Колесничие Фортуны - Свержин Владимир Игоревич - Страница 79

– А принц Джон? – пораженный этим признанием, невпопад ляпнул я.

Леди Джейн непонимающе посмотрела на меня.

– Принц Джон должен был занять трон после смерти своего брата, о которой я тоже знала из предсказания… Платой за его трон была моя корона.

– И вы не жалеете ни о чем? – тронутый ее искренностью, спросил я.

В глазах прекрасной королевы на мгновение что-то промелькнуло, но тут же лицо ее приняло холодное и гордое выражение.

– Это касается только меня. Пока вас не было, мне удавалось держать Джона в неведении относительно его отцовства. Но после того, как он увидел вас… Вы сами имели случай убедиться, что Эдуард – точная ваша копия.

При упоминании о сыне у меня болезненно заныло сердце. Господи, я совсем не знаю его!

– Дженни, как ты могла… – простонал я, обхватывая голову руками.

– Пойми, дорогой, – гладя меня ладонью по щеке, произнесла Джейн. – Я делала то, что должна была делать. Эд должен стать королем. А для этого король Джон должен признать его своим законным наследником.

– И плата за это?..

– Англия, – просто ответила она. – Джон должен оставаться законным властелином Англии. Да ты и сам понимаешь, что более умного правителя для страны не сыскать. А уж среди тех, кого предлагают бароны, их нет и в помине.

В этом она была, безусловно, права.

– Хорошо, я попробую, – твердо ответил ей я.

– Я знаю, у тебя получится, – с надеждой глядя на меня, отвечала прекрасная королева. – В предсказании было сказано, что отец моего ребенка начнет и закончит эту войну. И… пожалуйста, прости меня за все! – Она обвила мою шею руками и порывисто поцеловала меня.

– Что это? – услышал я за спиной тихий обескураженный голос. Леди Джейн мгновенно отпрянула, покрывшись смертельной бледностью. У входа в палатку стояла Лаура-Катарина…

– Вы?! – увидев ее, ошеломленно выдохнула девушка. – Как? Опять вы?.. Вальдар… – страдальчески наморщив лоб, она начала пятиться назад. – Я так ждала! Ненавижу! – топнув ногой, она развернулась и опрометью кинулась вон.

– Постой! Лаура, я люблю тебя! – закричал я, бросаясь вслед.

– Не смей преследовать меня! Я тебя ненавижу! – донесся из темноты плачущий голос принцессы.

Рывком откинув полог, я выскочил из шатра, и тут же в волоске над моей головой свистнул тяжелый метательный нож, вонзившийся в палаточный шест.

– Ни шагу дальше! Я убью вас, – взвешивая в руке еще один кинжал, на ломаном испанском прошипела Присцилла Харибда. Я замер от неожиданности, упустив драгоценный момент. Не знаю уж, что именно удержало руку верной телохранительницы арагонской принцессы… Судя по ее лицу, вонзить в меня нож было ее самым жгучим желанием. В этот момент из-за палатки вырулил радостный Лис, сопровождаемый не менее радостным Россом. Увидев Присциллу, готовую метнуть в меня смертоносное оружие, он резко затормозил.

– Эй, что тут у вас происходит? – переводя взгляд с разъяренной сарацинки на меня и на кинжал, торчащий надо мной, недоумевающе спросил он.

– Не двигайтесь с места! Прикончу обоих! – Арабка начала медленно отступать подальше от костра, освещавшего вход в палатку.

– Присцилла! Ты с ума сошла? – крикнул Рейнар. Вместо ответа из темноты донесся пронзительный свист, а вслед за ним – ржание и топот копыт.

Мы некоторое время, остолбенев, стояли, глядя во тьму. Первым нарушил молчание Лис.

– Так, радостной встречи не получилось. Росс, извини, подожди нас у Невилла, мы сейчас туда подойдем.

Граф Честер понимающе кивнул и, сочувственно взглянув на меня, удалился. Сережа осторожно взял меня за руку, выводя из состояния ступора, и повел в шатер.

– Капитан, что произошло? Ты уже успел чем-то обидеть принцессу? Я правильно понял или ты нахамил самой Прыське? – входя в свои апартаменты, произнес Лис, в шутливом ужасе округляя глаза. Да так и замер, забыв придать им первоначальную форму.

– Та-а-ак. Кажется, я понимаю, почему тут летают ножи, – протянул Лис, нехорошо оглядывая незваную гостью. – Сударыня, чем обязан неслыханной чести видеть вас в своем шатре?

