Выбери любимый жанр

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии
оксана2018-11-27
Вообще, я больше люблю новинки литератур
К книге
Professor2018-11-27
Очень понравилась книга. Рекомендую!
К книге
Vera.Li2016-02-21
Миленько и простенько, без всяких интриг
К книге
ст.ст.2018-05-15
 И что это было?
К книге
Наталья222018-11-27
Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни
К книге

Записки школьного врача - Шляхов Андрей Левонович - Страница 42


42
Изменить размер шрифта:

Пиманова и Усыченко переглянулись и рассмеялись.

– Зря вы так, – укорила их Тамара Ивановна. – Есть претензии – надо говорить об этом в учительской или в кабинете директора, а не в столовой. А то как-то некрасиво получается.

– Что теперь – мы между собой ничего обсудить не можем?! – возмутилась Пиманова. – В частном порядке?

– Танюш, ты который год у нас работаешь? – поинтересовалась Тамара Ивановна. – Не привыкла еще, что в гимназии нет ничего частного? В частном порядке можете вечером по телефону обсуждать…

Через полчаса Пиманову и Усыченко пригласила к себе Эмилия Леонардовна и отчитала, как нашкодивших детей, за «публичную травлю представителя администрации». Потребовала написать объяснительные, а в заключение сказала, что обе они теперь у нее «на карандаше» как нелояльные и что о премиях теперь можно забыть навсегда…

– Нет, ну надо же так! – рыдала в моем кабинете Пиманова. – Я же правду сказала-а-а!

– За правду люди всегда страдают больше. Минуточку, пожалуйста… – Закончив измерять давление, я снял с ее руки манжетку и сказал: – Все нормально. Сейчас я вам дам две таблетки…

– Ой, не надо таблетки, Сергей Юрьевич! Я же за рулем! – отказалась Пиманова и ушла.

Если честно – то я так и не понял, зачем она приходила. В медицинской помощи как таковой она точно не нуждалась. Разве что выговориться потянуло… Так это можно сделать и в учительской, там аудитория больше.

Я достал из ящика стола «Памятку по анализу конфликтной ситуации» (да, полагался мне и такой, с позволения сказать, документ) и впервые прочитал его до конца.

«Любой конфликт можно подвергнуть анализу по приведенной ниже схеме, которая поможет вам правильнее разобраться в причинах конфликтной ситуации и найти пути ее преодоления.

Схема анализа конфликтной ситуации:

1. Опишите ситуацию, перечислив всех ее участников.

2. Оцените содержание ситуации.

3. Оцените поведение каждой из сторон.

4. Оцените наличие возможностей, позволявших предупредить трансформацию проблемы в конфликт.

5. Оцените, что помешало предотвращению конфликта.

6. Оцените, насколько удачным был выход из конфликта.

7. Оцените, какие приемы взаимодействия с конфликтующими вы могли бы использовать.

8. Оцените, как вы использовали эти приемы.

9. Проанализируйте ваше поведение в разрешении конфликта. Оцените, насколько правильным оно было.

10. Оцените варианты поведения после конфликта.

11. Оцените варианты предотвращения подобных конфликтов».

Боже мой, какая белиберда, иначе и не скажешь! Наверное, психолог Светлана Александровна составила, больше некому. «Оцените, какие приемы взаимодействия с конфликтующими вы могли бы использовать». Померить им давление и посоветовать не волноваться – вот и все мои приемы. Ну, укол еще могу назначить или таблетку дать. Тем, кто не за рулем, конечно.

На следующий день в учительской была высказана мысль о том, что проблемы поведения старшеклассников уходят корнями в начальную школу, где им не прививают любви и интереса к учебе. Дискуссия быстро переросла в склоку, во время которой я узнал о педагогах гимназии много нового и ничего хорошего.

После выходных тема поведения учеников имела продолжение. Только теперь утверждалось, что проблемы поведения старшеклассников возникают от непонимания между ними и педагогами, чего в начальной школе и представить невозможно. Тему развивала завуч Панина.

– Вот вы, Надежда Борисовна, все пытаетесь опустить нас ниже плинтуса, – сказала ей математичка Удальцова, – а если мы вам аргументированно возразим, то сразу же будем иметь дело с Эмилией Леонардовной.

– У вас не может быть настоящих аргументов! – Панина потрясла в воздухе указательным пальцем. – Все ваши аргументы – сплошная демагогия.

