Дефект бабочки. Другой мир (СИ) - Казимирова Лариса - Страница 62

Во дворе уже слышались звуки приготовления к отъезду. Я выглянула в окно — лошадей запрягали в кареты. В дверь постучали и Дана внесла поднос с завтраком. Я хотела как раньше с ней поболтать, но ничего не вышло, кухарка отвечала скованно и видимо вздохнула с облегчением, когда Даэлин отправил ее назад. Мне стало грустно.

Провожать нас высыпал весь замок. Гостям дали по кубку вина, меня почему-то обделили, но я не в претензии, прокричали «Удачной дороги!» и, наконец, наша кавалькада, состоявшая из двух карет, десятка человеческих солдат и двадцати эльфов с Даэлином во главе направилась к границе.

Канцлер решил составить компанию магам устроился в нашей карете и завязался веселый разговор о студенческих годах канцлера и Ветра. Оказывается, оба в одно время учились в столичном университете на факультете естественных наук.

— Ветер вы учились в обычном университете?

— Конечно, все мы слушаем курс лекций несколько раз в своей жизни, — ответил за Ветра канцлер.

— Несколько раз в жизни? Господин канцлер, вы тоже маг?

— Да, вы не знали? После того как пройдете обучение магии вам нужно будет получить образование в университете. И лет через пятьдесят еще — наука не стоит на месте.

Вот как, стало быть, не такой уж он и молодой.

— А зачем? Одной магии не достаточно?

— Конечно нет, Ирочка, — теперь в разговор вступил Лис. — Наука магии помогает. Вот сейчас объясню. Смотри, долгое время считалось, что чем выше к небу, тем должно становиться теплее, потому как к солнцу ближе. И что облака — это горячий пар. Так вот, чтобы дождь вызвать нужно было десятерых магов собрать и общее заклинание вязать, а это ой как непросто. А лет триста назад ученый один — Мар Киосский доказал, что наоборот, чем выше — тем холоднее. И оказалось, что не нужно воду разогревать, да еще и на высоте удерживать, а достаточно охладить и облако само висеть будет, только направление ему задавай. И теперь одного мага достаточно. Это один пример, а уж про целительство я и не говорю. Медицинский университет любой маг закончить обязан — как рану срастить, если не знаешь что с чем связано?

— А что известно о порталах?

— Вот, про них практически ничего не известно. Впервые удалось открыть портал сто лет назад по чистой случайности. С тех пор все эксперименты проводятся только эмпирическим методом — теоретической базы нет.

За разговором я не заметила, как подъехали к границе. Мы вышли из кареты, Даэлин спешился и пожелал хорошей дороги. Долго держал меня за руку и уверял в скорой встрече. Наконец мы снова сели в карету и продолжили путь.

— Итак, — разом посерьезнел канцлер. — Я вижу, вам удалось вписать пункт о сопровождении. Все-таки вы хотите отправиться к эльфам?

— Хочу, ваше сиятельство. И не один хочу — я уже вам свои мысли рассказывал.

— Что-ж, возможно в этом есть резон, — задумчиво протянул канцлер. — Вы ручаетесь за свою ученицу? Это великая честь и большая ответственность.

— Ручаюсь — Ира благоразумна и благородна. Королю не придется за нее краснеть. А такой статус не только позволит составить большую свиту, но и ее положение у эльфов упрочит.

— Что-ж, в конце концов, предок нашего короля сам был усыновлен Маритаригером пятым. Правда, все летописи утверждают, что он был из благородного рода, — с улыбкой заметил канцлер.

— Так что же нам мешает написать нужные летописи? — приподнял бровь учитель.

— Я поговорю с королем. Вы поняли Ира? Ваш учитель предлагает королю удочерить вас.

Я внимательно оглядела магов, ожидая, что сейчас они рассмеются и объявят все шуткой. Но никто смеяться и не думал, маги пристально смотрели на меня, ожидая ответа. Я переглянулась с Ветром — тот тоже был потрясен. Еще-бы, король в Рондане — почти что бог. Взять и удочерить практически неизвестного человека — небывалый случай.

— Вы не рады?

Рада ли я? Когда-то в детстве, я представляла себя сказочной принцессой, наверное, в то время я была бы рада. А сейчас не знаю, чего и ждать от такого сюрприза. Как-то в последнее время восторженности по отношению к неожиданным подаркам судьбы у меня сильно поуменьшилось.

