Удивительные путешествия по реке времени - Бессонова Алёна - Страница 4

– Смотри, как бегает! – заверещал попугай. – Она мне нравится! Смелая какая! Ты, принцесса, точно не трясогузка, ты просто трус-белелюс! Тр-у-ус! Тр-у-ус!

Принцесса нахмурилась.

Васюшка решила помочь Амитис. Она села на качели и начала раскачиваться. Волосы девочки рассыпались на ветру веером, глаза загорелись. Вся она подалась вперёд, казалось, полетела. Васюшке было так жутко и радостно от полёта, что она запела:

Принцесса замерла с широко раскрытыми глазами.

– Хочу! – закричала она. – Хочу, как ты!

Она встала на качели в полный рост и полетела навстречу уходящему солнцу.

– Только небо, только ветер, только радость впереди… – попробовала запеть Амитис.

Голос её от непривычки был клёкающий, потом отвердел, и полетела над Вавилоном волшебная мелодия далёкой страны. День в садах Семирамиды начал уходить в вечер. Вечер грозился перейти в ночь. Гости засобирались домой.

– Нам пора, Амитис! – сказал Рибаджо. – Спасибо за гостеприимство. Скажи что-нибудь на дорогу!

– А можно, я спрошу? – попросила принцесса.

– Конечно, спр-р-рашивай! – затрещал Кешка.

– Василиса говорила о сновидениях. Нечто Оле Лукойе показывает ей замечательные сны. А мне сейчас часто снятся тревожные сны. Если это растение, может быть, я попью из него отвар?

– Нет, принцесса, – грустно улыбнулся Рибаджо. – Это не растение. Это маленький волшебник! Оле Лукойе садится на подоконники в домах хороших детей и не злых взрослых и показывает им увлекательные сны, обязательно добрые…

– Я злая? – робко спросила принцесса Амитис.

– Ты добрая и милая, – ответила Василиса. – Рибаджо обязательно попросит Оле Лукойе показывать тебе прекрасные сны. И качели, и песню мы тоже оставляем тебе.

Рибаджо, прикрыв глаза, прошептал:

Семья благополучно вернулась в свой дом. Никому не хотелось говорить. Все молча переживали случившееся. Василиса пошла в сад посмотреть, как прижились бархотки. Все цветочки стояли ровненько, как крепенькие солдатики.

«Теперь, когда я буду смотреть на бархотки, буду вспоминать Амитис, – подумала Василиса. – У нас тоже наступает ночь, как и в садах Семирамиды. Не забуду эти сады никогда…»

Васюшка вдруг спохватилась, побежала в дом.

– Рибаджо, ты не забыл, что обещал принцессе?! – закричала девочка.

– А как же, – довольно ответил волшебник, – Оле Лукойе уже там! Я даже знаю, какой занимательный сон он покажет сегодня принцессе.

Теперь в далёком прошлом, над Вавилоном, каждый вечер где-то в садах Семирамиды зарождается необычная песня. Она накрывает царство покрывалом густого завораживающего звука. Жители думают, что поёт сладкоголосая птица счастья. Никто из них даже не подозревает, что это поёт принцесса Амитис. Теперь ей не скучно одной, теперь с ней её песни.

Путешествие второе. Пожар

(Храм Артемиды в Эфесе.)

Храм Артемиды в Эфесе.

Лето в этом году выдалось жаркое, как никогда. Казалось, солнце не на шутку рассердилось на людей и решило их немножечко поджарить. К полудню асфальт на дорогах становился мягким и источал неприятный запах, и люди старались спрятаться по домам, зашторить окна. В доме у Васюшки было душновато, поэтому семья старалась проводить время в саду. Там, в тени деревьев, было хорошо. Мама загодя купила каркасный бассейн, и вот уже неделю, в самый солнцепёк, Васюшка, Алька, Рибаджо и попугай Кешка проводили время под водой, изредка выныривая, чтобы глотнуть воздуха и перекусить, когда становилось совсем голодно. В вопросе еды бабушка пошла им навстречу, приносила её прямо к бассейну. Водоплавающие дети, птицы, волшебник повисали на бортике и с удовольствием вкушали принесённые яства. На десерт бабушка кидала прямо в воду бассейна яблоки, которые тут же всплывали. Васюшка, Алька и Рибаджо сразу включались в игру – кто прямо в воде, не выныривая, откусит больший кусок фрукта. Лучше всего этот фортель13 получался у Альки, он прямо как пиранья отщипывал огромные куски яблока, и вскоре на поверхности воды оставались только яблочные обглотки. Обглотки тоже шли в дело, их уносил Кешка. Он угощал ими ворон.

