Безумие Джоула Делани - Стюарт Рамона - Страница 35

И тогда все психиатрические интерпретации рассыпались в прах. Кристаллизация процессов вытеснения, вторичная личность, скрытая двойственность – все изобретения XX века растаяли как дым. Я взглянула на лицо моего мучителя и поняла, что передо мной не мой брат, но вселившийся в его тело дух мертвеца.

Глава 15

Люди способны принять все. Не просто терпеть любую ситуацию, но и действительно жить в ней. Нередко полуосознанные мысли, приходящие к нам ночью, кажутся слишком ужасными, чтобы действительно осуществиться: что там за шум – не явились ли грабители? Какое странное ощущение в груди – а вдруг что-то серьезное? И мысли останавливаются, подобно тому как умолкает пластинка, когда поднимается звукосниматель. Но если немыслимое все же свершилось, и звякнувшее стекло обернулось реальным взломщиком, или медицинский анализ подтвердил наши опасения – тогда, едва пережив первый шок, мы тут же принимаемся исследовать новую обстановку и осваиваться в ней.

Первый час нашего плена был для нас страшным шоком. Ужасный нож, уход мистера Ольсена, бесполезный для нас звонок Теда. Однако постепенно мы начали приспосабливаться. Нам удалось проглотить суп из моллюсков и съесть бутерброды. Тонио предложил мне сигарету; я взяла ее и закурила. Мне даже показалось добрым знаком то, что он велел Питеру заморозить рыбу, словно нам предстояло приготовить ее позднее.

Замечательно вели себя дети. Я, по крайней мере, уже общалась с Доном Педро и доктором Сингхом. Но Кэрри и Питер до сегодняшнего дня знали лишь о том, что Джоул употреблял наркотики. Тем не менее дети держались почти естественно. Кэрри даже умудрилась спросить, покормил ли он Уолтера.

– Уолтера? А, кота. Кажется, да, – ответил он.

– Вы хотите сказать, что не помните? – удивилась она.

– Не груби, – предостерег он ее.

– У него есть кошачья дверь, Кэрри, – поспешно вмешался Питер. – С ним будет все в порядке, пока мы не вернемся.

Тут Кэрри, кажется, вспомнила, что мы можем не вернуться. Некоторое время она пристально смотрела на нашего тюремщика.

– Вы захватили тело дяди Джоула? – спросила она наконец.

– Кэрри! – ужаснулась я, но он жестом велел мне молчать.

– Вы, наверное, из космоса? – осведомилась Кэрри.

– Нет, я не из космоса, – возразил он. И я с удивлением заметила, что он заинтересовался беседой.

Но ведь Тонио был всего на пять лет старше Кэрри. Они смотрели одни и те же фильмы и телепрограммы об НЛО и монстрах-пришельцах. Я видела также, что теперь он сбросил маску Джоула. Вероятно, детское тщеславие побудило его показаться во всей красе своей подлинной личности.

– Значит, вы мертвец? – продолжала расспрашивать Кэрри.

– Я больше чем просто мертвец, – высокомерно ответил он и, видя ее недоумение, добавил: – Кажется, богатому поросеночку такое не понять?

Разговор опять становился опасным, и я забеспокоилась.

Но в этот момент послышался шум мотора. К нам медленно подъезжала какая-то машина. Мы прислушались.

– Наверное, мистер Ольсен вернулся, – наконец произнесла я. – Забыл что-нибудь.

– Да? – Тонио снова достал нож. – Ну-ка, иди посмотри, – велел он мне.

Я осторожно встала и подошла к окну. Перед домом остановился бело-голубой фургон местной саффолкской полиции. Я не знала, радоваться мне или пугаться. Барон принялся бешено лаять.

– Легавые? – вполне хладнокровно осведомился Тонио, и я кивнула.

Из машины вышел шеф местной полиции, за ним появились наши старые знакомые из Четвертого отделения, Брэди и старший инспектор Рассел – я узнала его рыжеватое скуластое лицо, когда они проходили мимо окна, направляясь к передней двери. Вероятно, Тед все-таки позвонил им. Или они находились в его кабинете, когда я с ними разговаривала. И даже если алиби Джоула удовлетворило их, полицейские, возможно, решили задать несколько вопросов. Я предположила, что они прилетели на вертолете и в Оушн-Бич взяли с собой шефа полиции.

Обернувшись, я стала упрашивать Тонио впустить их.

