Очень не просто (СИ) - Григорьев Тимофей - Страница 68

Тут в комнату вошел Арчиб Либерийский, стараясь ступать тихо и не потревожить больных.

— Дорогая, тебе надо отдохнуть. — Муж взял в руки маленькую ладонь, стараясь поддержать супругу без слов, все было уже сказано, им оставалось только ждать. — Если ты сляжешь рядом с мальчиками, им это не поможет. Пойдем, у Сируса есть для нас новости.

Глава Тайной стражи ждал королевскую чету в небольшом кабинете, находящемся рядом с покоями кронпринца — родители старались не уходить далеко от ребенка, надеясь, что их присутствие помогает сыну в борьбе за жизнь.

— Какие новости? — Арчиб Второй был явно недоволен. — За это время можно было бы узнать, как в руки моего сына попало отравленное оружие.

— Мы выяснили, что оружейник тут совершенно ни причем, мечи и сабля были у него достаточно давно и источник их происхождения подтвердился. — Сирус взглянул на королеву и вздохнул. — А вот с кинжалами не все так гладко.

Глава Тайной стражи достал коробку, в которой на алом бархате лежали четыре черных кинжала (их пятый брат так и покоился в руке кронпринца, вытащить его не смогли даже маги).

— Оружие проверили маги всех мастей и специализаций, все в один голос утверждают, что яда на них нет.

— Но как же так? — в беседу вступила королева. — Почему тогда мальчики не приходят в сознание который день, если они не были отравлены неизвестным ядом? А что с магией?

— Те жрецы Эль, которым мы можем доверять. — Даина презрительно взглянула на собеседника, тот сразу стал пояснять свое высказывание. — Не в полной мере, естественно, просто ранее они не были замечены в общении с длинноухими. Так вот, они не видят никаких плетений Эль, призванный убить взявшего в руки это оружие. Вполне общепринятые у эльфов плетения защиты хозяина и другая мелочевка, дело не в этом.

— А в чем? — Королева старалась найти причину болезни сына и не стеснялась в выражениях. — Сколько можно ждать результатов? Сирус, ты старый друг семьи и опора трона, но твоя неспособность найти виновника происшедшего меня настораживает.

Под пронзительным взглядом королевы глава Тайной стражи явно почувствовал себя неуютно — про жесткий характер и способность решать проблемы королевой кардинально, он был очень хорошо осведомлен, поэтому становиться ее врагом было бы крайне рискованно. Намек на халатность при расследовании или даже на предательство могли обернуться для Сируса Сантийского лишением должности, а то и головы.

В Либерии министры по возможности старались всегда узнать мнение королевы по тому или иному вопросу, прежде чем выносить его на суд короля. За Даиной стоял ее отец, генерал ли Дов, под рукой которого находилась вся армия — это заставляло считаться с королевой всех, и друзей, и недругов. Арчиб Второй не стеснялся пользоваться, при необходимости, этими родственными связями, поэтому положение королевы при дворе было незыблемым и монументальным.

Первые годы после заключения брака супругов связывали страстные чувства друг к другу, но потом, после пары покушений, когда королеве пришлось защищать себя и сына с оружием в руках, ее мысли сосредоточились на благополучии единственного ребенка. Хотя двор Либерии не шел ни в какое сравнение со светской жизнью монархов других государств, и здесь нашлись предприимчивые девицы и расчетливые папаши, которые мечтали сократить путь к привилегиям и должностям через королевскую постель. Когда "доброжелатели" в первый раз рассказали Даине о мимолетном увлечении короля, она сперва не подала вида, что огорчена, но потом проплакала в подушку всю ночь. Путем одной прелестницы со временем последовали другие, но король старался соблюдать приличия, и супруге пришлось согласиться с правилами игры. Она нашла применение своим силам в политике и крепко взяла власть в свои руки — семья пришла к молчаливому соглашению о взаимной поддержке, король занимался больше внешними, а королева — внутренними делами страны. При попытках поссорить их друг с другом, монархи выступали единым фронтом, и на плахе слетело немало буйных голов, понадеявшихся на разлад в королевской семье.

Так что главе Тайной стражи ссориться с королевой было бы очень недальновидно.

