Пылающие небеса (ЛП) - Томас Шерри - Страница 69

«И на сей раз, если тебя убьют, ты так и останешься мертвым».

До посадочной платформы оставалось меньше сотни саженей. Виверна под Титом была необъезженной и без упряжи. Он руками обхватил шею дракона и потянул. Тот взревел и стал замедляться, давая возможность спрыгнуть. Солдаты окружили Тита в тот же миг, как его ноги коснулись площадки.

– Нас атаковали! Сумасшедший Колдун Пустой Лощины обещал своим смердам землю и богатство в обмен на наши жизни!

Дюжины мечей тут же были вытащены из ножен. Капитан стражи приставил к горлу Тита длинное копье – одно из тех, что целую милю могут преследовать беглеца.

– Ты не Боаб.

– Боаб мертв. Они убили почти всех.

– Как они могли убить Боаба? Великого воина и еще более великого мага?

Во рту пересохло, но Тит упрямо следовал сюжету сказки:

– Измена. Они подмешали яд в вино.

– Тогда почему ты не отравился?

– Меня не было на том празднике. Крестьянская девушка, ну вы понимаете. Думал, что ей понравился, но она меня выдала. Подслушал, как она говорит с теми, кто шел меня убить. Так что я стащил одежду ее брата и вот эту виверну, чтобы предупредить мою госпожу.

Он надеялся, что его серая туника сойдет за крестьянское одеяние.

Капитан не поверил, но и не рискнул не проводить гонца к Хельгире. На Тита нацелили восемь копий и повели по наклонному переходу во внутренний двор замка, а оттуда – в главный зал Черного Бастиона.

Здесь было многолюдно. Все пели и танцевали. Хельгира в белом платье сидела за длинным столом на высоком помосте и пила из золотого кубка.

Тит замер как вкопанный. Четыре пики уперлись в его спину, но он не мог сделать ни шагу.

Вместо того, чтобы разозлиться, капитан усмехнулся:

– От нее на всех столбняк нападает, это точно.

Но Тит остолбенел не от красоты Хельгиры и не от страха. Он был ошеломлен тем, что Хельгира оказалась Фэрфакс.

Да, на двадцать лет старше, но черты лица точно как у нее! Губы того же темно-розового оттенка, волосы цвета воронова крыла струятся водопадом, который Тит так хорошо помнил.

Вот, значит, почему Фэрфакс при первой встрече показалась ему столь пугающе знакомой.

Хельгира заметила появление солдат и взмахом руки оборвала игру музыкантов. Танцоры разошлись по краям зала, освобождая проход.

Тит брел будто во сне, неотрывно пялясь на Хельгиру. И только после того, как капитан шлепнул его по голове и наорал за неуважение, склонил голову.

Недалеко от помоста Тит опустился на колени и, не поднимая глаз, повторил свою легенду. Ему были видны лишь носки изящных белых туфель-лодочек Хельгиры, украшенные вышитыми серебряной нитью молниями.

– Воин, я очень тобой довольна, – прошептала Хельгира.– Ты будешь награжден золотом и женщиной, что не отвернется от тебя.

– Благодарю вас, моя госпожа. Моя госпожа могущественна и великодушна.

– Но ты допустил серьезное нарушение этикета, юноша. Неужели ты не знаешь, что никому не позволено смотреть на меня без моего на то позволения?

– Простите меня, моя госпожа. Я потерял разум от красоты моей госпожи.

Хельгира рассмеялась. Ее голос был высоким и пронзительным, и совсем не походил на голос Фэрфакс.

– Он мне нравится – как изящно выразился! Что ж, отныне я дарую тебе привилегию глядеть на меня. Но знай: я не оставляю проступки без наказания.

С этими словами Хельгира вытащила кинжал из ножен на поясе и вонзила его в Тита.

* * *

Сидящая на кушетке в темноте Иоланта чуть не взвыла от боли. Казалось, будто кто-то режет ее ножом. Она проверила руку, но крови не обнаружила, только боль все еще терзала ее, заставляя стискивать зубы.

Что происходит? Неужели Иола опять смогла почувствовать страдания принца?

Острый запах с металлическими нотками достиг носа. Нет, быть такого не может. Наверное, просто волнение сыграло с ней злую шутку.

Что-то закапало на пол.

