Кремниевое небо - Шапошников Игорь - Страница 66

В ответ на это Хоуп лишь молча улыбнулась и после недолгих поисков выудила из своего рюкзака короткие джинсовые шорты. Она быстро надела их и показала Ромео, что дверь можно открывать. Ромео нажал на кнопку у двери, и замок щелкнул, открываясь.

— Доброе утро, — сказал Джаммер., входя. На нем был все тот же строгий костюм, что и на предыдущей встрече в аэропорту.

— Взаимно, — ответил Ромео, а Хоуп просто кивнула, отвечая на приветствие.

Джаммер прошел в комнату и огляделся. Точно, кресел было всего два, а устроиться для беседы надо было троим. Ромео указал Джаммеру на свободное кресло, а сам сел на постель.

— Я гляжу, вы тут к чему-то готовитесь? — спросил Джаммер, указывая на стол, заставленный техникой Ромео и Хоуп.

— Не важно, — отмахнулся Ромео. — Но чем вызван этот визит? — обратился он к Джаммеру.

Джаммер чуть развернул кресло, чтобы видеть одновременно и Ромео, и Хоуп.

— Давайте все же говорить откровенно, — начал он. — Я точно знаю, что вы приехали за Надински. Так?

— Если вы это точно знаете, то наше подтверждение ни к чему, — пожал плечами Ромео. — Но я полагал, что эту тему мы еще вчера закрыли.

— Сегодня утром мы получили новые данные. — Джаммер начал говорить чуть жестче. Было видно, что он уже нерасположен к спокойной беседе, как вчера. — Ваша Надински сегодня…

— Не наша! — прервал его Ромео.

— Не важно, — отмахнулся Джаммер. — Эта Надински сегодня убила двух полицейских. У нас есть видеозапись этого инцидентами я могу четко сказать, что Надински является аватаром какого-то ИскИна.

— Аватаром? — недоуменно нахмурился Ромео. — Это что такое?

— Аватаром раньше называлось воплощение какого-либо божества в человеке. Сейчас мы применяем этот термин для обозначения людей, которые были перепрограммированы ИскИном. Эти аватары обычно имеют искусственно повышенную скорость рефлексов. Собственно, по этому признаку их раньше и вычисляли. Но после восьмичасовой войны их больше не встречалось, А несколько часов назад мы убедились, что Надински является аватаром. Ее остановил патруль для проверки документов на улице, и она тут же убила обоих полицейских. У нас есть видеозапись. Хотите посмотреть?

— Да, — коротко ответил Ромео.

Джаммер достал из внутреннего кармана пиджака маленький диск и протянул его Хоуп.

— Нет, спасибо, — ответила девушка, — мы не вставляем в свою технику чужих носителей информации. Мало ли что на них записано, потом систему от вирусов чистить замучаешься.

— Никогда не поверю, что у аналитиков ЦЕРТа нет с собой техники, — поддержал ее Ромео.

— Дело ваше, — вздохнул Джаммер и достал из все того же кармана плоский наладонник. Просто у вас экраны побольше, а тут картинка маленькая будет.

Видимо, запись, которая была на диске, уже находилась в памяти наладонника, потому что сам диск Джаммер отправил обратно в карман, а наладонник отдал Ромео. Видеопроигрыватель на нем был уже запущен, оставалось лишь начать воспроизведение записи. Ромео щелкнул кнопкой и начал всматриваться в изображение на маленьком экране.

Запись была сделана уличной камерой. Качество было не слишком высоким, да и освещение оставляло желать лучшего. Столкновение Татти с полицией произошло ранним утром, когда солнце еще только вставало, и та часть улицы, которая интересовала Ромео, была погружена в тень. Однако если приглядеться, то можно было рассмотреть происходящее.

Сначала камера зафиксировала Татти, которая шла по тротуару в брюках и легкой куртке. Камера снимала откуда-то сверху, скорее всего, с уровня второго этажа, поэтому Татти было видно только со спины. А потом навстречу ей вышли двое полицейских в полной экипировке. Шлемы, бронепластиковые доспехи, оружие — все как положено. Так как кроме Татти на улице ранним утром никого не было, они подошли к ней. Вот один из полицейских преградил ей дорогу и начал о чем-то говорить. Звука, естественно, не было, уличные камеры передавали только видеосигнал, и Ромео приходилось лишь догадываться, что полицейский попросил Татти предъявить документы. В ответ на это Татти лишь как-то странно дернулась, и полицейский тут же упал. В руках у Татти оказался пистолет, и она выстрелила сначала в лежащего у ее ног полицейского, а затем в его коллегу, который не успел даже достать оружие. От первого ее движения до падения второго полицейского прошло не более секунды.