– А ваши – истина в высшей инстанции! – съязвила Удальцова.

– Можно сказать и так, – скромно ответила Панина. – С учетом моего опыта.

Завуч Чучалина в учительской практически не бывала и поэтому в дискуссиях не участвовала. Преподаватели-предметники, таким образом, остались без административной поддержки.

Пора было бы и поостыть, но каждый день приносил новые выводы и новые суждения. Дело заканчивалось перебранкой, порой – слезами. В медпункте закончились седативные препараты, а я чувствовал себя уже не педиатром, а взрослым врачом, потому что последние дни имел дело только со взрослыми.

Тучи сгущались, и как и следовало ожидать, не обошлось без грозы.

Эмилия Леонардовна в половине четвертого собрала весь коллектив в актовом зале и без предисловий обрисовала перспективу:

– Или вы забудете про свои трения и продолжите работать, или я сделаю небольшую рокировку! Переставлю самых активных обличителей местами, из старшей школы в младшую и из младшей в старшую. Поработаете по другую сторону баррикад – поумнеете. А не поумнеете – сами знаете что будет. Как говорит наш врач: «Дурака учить – что мертвого лечить».

Эту поговорку я произнес всего однажды, но Эмилии Леонардовне она понравилась и запала в память.

– Действительно! – поддержала Панина. – Мы же интеллигентные люди…

– Путать интеллигентность с образованностью – это все равно что невинность с девственностью! – оборвала ее Эмилия Леонардовна. – Интеллигентные люди не грызутся друг с другом по надуманным поводам. Вы что, думаете, что ученики не чувствуют, какая обстановка царит в гимназии? Напрасно. Напряженность среди педагогов передается ученикам… Впрочем, чего это я вам объясняю, сами должны знать! У меня все! Ирина Олеговна, сядьте! Сейчас Светлана Александровна прочтет вам краткую лекцию по конфликтологии.

Я не ошибся, когда заподозрил Светлану Александровну в составлении пресловутой памятки. «Лекция по конфликтологии» оказалась ни чем иным, как изложением той самой памятки с подробными, весьма занудливыми комментариями.

– Не уверена, что мне подходит этот костюм, – разговаривали за моей спиной педагоги.

– Ошибаетесь, мне кажется, что он вам к лицу.

– Дело в том, что я хочу изменить цвет волос. Хочется ближе к весне поэкспериментировать с цветом. Как по-вашему, пойдут мне темные волосы?

– Думаю, что да, но и этот цвет вам к лицу.

– Спасибо, а что лучше – просто черный, насыщенный черный или же, может быть, «темный шоколад»?

– А что вы думаете, нас серьезно могли бы перевести преподавать в начальной школе?

– Да нет, конечно, это же чистейшей воды самодурство. Как мы можем преподавать в началке? Кому там нужна моя биология? Это так, пугает нас директор. А вот до увольнения, как я погляжу, дойдет быстро…

– Пусть лучше пугает, чем увольнять.

– Не стоит так беспокоиться – посреди учебного года увольнениями не увлекаются. «Коней на переправе не меняют», не так ли?

– Ну у вас и сравнения…

– При чем тут сравнения? Это поговорка такая…

По окончании нудной лекции Эмилия Леонардовна сказала:

– Дорогие мои педагоги. У меня есть для вас две новости – хорошая и плохая. Начну, как водится, с хорошей. Некоторые события последнего времени вынуждают меня поторопиться с новшеством, которое вообще-то было запланировано на начало следующего года. Наши кабинеты будут оборудованы видеокамерами. Теперь администрации не понадобится присутствовать на занятиях для их оценки, кроме того, у нас появится возможность проводить сравнительный анализ занятий…

– Девочки – мы под колпаком! – прошептали за моей спиной.

– Мрак!

– Большой брат все видит!

– Зато будет можно объективно оценить любой конфликт между педагогом и учеником…

– Вы о чем? Кому нужна эта объективная оценка? Клиент всегда прав!

– Знаете, о чем я мечтаю? Выйти замуж за обеспеченного мужчину, родить ребенка, отдать его в нашу гимназию и одиннадцать лет изгаляться над Леопардовной!

«Леопардовна». Здорово сказано. Замени всего одну букву в отчестве, и оно зазвучит по-новому. И как я раньше сам не догадался?