Из горла вырвался сдавленный стон. Иоланта вызвала язычок пламени. Прямо из лежащего перед ней на столе Горнила сочилась кровь и, капая вниз, собиралась в чернеющую на полу лужицу.

Иоланта снова застонала и, чуть помедлив, спрыгнула с кушетки. Взмахом запасной волшебной палочки принца она убрала лужу – все чародейки, достигшие двенадцатилетнего возраста, знали, как справиться с кровью в таком количестве. По крайней мере, сама книга не испачкалась, страницы оставались сухими и чистыми.

Слева раздался оглушительный грохот. Иола инстинктивно выставила щит и тем самым уберегла себя от летящих осколков стекла и кирпича, брошенного в ее комнату.

Какое-то время она пялилась на кирпич, а затем скользнула к окну. В темноте удалось разглядеть пару фигур. Голова была слишком забита проблемами, не связанными напрямую со школой, так что Иоланта с трудом осознала увиденное. Где-то там принц истекает кровью, а здесь Трампер и Хогг жаждут пустячной мести.

Следующий кирпич разбил вдребезги окно в комнате принца. Скоро сюда сбегутся все, в том числе и миссис Хэнкок. Вот уж чего им точно не нужно, так это чтобы отсутствие принца в школе обнаружили в то самое время, когда он занят чем-то не тем в Цитадели.

Иоланта оглушила Трампера и Хогга заклинанием, и те свалились на траву. Теперь настал черед левитации. Иола порой жульничала и использовала ее, когда собственной магии оказывалось недостаточно для покорения камня. В результате ее власть над данной стихией оставалась под вопросом, зато сейчас получилось играючи поднять двух здоровенных учеников старших классов вершков на тридцать над землей и перенести их в кусты на краю полянки.

Иоланта ногами хаотично разбросала по комнате осколки стекла, которые раньше лежали на полу прямой линией, обозначая контур щита, и, сжимая в руке Горнило, выбежала в коридор как раз в тот момент, когда со всех сторон начали открываться двери.

– Вы слышали? – спрашивали друг у друга ребята. – Что случилось? Кто-нибудь еще слышал звон разбитого стекла?

Иоланта включила свет в комнате принца и смяла его кровать. Как назло, Горнило оказалось совершенно чистым, больше ни капельки крови с него не упало. Иола подхватила один из осколков, уколола подушечку указательного пальца на левой руке и выдавила немного крови на простыни принца. Потом измазала себе лицо, засунула Горнило за ремень брюк – она еще не успела переодеться в ночную рубашку – и заклинанием закрепила книгу на месте.

Широко распахнув дверь, Иоланта заорала изо всех сил:

– Быстрее, Тит! Поймай этих грязных ублюдков!

И, как и ожидалось, к ней тут же сбежались все мальчишки пансиона.

* * *

Нож Хельгиры вонзился в левую руку Тита. Его оглушила боль.

– Где Мати? Подлечи этого человека. – Хельгира нежно коснулась его подбородка. – Заметь, я пощадила руку, которая нужна тебе для работы палочкой.

Тит сглотнул:

– Моя госпожа так великодушна.

Но Хельгира уже уходила:

– Я хочу видеть Копла, Намсу и Йери. Остальные – готовьте крепость к битве.

Тит смотрел, как его рукав окрашивается кровью. Прежде он об этом даже не задумывался. Что случается с кровью, которую он проливает, используя Горнило как портал?

Мати, полная женщина среднего возраста, вышла вперед и подняла Тита на ноги. Зажимая рукой рану, он последовал за ней в небольшую комнату, где на медленном огне варились горькопахнущие зелья. В углу стояла кушетка. На полках теснились разномастные банки с травами.

Как только Мати повернулась к нему спиной, Тит ее оглушил. Затем подхватил здоровой рукой и уложил на кушетку. Возможно, Мати и лучший целитель на мили вокруг, но испытать на себе ее примитивную медицину Титу совсем не хотелось.

Стиснув зубы, он очистил порез, вылил на него содержимое двух разных пузырьков, что достал из принесенной с собой аптечки, и проглотил взятый там же пакетик с гранулами.

Рана начала затягиваться. Направив целый блок заклинаний на свою тунику, Тит очистил одежду от крови и запаха. Не стоит появляться в Цитадели, если выглядишь и пахнешь как после резни.