– Слушай, Алёк, ты опять съел больше всех яблок, тебя не разорвёт? – усмехаясь, спросил Рибаджо.

– Почему это разорвёт? – за Альку вступился Кешка. – Знаешь, после яблок очень приятно ходить в туалет! Попка ничуть не болит! Какашка мягонькая получается, не запорная.

– Так ты для попки стараешься?! – Рибаджо чуть не утонул от смеха.

– Ничуть! – возмутился, краснея Алька. – Просто я люблю яблоки. А вы мне завидуете. Так ловко нырять как я, никто из вас не может!

– Это точно! – подхватила Васюшка. – Ты молодец, асс! Кстати, по поводу «нырять», Рибаджо, помнишь, на Новый год ты превращал наш ковёр в озеро?

– А как же ему не помнить? – вклинился в разговор попугай Кешка. – Он тогда чуть дом не спалил!

– Что-о-о?! – удивилась Васюшка. – Почему я об этом ничего не знаю?

Рибаджо превратился в каменное изваяние. И это, судя по выражению лица, ничего хорошего не сулило проболтавшемуся попугаю.

– Ой-ой! – завопил попугай. – Мамочки мои родные! Рибаджо, я нечаянно! Нечаянно! Хочешь, выдеру себе перо из хвоста?!

Волшебник слегка смягчился, увидев раскаяние попугая.

– Дело прошлое! Подпалили мы немножечко ковёр, бенгальский огонёк14 неловко зажгли, пришлось выкручиваться, – как можно добродушнее сказал Рибаджо.

– Ничего себе! – не унималась Васюшка. – У нас мог быть пожар, а я об этом ничего не знаю!

– Чего ты привязалась к этому пожару? – начал злиться Рибаджо. – Вовсе мог быть не пожар, а так, маленький пожаришко! Хотите, я вам расскажу про настоящий пожар, про пожар всех пожаров!

Василиса поняла, что Рибаджо переводит неприятную ему тему разговора на другую.

– Давай, так и быть! – примирительно сказала она.

Все тут же повисли на бортиках бассейна, приготовились слушать.

– Без меня не начинай! – крикнул пролетающий над Рибаджо Кешка. Он нёс вороне последний яблочный обглодок.

Когда попугай вернулся, волшебник удобно устроился на плавающем в бассейне надувном круге и неспешно заговорил:

– Было это сегодня, много столетий назад…

– Ты хоть понял, пр-р-рохвост, что сказал? – перебил Кешка. – Сегодня, много столетий назад, ум-м-мора!

– Цыц, курица, молчать! – цыкнул на попугая Рибаджо. – Именно сегодня, 21 июля, много столетий назад. Ни днём раньше, ни днём позже! В этот день родился великий полководец Александр!

– Рибаджо, ты не перегрелся? – удивлённо спросила Васюшка. – Разве есть полководец Александр?

– Да, вы что, ребята?! Ну и ну! Александр Македонский15! Сын царя Македонии16 Филиппа Второго и Олимпиады. Появление его на свет приветствовала богиня плодородия Артемида17.

Слушатели охнули, но перебивать перестали.

– Мне прадед рассказывал, каким он парнем рос: высокий, статный с орлиным взором. Совершенно бесстрашный юноша. Воин из него получился великий. Много веков ещё не было такого воина, как Александр. Правда, перед нашим столетием появился ещё один великий полководец, тоже Александр, только Суворов18. Всего их, великих, было раз, два и обчёлся. Так что вам обязательно их надо знать! Александр Македонский в 10 лет обуздал самого строптивого коня в царстве, Буцефала. Никому не покорялся конь, а ему покорился. Когда он гордый, ликующий, на подчиняющимся ему коне, вернулся к своему отцу, отец прослезился и сказал: