Чужие миры (авторский сборник) - Васильев Владимир Николаевич - Страница 69

Голова слегка гудела, как крынка на ветру.

Приземистый гном с усмешкой протянул ему большую кружку.

— Испей, — сказал он басом. — Полегчает…

Вишена испил и действительно быстро ожил. Пиво было слабее и легче вчерашнего, и вдобавок оно было светлым.

— Уф! Спасибо, доброе питье у вас!

Гном вежливо поклонился и вернулся к хлопотам у костра, поставив предварительно на стол бадью с пивом и несколько деревянных кружек.

Просыпались спутники-кондотьеры, песиголовцы, слышалась разноголосая речь, одинаково понятная всем.

Вскоре из Хамара пришли Боромир с Гонтой и Озаричем. Чародей, уткнувшийся с утра в какую-то гномью летопись, поднял голову.

— Выяснил? — спросил он напрямик.

Боромир кивнул:

— Совет назначен в Храме Круч, он начнется через двенадцать дней. Если чьи-нибудь посланцы не успеют — не станут начинать, дождутся. Но просили всех не задерживаться.

Тарус отложил летопись и встал:

— Тогда нам нельзя терять времени.

Гномы как раз накрывали на стол.

— Но уж поесть на дорожку мы не преминем, — заявил Боромир, подмигивая.

За обедом спорили.

— Надо слетать к Отринутому Склепу. Быстрее обернемся, как раз к совету поспеем, — сказал Роксалан. — Пока грифоны есть.

— А Боград? — напомнил чародей. — Мне он нужен будет там, у руины.

— Зачем? — оживился Славута.

Но Тарус лишь отмахнулся:

— Увидишь…

Славута покорно замолчал, взявшись за пиво.

— Я могу верхом отправиться, — предложил Боград. — Вы, конечно, меня обгоните, но до леса я точно доскачу. На обратном пути и перехватите. Какая разница где его накачивать — у самой руины, или ближе к Лореадору?

«Кого накачивать?» — подумал Вишена, ничего не понимая.

Тарус пошевелил бровями.

— А ведь верно! Так, пожалуй, и поступим.

— Кто с тобой? — спросил Боград. — Всем таскаться ни к чему, мыслю.

Тарус согласился. Покивал, обводя глазами обедающих.

— Со мной Боромир, Гонта… Роксалан и Пристень… Вишена… и Славута. Остальные пусть переведут дух. Если мы задержимся, ты, Озарич, отведешь всех к Храму.

— Добро.

Тарус повернулся к Йэльму:

— Ярл, я знаю, что даты не привыкли отсиживаться в стороне, но тут нужна быстрота, а птички вашего суладорца сейчас улетят на юг. Пегасы же есть только у Ларса и Хокана. Надеюсь, ты поймешь нас.

Йэльм с достоинством кивнул:

— Хей-я! Держи карту, южанин. Ларе и Хокан полетят с вами. Но когда все двинутся на Аргундор, Йэльм тоже в стороне не останется.

— Тогда никто в стороне не останется… — тихо сказал Тарус. — Поспешите, други. Сейчас и отлетаем.

Хокан, не проронивший ни слова, с некоторым удивлением подумал:

«Асы, как изменился Йэльм-Зеленый Драккар! Как величественно кланялся Первому Гному, ну точно какой-нибудь южный конунг! Раньше он был другим, неистовым и неудержимым…»

— Ар-рр! — подал голос Анча. — А мы? Я могу слетать с вами, и двое моих арранков тоже. Грифоны есть.

Тарус недолго раздумывал:

— Летите тоже!

Анча обернулся к своим:

— Ирах! Сач!

Двое псоглавых вскочили. У них голос имел только ватаг Анча. Остальные на советах всегда отмалчивались.

Завершив трапезу, Боград, четверо его земляков-венедов и Похил уложили походные сумы и вскочили в седла.

— Встречаемся у Бартела, — сказал Тарус. — В лес не углубляйтесь, не найдем вас в зарослях.

— А если бы и нашли, — ухмыльнулся Боград, — как спустились бы?

Тарус хлопнул себя по лбу:

— Верно… Хотя, там есть поляны.

— До встречи, чародей!

Степняк молодецки свистнул и погнал коня на север. Его спутники умчались следом, и скоро бодрый стук копыт затих вдали.

— Не будем и мы мешкать, — сказал Тарус. — Собирайтесь.

Вишена привычно укладывал сумку. Что-то продолговатое лежало на самом дне, рука то и дело натыкалась на прохладное железо и резьбу на дереве. Нож. Точно, нож.

Вишена достал его — маленький медный ножичек, скорее игрушка, чем оружие, ведь им и ломоть хлеба не отрежешь как следует. На рукоятке — два слова: «Ты нужен».

