Янтарь и Льдянка. Школа для наследников - Снежная Дарья - Страница 39

Но демон забери, я бы предпочла надеть свое голубое платье, заплести косу и вприпрыжку отправиться по собственным делам, а не проводить полжизни перед зеркалом.

Когда за мной пришел Янтарь, чтобы тожественно сопроводить до зала, где будет проходить праздник, я сначала не поверила своим глазам. На шее — мудрено завязанный платок, на плечах — богато расшитый камзол, да и судя по «присмиревшим» огненным волосам, больше не падающим на глаза, не мне одной пришлось пострадать во имя приличий. Я поймала себя на мысли, что мне бы хотелось взъерошить их обратно.

— Да ты на принца стал похож, — удивления я все-таки не сдержала.

— Да? — мрачно переспросил Янтарь. — А я думал, на идиота.

Я хихикнула и уже даже как-то привычно приняла предложенный локоть.

— Как же им это удалось? Сделать из тебя приличного человека?

— С трудом, — удовлетворенно отозвался огневик, и я мысленно посочувствовала занимавшимся им людям.

Мы подошли к высоким, пока еще закрытым дверям. Коль скоро праздник был организован в нашу честь, нам предстояло зайти последними, под всеобщими восхищенно-благоговейными взглядами спуститься по лестнице и постараться при этом не опозориться.

— Тебе-то хорошо, — вздохнул вдруг Янтарь, заставив меня вздрогнуть. — Если ты споткнешься, я тебя поймаю. А если я споткнусь?

— Я постараюсь сделать так, чтобы ты не утянул меня за собой, — проворчала я.

— А как же быть вместе и в радости, и в горе, пока смерть не разлучит нас?

— Это после свадьбы, а не до!

— Демон, я так и знал, что тут есть какой-то подвох… — окончательно погрустнел огневик, и я невольно засмеялась.

А в следующее мгновение двери распахнулись. Я еще крепче вцепилась в локоть Янтаря и вслед за ним шагнула на темно-зеленую ковровую дорожку.

Сложнее всего было сохранять благожелательную улыбку. Я была свято уверена, что на моем лице сейчас застыл жуткий неестественный оскал, а в глазах при виде огромного количества людей, столпившихся у подножия лестницы, плескался незамутненный ужас. Я почувствовала, как мышцы Янтаря под моими пальцами тоже напряглись, а в голове мелькнула дурацкая мысль: вот будет умора, если мы действительно оба кубарем скатимся к ногам многочисленных лиров и лир.

Обошлось. Под звуки до ужаса торжественной музыки мы благополучно спустились к сияющим улыбками Императору и Императрице. Принц Дианир вежливо приподнял уголки губ, а принцессы Грейс нигде не было видно. Дейрек обернулся к остальным, поднимая бокал.

— Дамы и господа, бал в честь возвращения принца Дарела и принцессы Анаис, а также праздника Зимы я имею честь объявить открытым!

Зал зашелестел приглушенными аплодисментами, а в следующее мгновение зазвучал вальс, и особо нетерпеливые тут же бросились приглашать дам.

— Можешь дышать, — шепнул мне на ухо Янтарь, и я запоздало сообразила, что и правда едва не забыла, как это делается, пока спускалась с лестницы.

Скучный обмен ритуальными любезностями («Ах, вы прекрасно выглядите, ваше высочество!», «Ах, вы так любезны, ваше величество!») был прерван появлением статного мужчины в парадном гвардейском мундире. Коротко стриженные русые волосы уже тронула седина, но серо-голубые глаза смотрели ясно и прямо, а количество орденов на груди внушало определенное уважение. Он с достоинством склонил голову, приветствуя нас, а Император даже вполне искренне улыбнулся, увидев его.

— Позвольте представить вам, Дарел, Анаис, его светлость герцог Террес Торнелл, командующий Императорской гвардией и мой доверенный друг.

— Для меня большая честь наконец познакомиться с вами, ваше высочество. — Он мимолетно коснулся губами моих пальцев, а затем повернулся к Янтарю. — С возвращением во дворец, ваше высочество.

