Французская магия (СИ) - Бессарабов Николай "elSeverd" - Страница 167

— М-да... — Я поежился. — Хорошо, что я не на твоем месте, Сириус.

— Хорошо. — Без улыбки отозвался крестный. — Решать, кому жить, а кому умирать — очень тяжелая и неблагодарная ноша.

— Значит, завтра нам нужно будет прибыть в Париж, в клинику при Министерстве Магии Франции, — подытожил Киаран.

— Ну что ж. — Седой старик в белой мантии целителя внимательно рассматривал меня. — Я обязан еще раз переспросить, уверены ли вы, что вам действительно нужна маске безумия?

— Да, — невзирая на уверения Киарана в относительной безвредности этого способа, я все равно ощущал некое волнение.

— Ну тогда... Приступим. Приведите заключенного. — Старичок неожиданно расправил плечи, приказывая двум пришедшим вместе со мной аврорам.

В комнату, где мы находились, ввели небритого, хмурого человека, замотанного в магловскую смирительную рубашку.

— На кушетку его, аккуратно. — Скомандовал медик, осторожно закрепляя руки и ноги пациента ремнями. — Мсье Бриттон, прошу вас на соседнюю кушетку.

Взмах палочки старика заставил засветиться руны, которыми были выложены все стены, пол и потолок в комнате. Авроры, убедившись в надежности креплений, поспешно вышли из комнаты, а в центре остались только две кушетки и сам старик, стоявший в третьем фокусе сложнейшего рисунка на полу.

— Что бы ни случилось, не старайтесь сохранять сознание, молодой человек. В данном случае вам это только повредит, меньше неприятных ощущений.

— Чего мне ожидать? — Я напоследок решил уточнить.

— Наш с вами донор — убийца-рецидивист, уж простите. — Старик пожал плечами. — Скорее всего, вы станете более агрессивным, до тех пор, пока окончательно не освоите окклюменцию.

— Почему именно он?

— Ваш друг, выступивший в качестве посредника, посчитал, что в вашем случае вам понадобится максимально возможная защита, причин он не сообщал. А этот донор дает достаточное количество бредовых видений, чтобы вы были защищены по высшему разряду, правда и цена будет соответствующей.

— Ясно. Я готов.

Старик взмахнул палочкой, сияние рун стало почти нестерпимым. Ярко полыхающая огнями дорожка соединила меня с телом человека, привязанного к кровати. В следующее мгновение водоворот бредовых и кошмарных видений поглотил меня, погасив сознание, словно свечку.

— Где я. — Сознание возвращалось долго и с огромным трудом, перемежаясь приступами беспамятства и противной дрожи, сотрясавшей все тело.

— Ты у себя в комнате. — Смутно знакомый женский голос. Флер.

С трудом приоткрыв глаза я увидел, что рядом с кроватью стоит моя Флер. Довольно бледная, расстроенная, но она пришла.

— Ф-флер, — непослушные губы удалось заставить произнести слова. — У нас все хорошо?

— Не знаю, что ты там усмотрел в своих видениях, но у нас все замечательно. — С притворно грозным видом сказала девушка, улыбаясь. — И если бы ты не был настолько ослабевшим, я бы тебе это доказала прямо сейчас!

— Осталось совсем немного... до шестнадцати лет. — Выдавил я.

— Меньше, чем ты думаешь. Ты провалялся без сознания почти десять дней. Сириус рвал и метал. Так что через неделю — твой день рождения, Гарри.

— Это радует. Чертова защита разума. — Прошипел я. — Если бы я заранее знал, что это будет так погано — я бы отказался. Лучше Круциатус Темного лорда, чем это.

— Киаран сказал, что такие случаи бывают, когда защита не слишком гармонирует с разумом пациента. Все же ты по природе довольно мягкий человек, как он выразился.

— Флер, дай мне стимулятор, я хочу встать. — Я с трудом приподнялся, опираясь руками на кровать. — До этого дня мне нужно сделать очень многое.

Морщась, я осушил флакон с сильнейшим стимулятором, который изготовил Слагхорн. В отличие от обычных зелий, это стоило на порядок дороже, но зато не истощало организм, а содержало в себе необходимый для повышенной активности запас питательных веществ. Так что творение этого, не побоюсь, великого алхимика пришлось как нельзя кстати.

Глава 45. Вступление в права

— Удачи. — Крепко стиснул мою руку Сириус.