— Ха! — удивился Вишена. — Я же носил его в сапоге!

Славута, возившийся рядом со своей сумкой, покосился на побратима.

— Это я его в суму бросил. Когда ты на болотах обернулся… этим… — Дрегович неопределенно пошевелил пальцами. — Оружие с тебя так и осыпалось. Не бросать же?

— Спасибо, — вздохнул Пожарский, пряча ножичек в сапог. И подумал: а одежда не осыпалась?

— Пошли, — скомандовал Боромир. — Хватит возиться.

Их провожали все, кто был под навесом, даже гномы-повара.

Вишена погладил своего пегаса, тот спокойно и по-свойски пихнул Пожарского головой.

— Гонта! — крикнул Тарус. — Не гони своего дракона, мы за тобой не поспеем.

— Если что, я подожду вас у руины!

— Добро, но сам не лезь, пока мы не объявимся!

— Понял.

Шумно захлопали крылья. Грифоны, мощно отталкиваясь похожими на кошачьи, только гораздо крупнее, лапами, набирали высоту. Разбегались пегасы Лapca и Хокана, а дракон скользнул в небо вообще без видимых усилий, всплыл, словно рыбешка, оставив землю далеко внизу.

Вишена привязал сумку и вскочил в седло.

Давай, родимый! Ту-у!

Пегас мощно поскакал вперед, на ходу расправляя крылья. Равнина провалилась вниз, но это зрелище уже становилось привычным. Уплывала назад следящая башенка, гномьи замки, навес, толпа провожающих. Им махали руками и что-то кричали, но что — не разобрать, ветер заглушал. Стала заметной дорога, что тянулась на север, только с высоты ее и можно было различить, цвет не тот, что у окрестных равнин. Пегас устремился вослед грифонам, стараясь не отстать. Чуть впереди Вишены летели Ларе и Хокан, остальные немного оторвались.

Вскоре заметили скачущих по дороге венедов и Похила, те махали руками. Летатели обогнали всадников, направляясь к лесам Ак-Энли. Внизу попадались замки, но Вишена не знал их названий. Справа чаще встречались замки Всадников, слева — гномьи. Потом стал виден пролив, разделяющий Лореадор и Танкар. Равнина оставалась позади. Танкар был холмист, а на севере угадывались сплошные леса. В них хозяйничали лучники, верные Воинам Лунных Заводей. Справа смутно проступали смазанные расстоянием очертания горного хребта, за которым они видели Оракула в облике Базуна.

Заночевали на большой поляне, которую разглядел Гонта, шастая на красавце драконе то вправо, то влево. Дракон летал заметно быстрее грифонов, а о пегасах и говорить нечего, те едва поспевали за спутниками.

Развели костер, натаскали веток. Песиголовцы вручную поймали оленя-двухлетка и, весело скаля зубы, притащили его к огню. Тарус воскликнул: «Эхма, сто лет не готовил!» — и засучил рукава.

— Углей побольше надо! — тоном знатока сказал Славута. — Пожарский, пошли за дровами!

Вишена вскочил; с ними увязался и Хокан.

Они собирали сушняк перебрасываясь шуточками. Общее веселое настроение передалось и им.

— А чего Ларе с нами не пошел? — спросил Вишена Хокана.

Тот удивился даже:

— Он же ярл! Не пристало ему хворост таскать…

— Странные вы люди, — проворчал дрегович. — В походе нет разницы — ватаг или простой воин. Небось оленину трескать будет наравне со всеми. Тарус наш, вон, не гнушается куховарить…

Хокан помолчал. Потом тихо сказал:

— Не я придумывал наши обычаи. И не вам их менять.

Славута пихнул его плечом:

— Да ладно, не серчай. Главное верить друг другу, а я последнее время вам стал верить.

Когда окончательно стемнело, все уже сидели у костра, жадно втягивая ноздрями аппетитные запахи. Лес окружал их, старый и величественный, а все, кроме двух датов, любили лес. Даже арранки, жители дулебских пещер. Но Вишена знал, что раньше псоглавые жили в западных лесах, Урхон рассказывал.

Ухнул вдалеке филин, заскрипело старое дерево. Вишена отошел в темноту и уставился в звездное небо. Рисунок созвездий здесь был и знакомым, и незнакомым одновременно. Словно кто-то могучий неузнаваемо изменил небо, переместив многие звезды. Вот Ковш, только странно выгнутый и с укоротившейся рукояткой. Одно крыло Коршуна стало заметно меньше, a второе загнулось назад, и вдобавок у Коршуна куда-то подевался хвост. Рыб вообще стало не узнать.