Так вот как выглядит таинственный голос из библиотеки. И отец Риана. А я еще удивлялась его капитанской должности. Странно, что его не сразу заместителем командующего назначили! Значит, Риан — будущий герцог и предположительно тот, кто сменит впоследствии отца. Остается только порадоваться, что Янтарь младший сын, а не старший, и должен будет уехать со мной править Аверном. А то мне сложно представить, как эти двое ужились бы в одном дворце.

Герцог Торнелл стал лишь самым первым из тех, кто подходил засвидетельствовать нам свое почтение. И, пожалуй, единственным, кого я действительно запомнила. Остальные лица перепутались и перемешались в голове, и я вздохнула с огромным облегчением, когда Император наконец снисходительно заметил, что молодым людям все-таки стоит и развлечься, и отпустил нас с миром.

— Что желает дама? — Янтарь, до сих пор крививший подобающую случаю благородную физиономию, задорно усмехнулся, почувствовав некоторую свободу, и попытался чуть ослабить узел платка. — Выпить, перекусить, потанцевать, сбежать отсюда к демону, пока светскими разговорами не заболтали до смерти?

— Последнее — очень заманчиво, — вздохнула я. — Но, боюсь, твой отец будет сильно огорчен.

— Я бы даже сказал, безутешен, — в тон мне отозвался огневик и замолк на мгновение, словно воображая возможную императорскую кару за пренебрежение обязанностями.

— Есть хочу, — решила я и направилась к столам, уставленным всевозможными блюдами.

— А потом говорят, что у мужчин только одно на уме, — хмыкнул Янтарь, следуя за мной по пятам.

Только спустя полчаса я поняла — очень наивно было думать, будто нам позволят спокойно поесть. Люди продолжали подходить, чтобы поздравить с праздником или грядущей свадьбой, поговорить о погоде или обсудить мятеж на западной границе, о котором я не имела ни малейшего представления. Помаячив перед нами некоторое время, они исчезали, сменяясь другими. Сейчас мы беседовали с каким-то графом на тему недавно введенного запрета на ношение во дворце амулетов, не одобренных императорской гвардией и придворным магом.

Янтарь, беспечно облокотившийся на стол, вдруг выпрямился и напрягся. Я удивленно обернулась, проследив за его взглядом, и увидела, как к нам приближается Риан в сопровождении незнакомой мне девушки в ярко-зеленом платье.

— Ваши высочества. — Гвардеец поклонился, его спутница присела в глубоком реверансе, скромно потупив глаза. — Моя сестра Камелия очень хотела познакомиться с вами.

— Это большая честь для меня, — пробормотала она едва слышно.

— Мы несказанно рады знакомству, — скучающе отозвался Янтарь, явно желая как можно скорее отделаться от общества ее брата.

Надо отдать должное, Риан тоже не излучал восторг и радость. Было очевидно, что он бы с большим удовольствием лишний раз не попадался на глаза недругу голубых кровей.

Зато Камелия успешно поддерживала светскую беседу, справляясь за двоих. В серых глазах сияло неподдельное восхищение, а на губах — веселая улыбка. Она оживленно болтала, скрывая возникшую неловкость своей беззаботностью, и, казалось, совсем не замечала растущего напряжения. Зато мне от него становилось не по себе. И услышав, что в очередной раз сменилась мелодия, я произнесла нарочито обиженно:

— Ах, Камелия, поверьте, не так уж это и весело быть невестой принца, если он с начала бала еще ни разу не пригласил меня на танец.

— Какое упущение с моей стороны. — Янтарь ухватился за мое предложение, как утопающий за соломинку, и тут же протянул мне руку. — Прошу нас извинить, — бросил он через плечо, увлекая меня к танцующим.

Я успела заметить, как Риан словно даже облегченно выдохнул, а его сестра улыбнулась, провожая нас взглядом. Затем мне стало не до них. Я запоздало подумала, что танец был не самой лучшей моей идеей, в тот момент, когда Янтарь привлек меня к себе и с силой сжал ладонь.

— Это очень разумное предложение, — неожиданно произнес он.

— Должен же хоть кто-то из нас действовать разумно, — фыркнула я, про себя отмечая, что он, оказывается, на удивление уверенно ведет, заставляя забыть о шагах и движениях и просто наслаждаться музыкой. — У тебя по глазам было видно — еще чуть-чуть, и что-нибудь в этом зале загорится.