По какой-то молчаливой договоренности, существовавшей между всеми моими близкими, поздравления были отложены до спуска в ритуальный зал дома Поттеров. На удивление, это нам удалось — авроры Майкла Брауна осторожно распутали паутину сигнальных заклинаний, выставленных неизвестным волшебником вокруг дома Поттеров. Впрочем, за содержимое подвалов особняка я был спокоен — без крови наследника рода в ритуальный зал не смог бы спуститься даже маг уровня Дамблдора, он попросту не нашел бы входа.

Нас было довольно мало. Делакуры, Блеки, Ремус, Киаран, Невилл, Луна, Валленштайн, Браун. Маги из Аврората, устранив сигнальные заклятия, устанавливали собственную временную защиту — получив права главы рода, я смог бы провести ритуал Фиделиуса, спрятав дом от посторонних глаз, и завязав ритуал на магию рода и небольшой источник, скрытый глубоко под землей.

Ритуал вступления в права был выучен мной наизусть.

Шаг в центр зала на пересечение ярко вспыхнувших кругов и символов давно мертвого языка, которым не пользовались пару веков.

Первая фраза на том же мертвом языке — просьба к магии рода принять потомка, лишенного долгое время своего наследия. Существовала и такая формулировка, правда обычно посвящение проводил предыдущий глава рода, передавая свои права наследнику.

Руны засветились ярче, а к моему истерзанному установленной на мысли защитой сознанию мягко прикоснулось что-то большое и теплое.

Хор голосов: Киаран, Сириус, Делакур-старший, Валленштайн в четыре голоса произнесли фразу-ручательство за нового главу рода.

Какая-то старая, ни на что не похожая сила медленно вливалась в меня, наполняя меня новым, неизвестным пока что содержанием и смыслом. Волосы на голове потрескивали от сгустившейся в помещении магии, по стенам побежали крошечные северные сияния.

Новая фраза, длинная и вычурная — клятва главы рода перед магией, обещание преумножать, хранить и защищать честь и славу рода и его волшебство.

Короткое, емкое слово-ключ, произносящееся, когда в руках помимо палочки, — перстень главы.

Руны резко погасли, и во всем помещении стало темнее, единственным источником света остался перстень в моей руке и... я сам.

Старинное тяжелое украшение с гербом Поттеров на эмалевой печатке заняло место на среднем пальце правой руки.

В кабинете Дамблдора со звоном разбился серебристый прибор, предназначенный для слежения за неким Гарри Поттером. Мощь родовой магии, наконец-то защитившей своего подопечного в полную силу, разрушила хрупкое стекло и серебряные ажурные соцветья.

— Дьявольщина. — Дамблдор уставился на обломки в немом ужасе. Все, к чему он готовился последние пятнадцать лет, однозначно пошло прахом, поскольку Поттер обрел-таки окончательную независимость.

— Мой лорд. — В подземный зал внутри одной из гор, где находилась ставка Вольдеморта, быстрым шагом вошел Люциус Малфой.

— Что случилось, Люциус? — Красные глаза величайшего темного волшебника обратились к необычно взволнованному аристократу.

— Родовые артефакты показывают, что в мир вступил новый глава рода. Я проверил — единственный, не имеющий главу род в Англии в настоящее время — Поттеры.

— Значит мальчишка успешно ускользнул из-под опеки директора и стал совершеннолетним. — Протянул Вольдеморт. — Он стал откровенно опасен. Люциус, назначь награду за его голову. Он по-прежнему не ровня мне, но с поддержкой родовой магии... Может стать некоторой проблемой.

— Хорошо, мой Лорд. — Люциус поклонился, благодаря все известные ему божества, что с определенных пор у Лорда пропали приступы безумной ярости, во время которых он мог попросту запытать до смерти принесшего ему неприятные известия гонца.

Того Темного Лорда, каким он был сразу после возрождения, больше не существовало. Уродливое полубезумное, жаждущее крови и мести создание стало седовласым мощным мужчиной с красными, словно кровь глазами. Нападения на дома рядовых волшебников сменились натаскиванием новичков-Упивающихся на обычных маглах, так далеко от центра страны, чтобы Аврорат не успевал отправлять дежурные группы на всплески смертоносной магии на своих детекторах. По всему выходило, что Вольдеморт одержал верх над темной частью своей натуры, снова став тем хитрым и изворотливым человеком, каким был в самом начале, как помнил Люциус и что рассказывал его отец Абраксас.