Рыцари комариного писка - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 70

На самом деле, перехватывать было нечего. То, что офицеры бразильского батальона приняли за авиа-налет, было обстрелом из 8-дюймовых 6-ствольных пневматических минометов. Пневматика не обеспечивает большой дистанции заброса мины, зато звук выстрелов почти отсутствует, и отдача относительно несильная, поэтому самоходной платформой такого орудия может быть обычный внедорожник. Мобильная батарея – пятерка машин сделала полтораста выстрелов, и укатилась вглубь Мертвой сельвы. А арьергардная команда начала «беспокоящий обстрел» с дальней дистанции из легкого ручного оружия - с целью не дать офицерам бразильского батальона время спокойно подумать: «какого черта происходит, почему бомбы такие странные?».

Теперь – исторический экскурс. Октябрь 1917 года, Адриатика, долина Изонцо. Армия Германии многократно штурмовала итальянские позиции – без результата. А затем все решилось одним минометным обстрелом. Мины были заряжены фосгеном... Из солдат итальянской армии не выжил никто. Через год австро-германская коалиция проиграла. Первая мировая война завершилась, а фосген, как боевой химикат, пропал из практики более, чем на 100 лет, зато он стал применяться в синтезе поликарбоната (пластмассы, выпускаемой миллионами тонн в год). Фосген - дешевый массовый полуфабрикат. В учебниках по военной химзащите фосген остался, но мало кто предполагал, что такой оружейный раритет (вместе с другим раритетом  - пневматическим минометом) будет применен, как в годы Первой Мировой войны, только по продвинутой технологии.

…

Разумеется, для двух молодых солдат, которые сейчас отсиживались около приметного валуна на главном русле реки Лахорда в начале ее ветвления в Мертвой сельве, вся эта история, химия, и технология было чем-то настолько же незнакомым, как иероглифы Древнего Египта. Они даже не догадывались, что такие вещи могут произойти здесь и сейчас. Их беспокоила более простая штука: что делать сейчас, когда батальон ведет с рассредоточенным противником вялую затяжную перестрелку?

- Теперь что нам делать? – спросил Артуро.  

- Что-что… - Хиларио пожал плечами, - …Отсидеться тут до рассвета.

- Да? А как мы отмажемся после?

- Когда будет «после», тогда и подумаем. А если сейчас дернемся назад, то нас точно пристрелят, или противник, или наши. В ночном бою стреляют раньше, чем думают.

Это был рациональный аргумент, понятный всякому солдату, имеющему хоть какой-то боевой опыт, так что Артуро согласился. Между тем, небо затянуло тучами, свет луны рассеялся, и почти исчез, а еще через пару часов хлынул ливень. Два молодых солдата, чертыхаясь, забрались под нависающий край валуна - неплохой такой козырек, жаль что узкий, но сойдет для полевых условий. Есть, где прикурить, а с сигаретой  и разговоры крутятся легче, и время проходит быстрее… Еще два часа - и звуки вялой перестрелки, ставшие уже привычным фоном, начали прерываться.

- О! – сказал Артуро, - Партизаны хотят исчезнуть до рассвета, как всегда.     

- Успеют, – ответил Хиларио, глянув на часы, - у них еще 40 минут.

- Вот-вот. Давай придумывать отмазку.

- Да, пора. Значит, вчера ты курил после отбоя, и заметил тот секретный самолет…   

…Они не знали, что отмазку сочинять не для кого - фосген уже подействовал…

Еще о фосгене. Это бесцветная жидкость, он вскипает при 8 градусах Цельсия, но под избыточным давлением остается жидкостью при комнатной температуре. Фосген легко применять в теплом климате: жидкость в снаряде-баллоне сама превращается в газ при разрушении баллона. Газ втрое тяжелее воздуха, так что остается в приземном слое. Ни цвета, ни особого запаха, точнее, запах есть – как у прелого сена или фруктов (но такой запах никого не удивит в сельве). Во влажном воздухе фосген образует туман, но и это никого не удивит в сельве ночью. Действие фосгена на человека – коварно. В начале, не возникает дискомфорта – разве что, чихание и несильный кашель, как от пыли. Вскоре первые симптомы проходят, и 4 - 5 часов не заметно проблем, но затем, стремительно развивается отек легких и удушье. Человек сразу становится похож на большую рыбу, вытащенную из воды. Его кожа становится серой будто чешуя, тело содрогается, а рот захватывает воздух, из которого пораженный организм не может добыть кислород…