— Как вы сами сказали — это большая ответственность.

— Не беспокойтесь, — понимающе кивнул канцлер. — У вас будут советники.

При этих словах я чуть не засмеялась. Не дай бог, советники будут как господин Гени.

Канцлер и Лис начали делить шкуру неубитого медведя — обсуждать состав свиты, перебирая каких-то дам, причем у меня создалось стойкое ощущение, что подбирается то-ли диверсионный отряд, то-ли труппа варьете. Или два в одном — обсуждались выдержка, смелость, сообразительность и приятная внешность. Я задумалась над вопросом — а как у принцесс с разводами?

Карета катилась по мало уезженной дороге, маги обсуждали мою будущую свиту, а с запада медленно надвигалась туча. На пыльную траву упала тяжелая капля, за ней другая. Дождь начинался лениво, словно делал великое одолжение сухой земле. Спустя два часа, когда мы уже подъезжали к Таррину, он мелко противно моросил, и становилось понятно — это надолго.

— Дождь, — констатировал Лис. — То-то я гляжу, у меня поясница с утра болит.

— Так вылечите ее, Лис.

— Времени все нет. Но вы правы, перед поездкой к ушастым надо себя в порядок привести.

Проехав весь город, мы не заезжая домой направились к губернатору. На ступенях парадного входа уже знакомого мне огромного дома канцлера, и нас заодно, встречал губернатор с супругой. В гостиной, оказывается, уже ждали Альрик, Лирэн и начальник тайной канцелярии — Ирон Рекато. Я не видела его с того самого дня, как убили прорицательницу. Баронесса приказала проводить меня в комнату на втором этаже, где можно было отдохнуть с дороги и привести себя в порядок. Оставалась одна я недолго. Через пятнадцать минут ко мне заглянула Лирэн, а затем и Альрик. Им не терпелось узнать — что произошло в крепости эльфов. По мере того как я рассказывала, Лирэн как рассерженная тигрица мерила шагами комнату из угла в угол и чуть ли не шипела. О планах Лиса насчет удочерения, я не сообщила. Может король не согласится, и я тогда буду выглядеть смешно.

Мой рассказ прервал лакей, пригласивший всех на обед. За обедом канцлер объявил во всеуслышание о моей официальной помолвке с Высоким князем. Все, теперь это уже не тайна, впрочем, она и раньше такой не была. Все кроме Лирэн и Альрика бросились меня поздравлять.

— Ах, милая моя, — восхищалась баронесса. — Наши девицы с ума сойдут от зависти! Это так романтично!

Я в очередной раз подивилась тому, что здесь считают романтичным. Романтика в Рондане представлялась какой-то странной смесью утрированной пасторали и набора клише из рыцарских баллад. Волшебница и баронет были, видимо, такого же мнения, что и я и только кисло переглянулись. Маги начали обсуждать дела, которые Лису будет необходимо передать в ведение баронету Мирато. Губернатор тихо беседовал с канцлером о размещении пяти армейских полков, прибывших в Мирсаль на учения.

После обеда канцлер отправился в столицу. Всех остальных барон пригласил остаться на ужин — ему и начальнику тайной канцелярии нужно было еще побеседовать с Лисом и Ветром. Когда карета в сопровождении десяти солдат скрылась из виду, я решила, что одиночество мне не повредит, и ушла в предоставленную комнату. Делать было особо нечего, и я, закутавшись в легкую шаль, подошла к окну, полюбоваться на унылый, затянутый дождем парк. Прямо под окнами тянулась дорожка, посыпанная гравием, а в десяти шагах от дома стеной вставал кустарник искусственного лабиринта, но мне с высоты второго этажа весь лабиринт был отлично виден. Сейчас я с удивлением осознала, что лабиринт на самом деле вовсе не такой уж и запутанный. Вот как влияет на человека взгляд с разных точек пространства. Задумавшись об этом, я не заметила, как шаль соскользнула и упала прямо на дорожку. Пришлось срочно спускаться, пока дождь ее не испортил.

Я подняла шаль и уже хотела вернуться, как вдруг беседа в библиотеке заинтересовала меня и заставила задержаться и немного помокнуть под дождем.