Ромео в недоумении помотал головой. Все произошло так быстро, что он не успел ничего рассмотреть. Он перевел запись чуть назад, и начал просматривать ее в замедленном темпе. Вот полицейский остановился перед Татти. Небольшая пауза, видимо, он что-то ей говорит. Татти отрицательно покачала головой, и патрульный сделал шаг вперед, протягивая к ней руку. В этом месте Ромео еще больше замедлил скорость воспроизведения записи и поднес маленький экран ближе к глазам, чтобы ничего не упустить на нечеткой записи. Теперь он отчетливо видел, как девушка чуть поднырнула под руку полицейского и выдернула у того из кобуры на поясе пистолет, а затем, возвращаясь назад, легко ударила его по ноге. Все это время полицейский стоял почти неподвижно, он успел лишь немного повернуть голову, настолько быстро двигалась Татти. От удара по ноге полицейский должен был упасть, но он не успел даже потерять равновесия окончательно, как Татти выстрелила в него. От выстрела патрульного бросило на землю. Не обратив на него никакого внимания, Татти перевела пистолет на его напарника и снова нажала на спуск. Все это она проделала быстро и с какой-то даже небрежной изящностью, словно всю жизнь только и занималась тем, что тренировалась в боевых условиях. Ромео вспомнил их недавнюю встречу в картинной галерее. Он еще тогда успел обратить внимание на то, с какой пластикой двигалась Татти. А теперь он видел, как она может использовать свои возможности для убийства.

Ромео передал наладонник Хоуп, чтобы та смогла тоже ознакомиться с записью, а сам лихорадочно просчитывал варианты. Татти ведь вполне могла скрыться от патрульных. Если она с такой легкостью убила их, ей не составило бы труда оторваться от них в лабиринте улиц. В конце концов она даже не находилась в розыске, простая проверка документов ей ничем не грозила. Неужели программа, вложенная в нее Гефестом, требовала максимально быстрого разрешения подобных ситуаций именно в силовом ключе? Других объяснений происходящему Ромео не находил.

— Ну и как? Интересно? — спросил его Джаммер. Ромео молча смотрел на Джаммера. Тот, поняв, что Ромео сейчас не ответит ему, ждал, пока Хоуп закончит работать с его наладонником. Наконец Хоуп, удовлетворив свое любопытство, вернула Джаммеру его компьютер. Аналитик ЦЕРТа вернул его во внутренний карман пиджака. Интересно, сколько оборудования носит на себе Джаммер, подумал Ромео, но озвучивать свой вопрос не стал. Сейчас было не до того.

— Подведем краткие итоги, — начал Джаммер, когда понял, что ни Ромео, ни Хоуп не собираются задавать каких-либо вопросов. — После убийства патрульных Надински покинула Атланту. Мы проследили ее путь до вокзала. Сейчас ЦЕРТ абсолютно убежден, что Надински является аватаром какого-то ИскИна. Кто-то из них смог обойти наши запреты и запрограммировать человека. А я точно знаю, что вы каким-то образом связаны с Надински. Вы замешаны в деле об ИИ. Вы хоть немного понимаете, что это означает?

— Нам будет предъявлено какое-то обвинение? — ровным голосом спросил Ромео.

— Нет, — поморщился Джаммер. — Пока у меня нет доказательств. Но я буду внимательно наблюдать за вами. Я еще раз прошу вас рассказать все, что вам известно.

— Мне нечего добавить к своим вчерашним заявлениям, — ответил Ромео.

Раздосадованный Джаммер с размаху стукнул открытой ладонью по столу. Хоуп вздрогнула от неожиданности, но Ромео продолжал неотрывно смотреть в глаза Джаммеру.

— Как же вы не понимаете, — Джаммер понизил голос, стремясь убедить Ромео, — если какой-то ИскИн смог преодолеть запреты, наложенные на него, то, может быть, Надински уже не одна обрела такие рефлексы. Может быть, в этот момент ИскИн программирует других людей, стирая им личность. Может быть, он готовится к реваншу и хочет заново переиграть ту восьмичасовую войну. Подумайте, сколько сейчас поставлено на карту. Второй раз мы можем не победить, теперь у нас не будет такого неожиданного подарка, как полтора года назад.