…Единственное, что успел командир батальона, это связаться с «большим штабом», и сообщить: все бойцы отравлены, каждую минуту кто-то умирает. «Большой штаб» без промедления направил в Эсперанзита вертолет с группой химразведки. Но данные о химическом оружии, примененном там, оказались доступны СМИ еще до того как эти  химразведчики успели добраться до места и провести тесты. Источником данных стала (сюрприз!) калифорнийская телевизионная программа «Ecolife-Info».

* Бразилия + Гонконг = Химический геноцид*

Бразильский армейский корпус, расширяет свою зону оккупации Автономии Пантенеро (Никарагуанского Заозерья). Мы уже сообщали о том, что бразильские войска, которые вторглись в Пантанеро для защиты интересов концерна FAMAB, вошедшего в пул HK-Canal, массово распыляют с самолетов ядовитое вещество хлорфен, чтобы разрушить экосистему Южного Никарагуа. А этой ночью они применили химическое оружие уже против людей - туземцев сельвы. Самолеты ВВС Бразилии распылили несколько тонн фосгена над районом Эсперанзита. Отряд Самообороны Пантанеро эвакуировал часть туземцев сразу после авиа-налета, но в некоторых деревнях погибло все население. По данным Самообороны, среди жертв оказались также несовершеннолетние бразильские солдаты, завербованных путем ураганной пропаганды. Их послали на войну почти без тренингов, и без обучения пользованию противогазом. Редакция «Ecolife-Info» просит впечатлительных людей не смотреть видео-документы, размещенные тут * 

…Через час после того, как выпуск вышел в TV-эфир (и через полчаса после того, как группа химзащиты прислала радио-рапорт о гибели батальона в точке Эсперанзита от фосгена), началось экстренное совещание в узком кругу, уже упоминавшемся ранее.

Зурто Барбозо, генерал бразильской армии.

Лазаро Кавалконти, замдиректора ABIN (объединенной разведки).

Жойсо Мадейро, замминистра экономики Бразилии.

Жоржи Диниш, вице-президент концерна FAMAB.

Генерал Барбозо хлопнул ладонью по листу факса с рапортом и заявил:

- Я клянусь спасением души, что мы это не применяли. Хлорфен - да, но фосген…

- Разумеется!.. - замдиректора ABIN тихо вздохнул, - …Разумеется, мы не применяли фосген. Проблема в том, что мы уже отрицаем применение хлорфена, вопреки хорошо сформированным обвинениям, подкрепленным фото и свидетельскими показаниями. Уровень мирового доверия к нашим отрицаниям уже крайне низкий, поэтому, нашему отрицанию фосгеновой атаки тоже не поверят.

- Но, - возразил генерал, - теперь у нас есть доказательства. Наша химразведка добыла фрагменты фосгеновых боеприпасов, примененных противником.

- Есть ли на этих фрагментах маркировка? – спросил Кавалконти.

- Да, есть. Там надпись COCl2, знак химической опасности, и номер серии изделий.

- И что дальше, генерал? Как мне с этим доказывать, что фосген не наш, а чужой?

- Ну… - Барбозо  развел руками, - …Вы занимаетесь спецоперациями, вы лучше знаете методы использования такой информации для PR, или как там это называется.

- Я, - произнес Кавалконти, - назову вещи своими именами. Мы в таком PR-дерьме, что

терять, практически, нечего. Поэтому, я бы предложил действовать нагло, все отрицать, невзирая на логику, и главное - быстро завершить взятие трассы канала под контроль.

За столом возникла пауза. Потом замминистра экономики поинтересовался:

- А что будет фактически означать та стратегия, которую вы предложили сейчас?

- В вашем ракурсе, - ответил замдиректора ABIN, - а также в ракурсе сеньора Диниша, фактически, это означает некоторое дополнительное финансирование.