена, через которую мы вошли. И сейчас она крепко стояла на своем месте, не оставив даже намека на трещинку.

– Упс! – подвела я итог осмотру. – Что делать будем?

– Сначала поймем, какого черта мы сюда залезли и какая нам от этого может быть польза. А потом начнем дергать за все подряд, – предложил Кьяло.

– И биться головой, – хихикнула я.

– А можно и головой, оно тоже иногда помогает.

– А серьезно?

– Сдвиньте в сторону большой бронзовый подсвечник, а потом медленно досчитайте до пяти и верните его на место, – усталым голосом посоветовала куча тряпок с пола.

Я подпрыгнула от неожиданности и шарахнулась коленкой об столешницу. Кьяло среагировал гораздо более адекватно – мгновенно выхватил нож (причем у меня из-за пояса!), подскочил к тряпкам и пнул по ним ногой. Точнее, попытался пнуть, но тут откуда-то из глубины кучи высунулась рука, ловко ухватила парня за щиколотку и дернула. Кьяло взмахнул руками, пытаясь сохранить равновесие, но все равно не удержался и красиво плюхнулся на задницу.

Я чисто машинально запустила по неведомому врагу пульсаром (в последнее время они получались у меня все лучше и лучше, наверно, сказывалось обилие практики) и только потом сообразила, что этот небольшой сгусток огня в замкнутом пространстве способен спалить всю комнату, включая находящуюся в ней меня.

Но едва фаербол коснулся тряпок, как раздался легкий хлопок, и он исчез. Не взорвался, не лопнул – просто исчез, оставив после себя только приятное ощущение тепла в кончиках пальцев.

– Хватит, хватит уже, – пробормотал голос, и из-под кучи вылезло… нечто. Принадлежность этого существа к мужскому полу и человеческой расе я определила далеко не сразу, в первую очередь потому, что… Как бы потактичнее выразиться? Пожалуй, выражение «худой как скелетина» послужило бы ему величайшем комплиментом. При взгляде на этого узника Бухенвальда я поняла, что теперь уже не смогу, глядя в зеркало, с чистой совестью называть себя костлявой или тощей просто потому, что по сравнению с ним даже я казалась здоровым и упитанным ребенком.

Ну и плюс длинные спутанные волосы неопределенного цвета, отродясь не стриженные ногти, воспаленные глаза, частичное отсутствие зубов… Короче, зрелище нам представилось удручающее.

– Что за черт? – риторически вопросил Кьяло, выдергивая свою ногу из цепких объятий незнакомца и засовывая мой нож себе за пояс.

– Успокойтесь, молодой человек, это не черт, это всего лишь я, – откликнулся тот. Голос у него был хриплый и дребезжащий, как у старика, но мне почему-то показалось, что ему едва ли за сорок.

– А вы кто? – поинтересовалась я, набравшись наглости.

– Уже никто, – вздохнул он. – А часа через два меня вообще не будет.

– Не понял, – потряс головой Кьяло. – Почему это не будет? Помрешь, что ли?

– Можно и так сказать. – Незнакомец пожал костлявыми плечами.

Он на удивление спокойно воспринял наше появление, да и вообще вел себя как чопорный англичанин, к которому старые друзья зашли в гости на чашечку чая. И, что самое интересное, весь магический фон комнаты шел именно от него, но вот его самого я почему-то совершенно не воспринимала как мага. Человек – да, с сильной энергетикой – да, но никак не маг. Я осторожно протянула руку по направлению к нему, пытаясь глубже прочувствовать ауру, но он вдруг отшатнулся от меня как от прокаженной.

– Не прикасайся ко мне! Если хочешь жить – не прикасайся!

– Почему? – удивилась я, но руку послушно отдернула.

– Ты что, не видишь, что ли? Я же весь в этой дряни.

Я честно попыталась разглядеть на нем хоть какую-то дрянь помимо вековой грязи, ровным слоем покрывавшей кожу, но не преуспела в этом деле и попросту спросила:

– Вы о чем?

– Да о порошке же. Неужели ты не знаешь, что такое антимагический порошок?

– Знаю. – Я поежилась от неприятных воспоминаний. – Гадость редкостная.

– Вот этой-то гадостью они меня и осыпали с ног до головы, чтоб не сбежал. Да и бежать-то мне, честно говоря, некуда и незачем. Сам виноват.

– В чем?

– А какая теперь разница?

Он вперил в меня взгляд, словно пытаясь прочитать мысли. Потом увидел Глюка и начал пялиться на него. Крыс в ответ с любопытством уставился на незнакомца. Я молчала, не зная, что еще можно сказать. Кьяло вообще изображал безжизненную декорацию, сидя на корточках возле стены и стараясь понять хоть что-нибудь из нашего разговора. Как назло, маг не обращал на него ровным счетом никакого внимания, предпочитая иметь дело со мной.

– Слушай, а может, ты меня убьешь, а?

– Упс? – не поняла я. – В смысле зачем?

– Так все равно же умирать, а так хоть им не достанусь.

– Вот делать мне больше нечего, кроме как вас убивать! А кому?

– Что «кому»?

– Достанетесь кому?

В глазах незнакомца промелькнуло искреннее непонимание. Кажется, я ляпнула что-то не то. Знать бы еще, насколько не то…

– Так ты ничего не знаешь?

– Нет, что-то я в любом случае знаю. Поэтому все зависит от того, что вы имеете в виду. Если расскажете что-нибудь еще, буду знать и это – в жизни пригодится.

– Ты ничего не знаешь!

– Знаю! Только скажите, что именно.

– Я не знаю, кто из вас что знает или не знает, – не выдержал Кьяло, – но я" себе уже все мозги натер. Если не хотите объяснять – так и скажите, я просто уйду и не буду мешать вам разбираться со своими делами.