Друиды Русского Севера - Лазарев Евгений Сергеевич - Страница 82

Из этих сопоставлений проистекают очень важные выводы. Значит, и духовно-алхимическое златоделие, имеющее в основании устремление к Благословенной Зелени, и Изумрудное Видение Полюса в откровениях исламских мистиков, и сакрально-географическое взыскание Зеленой Земли — явления одного плана? Тогда справедливо предположить, что и настойчивая устремленность Джона Ди — ученого, мистика, алхимика — именно к Гренландии включает в себя, в той или иной мере, все те аспекты, которые мы выше попытались бегло исследовать. Забытой сагой о таком паломничестве к Изумрудному Полюсу можно, наверное, считать и туманные предания о рыцарях Короля Артура, обретших в своих странствиях полярный материк, — предания, отобразившиеся в легендарном, бесследно исчезнувшем тексте «Inventio Fortunata», «Счастливого Открытия» (именно к этому источнику, кстати, восходят и сведения о Гиперборее, запечатленные в XVI в. Герхардом Меркатором на его знаменитых картах).

Существенно, что представления о Зеленой Земле как о духовном центре мироздания, или о священном острове в океане сохранились, в явно не зависимых друг от друга вариантах, не только в южных религиях авраамической традиции, но и у народов Северной Европы, возможно, воспринявших их от субстратного «протодруидического» населения — от гипербореев античной литературы. Один из германо-скандинавских мифологических локусов Иного Мира (блестяще систематизированных Т. В. Топоровой) — древнеанглийское neorxna-wong, зеленый луг. Первый элемент этого составного слова интерпретируется как результат зашифровки при помощи рунических знаков прилагательного зеленый (др. — англ. grene). Второй элемент — не только равнина, поле, луг, но и мир; его аналоги, готское wags, древнеисландское vangr, означают Рай{326}.

Глубоко значителен факт рунической шифровки слова зеленый. Из этого следует, что данный цветовой коррелят Рая воспринимался как признак табуированный. Предполагается, что зеленый цвет считался атрибутом первотворения Вселенной{327}. Сходство с алхимической Благословенной Зеленью, рождающей мир, очевидно, хотя вероятность заимствования практически исключается.

Исследователь русских преданий о Беловодье, эрудированнейший фольклорист К. В. Чистов отмечает бытование на Крайнем Севере Азии усвоенных русскими землепроходцами легенд коренных народов Сибири о том, что в Ледовитом океане (или в северной части Тихого океана) существует «Зеленая Земля» с пышной растительностью («Земля Тикиген», «Земля Андреева»). Ее обитатели не вступают в прямой контакт с приезжими, торгуют с ними на берегу. Одно из наименований загадочного острова — «Земля бородатых»: по преданию, записанному в середине XIX в., люди (епископ и его спутники, потерпевшие кораблекрушение) живут там «лет четыреста»; на острове слышен звон колоколов. А в 1890?е гг. писатель И. В. Шкловский (псевдоним Дионео) услышал на Колыме слова одного старика о том, что экспедиция на Северный полюс непременно должна попасть «к людям, что в домах с золотыми крышами»{328}.

Если рассматривать эти легенды, а также сюжет о плавании в Гиперборею рыцарей Короля Артура не как отражение возможной эмпирической реальности и даже не как миф, а как факт сакральной культуры, инициатической традиции, то эти мотивы не требуют рационалистических доказательств. При этом сюжет «Inventio Fortunata» венчает, семантически и иератически, всю Артуриану, связуя ее с гораздо более древней мистериальной культурой, которая уже по своей географической локализации является северной, гиперборейской. Через образ хранителя Грааля, Короля-Рыбака, который в поэме Робера де Борона (XII–XIII вв.) «Didot Perceval» носит имя Брон, происходящее от валлийского теонима Bran, или Bendigedfran, Благословенный Ворон, Артуриана вписывается в контекст древнейшего, субстратного даже по отношению к культуре палеоазиатов, мифологического цикла Ворона.

А этот цикл и у палеоазиатов Чукотки и Камчатки, и у индейцев Крайнего Севера Америки содержит мотив, типологически родственный взысканию Грааля в Артуриане. Это мотив обретения мифологическим Вороном (Кутх, Куйкынняку, Эль) высших ценностей, природных и культурных: света, зари, огня, пресной воды, рыбы, прибоя и т. д. Причем обретаются они именно на острове в полярном океане! Ворон добывает квинтэссенцию этих благ у их первоначального хранителя; при этом вода (в мифах индейцев-тлинкитов) пребывает на острове в особом каменном сосуде{329}. Независимый аналог чаши Грааля?

Инициатическая парадигма, основанная на идее обретения Света после прохождения Страны Мрака, предельно логична и мотивированна именно для мироощущения народов, живущих в Заполярье. С учетом известной взаимодополняемости (и взаимозаменяемости) пространства и времени в мифологической картине мира допустимо предположить, что тема паломничества через Страну Мрака могла служить мистериальной канвой инициатического мифа у жителей Крайнего Севера, которые физически никуда не отправлялись, но совершенно реально преодолевали многодневную тьму полярной ночи лишь во времени, оставаясь в местах своего обитания, — не исключено, что в состоянии транса. Вероятно, в таком трансе человек мог переживать духовный опыт паломничества, плавания к Стране Света, к Гиперборее духа, не существующей в мире профанной географии.

Отголосок этой практики можно, наверное, усмотреть в легендарных свидетельствах о северных народах, засыпающих на время полярной ночи, а также в преданиях манихеев о Стране Света, в алхимическом взыскании светоносной Terra Lucida. Не исключено, что в этом же ряду — средневековые описания путешествия Александра Македонского (Зулькарнайна мусульманских источников) через Царство Мрака на север, в Страну Блаженных. Этот сюжет можно рассматривать и как инициатический миф, и как потенциальное свидетельство о реальном посвящении такого рода применительно к историческому Александру{330}.

И, в заключение этой главы, которая получилась довольно длинной и непростой, — небольшая шутка, в которой, как говорится, «всегда есть доля шутки». Те древние мифологемы, о которых шла речь выше, в «свернутом», лаконичном и грустно-прекрасном облике предстают в словах известной детской «Песенки мамонтенка» В. Шаинского на слова Д. Непомнящего:

Мамонтенок, в реальной жизни давно не существующий, плывет к обетованной Зеленой Земле, совершая морское паломничество на невероятно хрупком, ледяном Белом Корабле — мистериальной ладье, или на корабле «Арго» (вспомним лучезарные ассоциации, связанные с этим борейским корнем). И ждет его там Единственная Мама — бесконечно добрая Родительница, Великая Богиня, Шехина…

ПОЛЯРНАЯ СКРИЖАЛЬ ДАОСОВ

На исходе второго тысячелетия христианской эры, в 1993 г., в Китае было сделано археологическое открытие, которое приравнивают по значению к находке Кумранских рукописей. В захоронении рубежа IV–III вв. до н. э. близ местечка Годянь в провинции Хубэй, на месте древней столицы царства Чу были обнаружены тексты, начертанные на бамбуковых дощечках (дерево — гиперборейский материал для письма?). Среди них — древнейший из сохранившихся до наших дней вариант великого даосского трактата «Дао дэ цзин» и его неизвестный прежде фрагмент: самостоятельный небольшой текст «Тайъи шэншуй», «Великое Единое породило Воды». Возможно, как полагает один из крупнейших отечественных синологов А. А. Маслов и некоторые другие ученые, этот новонайденный трактат, исключительный по своей семантической насыщенности, представляет собой запись тайного знания и был скорее не утерян, а сокрыт сознательно{331}.