— Дорогая, не будем делать поспешных выводов, выслушаем его новости, тогда и будем решать.

Король, как всегда, старался не допускать ссор в своем присутствии, однако, считать его наивным добряком мог лишь селянин, ни разу не бывавший в столице — Арчиб не раз приговаривал своих врагов к пыткам и казням, а в это время с его лица не сходила всепрощающая улыбка.

— Оружейник сказал, что кинжалы ему предложил купить очередной беженец из Саррана, произошло это как раз накануне посещения принца. Сумму запросили достаточно большую, и капитан в отставке Нуир взял время на раздумья. Когда же к нему в лавку без предварительной договоренности пришел кронпринц с кузеном, то оружейник не смог противостоять возможности похвастаться полным комплектом редкого оружия и послал приказчика с деньгами к продавцу. Кинжалы принесли тут же, и произошло то, что произошло.

— Если бы Гонор не лежал без сознания рядом с нашим сыном, я была бы уверена, что он и затеял это покушение.

Король подошел к окну и стал рассматривать лениво плывущие по небу облака.

— Что привело тебя к такому выводу?

— А почему нет?

Даина откинулась на спинку кресла.

— Давай рассуждать беспристрастно, хотя это и тяжело в нашей ситуации. С внутренними врагами мы с тобой, слава Че, разобрались, самые активные заговорщики давно окончили дни на плахе. Бастардов у тебя нет, значит, кроме Максума прямых наследников не наблюдается.

Услышав про бастардов, король обернулся, мельком взглянул на жену и опять уставился в окно — они оба лишний раз старались не вспоминать тяжелый разговор, произошедший много лет назад, когда единственным условием сохранения благополучного брака королева потребовала отсутствие у Арчиба других детей. При наличии магии Эль любой жрец мог моментально доказать происхождение ребенка, поэтому нередки были случаи коронования бастардов. Да и с политической точки зрения иметь обиженного побочного наследника — прямой путь к перевороту и гражданской войне, так что других детей у Арчиба Либерийского не было.

— Твои престарелые тетки не в счет, так что ближайшим возможным претендентами на трон Либерии, в случае гибели кронпринца, становятся внуки твоей двоюродной бабки Гелены — Эльчеор и Гонор Сарранские.

Даина не сказала ничего нового, просто ситуацию необходимо рассматривать во всех возможных вариантах, а Либерия, несмотря на свой малый размер и бедность, была достаточно привлекательной страной, чтобы побороться за ее трон. Если с Эльчеором все было более-менее ясно — он сделал ставку на своих орочьих родственников и у него блестящие перспективы в кланах, то с Гонором все было далеко не так радужно — он был вынужден покинуть свою страну, на троне сидел самозванец, а государство стонало под эльфийским гнетом. В такой ситуации намного проще избавиться от пары-другой родственников и занять освободившийся либерийский престол, чем начинать войну с эльфами и доказывать свое истинное происхождение.

— Некоторые из целителей утверждают — кронпринц жив до сих пор лишь благодаря тому, что рядом находится его кузен.

Сирус Сантийский решил возможным вмешаться в разговор супругов.

— Вы же видели, ваше величество, что при попытке унести Гонора в другое помещение ваш сын начинает задыхаться. Поэтому и лежат пострадавшие на одной кровати, рядом, так как то, что удерживает одного на этом свете, помогает и второму.

— Дождались! — Король сказал это, что-то высматривая в окно. — У нас гости, надеюсь, они нам помогут.

Когда Даина подошла к мужу, то увидела, что на дворцовой площади приземляется орочий дирижабль. 

Глава 28

Мы, я с дедом и восемь телохранителей, стояли на площади перед королевским дворцом и спокойно ждали, когда нас опознают, сочтут безопасными и пропустят внутрь. Еще на подлете к столице мы с Торрином провели небольшой военный совет, как нам вести себя на территории людского союзника — ситуация была сложная, беспокойная, что могло сказаться на отношении к оркам. Если правда то, что сообщил либерийский король через синира, то все в столице злы и подозрительны, ищут врагов и заговорщиков, а на эту роль намного проще назначить посторонних орков, чем своих соседей и друзей, так что нам предстоят тяжелые дни.