– Все будет, как ты хочешь. Мы скажем им, что сели в 9. 49 на Бэй-Шо и приехали все вместе.

– Черта с два вы скажете, – процедил он.

Конечно, Тонио был прав. При первой же возможности я бы выдала его полицейским. И мне очень хотелось получить такую возможность.

– Я обещаю. Мы все обещаем, – уговаривала я.

Но мое предложение, похоже, показалось ему забавным. Я вспомнила, как он прочитал мои мысли о «Маттеаване». Теперь, судя по всему, ему опять удалось узнать, о чем я думаю.

Стукнул дверной молоток, и мне стало страшно за Кэрри.

– Тонио, послушай, – взмолилась я, – если ты не веришь мне, используй нас в качестве прикрытия. Это самый безопасный способ сдаться.

– Ты думаешь обо мне? – усмехнулся он. – Или беспокоишься о теле Джоула?

Он говорил так, словно украл какое-нибудь пальто. А я думала о своем брате, о его детстве, о том, как он взрослел, о его маленьких странностях, таких как панический страх высоты или пристрастие к бутербродам с джемом. Он был личностью, а не предметом, который можно украсть. Невыносимая боль поглотила все остальные мысли.

Стук стал громче, и Тонио нахмурился.

– Успокой пса, – буркнул он, – а то я перережу ему глотку.

– Тихо, Барон! – крикнула я.

Наверное, он почувствовал, что у нас кризисная ситуация. По крайней мере, впервые в своей жизни Барон послушался.

– Я должен подумать, – заявил Тонио. – Скажи им, пусть убираются. – И, видя мою нерешительность, заорал: – Скажи им! – Он встал и схватил Кэрри за волосы. – Я выйду с тобой и буду наблюдать.

Наша небольшая группа направилась в гостиную. Мы с Питером возглавляли шествие, Тонио и Кэрри шли сзади. Он посадил ее на диван и встал за ее спиной.

– Иди, пока они не вышибли дверь.

И, поскольку я все еще колебалась, он нажал на рычажок, и в ту же секунду выскочило зловещее длинное лезвие.

Я закричала.

– Инспектор Рассел! – Стук прекратился. – Я не могу впустить вас. – Я взглянула на Тонио, он кивнул, и я продолжала: – У него нож. Он говорит, что, если вы войдете, он убьет Кэрри.

Наступила тишина. Затем послышался спокойный холодный голос Рассела-

– Кто он, миссис Бенсон?

Наша беседа стала напоминать телефонный разговор. Я поняла, что мне ничего не удастся объяснить.

– Это Джоул, – ответила я. Никогда еще у меня не было такого ощущения беспомощности.

– Ваш брат? – уточнил невозмутимый голос.

– Да, мой брат.

– Теперь скажи им, чтобы уходили, – приказал Тонио.

Разумеется, они не ушли.

Они окружили «Морской ветерок» и вызвали подкрепление. Каждый раз, подходя к окну, я видела, что их количество возрастает. Примерно через час начали прибывать фотографы и репортеры. Я видела человека из радиокомпании, который держал микрофон перед детективом в штатском. Потом Тонио велел мне растопить камин. К тому времени, когда в камине запылал огонь, сумерки и туман скрыли от нас людей, собравшихся вокруг дома.

После этого мы могли лишь слышать приглушенные голоса людей, выгружавших снаряжение, смешанные с шумом прибоя и подъезжающих грузовиков и пикапов. Время от времени на берегу пытались приземлиться вертолеты. Чтобы спасти Барону жизнь, я заперла его в спальне наверху. Мы слышали, как он ходит туда-сюда над нашими головами.

Нараставшие силы неприятеля не только не пугали Тонио, но напротив, укрепляли его дух. Он как будто устраивал представление, и большое количество зрителей свидетельствовало о его успехе. Он даже спросил, нет ли у меня спиртного, чтобы передать людям, мерзнувшим в тумане. Но у нас ничего не оказалось.

Меня раздражала его странная двуликость: беззаботное равнодушие разрушителя, скрывавшееся за детской наивностью. Когда он смеялся, я ощущала облегчение. Когда его глаза темнели, у меня перехватывало дыхание. Дети, кажется, чувствовали то же самое. Но мы все хотели жить, и между нами возникали новые необычные отношения. Порой он вдруг как будто начинал проявлять заботу о нас, и я даже испытывала к нему симпатию.