Леди Джейн невозмутимо хранила молчание.

– Она парламентер, – пояснил я.

– Парламентеру надлежит с белым флагом прибыть к командующему армией, а не красться в чужом наряде, как тать в ночи, – жестко произнес он.

– Лис, – перебил я своего напарника. – Она парламентер. И сейчас возвращается в Венджерси. Будь добр, проследи, чтобы по пути с королевой ничего не случилось. Поверь мне, так надо, – тихо произнес я, пристально глядя в глаза Сереже.

Рейнар стойко выдержал мой взгляд.

– Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Хорошо еще, что Росс сюда не приперся, – хмуро буркнул он. – Мадам, следуйте за мной!

– Мне очень жаль, Вальдар, что так получилось. Я еще многое должна вам сказать. Надеюсь, мы увидимся завтра. – Она грустно посмотрела на меня, затем, повернувшись к Рейнару, бросила: – Пойдемте, сударь. Вверяю себя вам.

В очередной раз за сегодняшнюю ночь полог палатки резко отлетел в сторону… Вечер приятных встреч продолжался.

– Как ты смел?! – Бешеной фурией с развевающимися волосами в шатер влетела Инельгердис, сжимающая в руках меч. – Что ты сказал моей подруге! Да я тебя!.. – Моя сестра осеклась, замечая новый объект для своей ярости. – А-а, королева!

И без дальнейших рассуждений валькирия бросилась карать виновницу всех несчастий. Я решительно перехватил ее руку и крутанул так, что меч, зазвенев, отлетел в сторону.

– Не смей, сумасшедшая!

– Да кто ты такой, чтобы мне указывать! – Лицо Инельги гневно пылало, в глазах ее стояли непролитые слезы. Но, судя по холодному блеску глаз Джейн и движению ее руки к корзине, неизвестно, чью жизнь я сейчас спас…

– Я твой старший брат и делаю так, как надо! – прикрикнул я на девушку. – Все! Рейнар, иди скорее.

Леди Джейн, сопровождаемая мрачным как туча д’Орбиньяком, наконец-то покинула шатер. Я обернулся к сестре:

– Ты что, рехнулась?

– Так ты не любишь Лауру? – каким-то бесцветным голосом произнесла она.

– Люблю, – ответил я.

– А эта?..

– Она пришла предложить мир с королем Джоном на тех условиях, которые мы продиктуем.

Инельга долго молчала, вперив взгляд в пол. Потом, отодвигая меня в сторону и шагнув к выводу, медленно произнесла:

– Ты очень умен, мой старший брат. Но все-таки ты беспросветный дурак. Пропусти меня, я не хочу тебя сейчас видеть!

Не глядя на меня, она решительно вышла вон. Я вновь остался один.

Минут через пятнадцать появившийся Лис вывел меня из состояния сонного оцепенения, в котором я находился.

– Ну, архистратег, рассказывай, что ты там надумал?

– Жизнь, Сережа, крайне сложная штука…

– Так, уже хорошо. Дельная мысль. Пойти передать ее Солсбери или еще какие-нибудь предложения будут?

Волевым усилием мысленно взяв себя за шкирку и основательно встряхнув обмякшее тулово, я ответил с неожиданной резкостью:

– Будут. Сейчас мы с тобой сочиним Великую Хартию Вольностей. Бери перо, садись и пиши. Я вызываю Базу.

Мое появление на военном совете вызвало приступ бурной радости среди собравшихся, однако, когда в своей пламенной речи я поддержал позицию Меркадье, присутствовавшие здесь военачальники разом зашумели, выражая свое негодование. Перекрывая шум возмущенных голосов, Лис вышел на середину и начал зачитывать, как он выразился, «наши черновые заметки».

– «…Во-первых, дали перед Богом свое согласие и настоящей хартией нашей подтвердили за нас и наследников наших на вечные времена…»

Бароны внимательно слушали слова Рейнара о свободе церкви, о правах наследников и вдов, бурно реагируя на записанные в хартии свободы и древние обычаи.

«…Никто не должен быть принуждаем к несению большей службы за свой рыцарский лен или за другое держание, чем та, какая следует с него».

Этот пункт был встречен гулом одобрения. Впрочем, как и многие другие: «Ни мы, ни наши чиновники не будем брать лес для наших укреплений или для других надобностей иначе, как с согласия самого того, кому этот лес принадлежит». И далее, далее по тексту. Когда Лис наконец окончил читать, в шатре воцарилось молчание.