Жемчужина гарема - Фэйзер Джейн - Страница 43

– Ух ты! – тихо присвистнул Колин. – Ну и тигрица! Кто она, Кит?

– Женщина, на которой я собираюсь жениться, если мы когда-нибудь выберемся из этой чертовой дыры, – ответил Кит почти равнодушно. – Хотя возможно, все кончится тем, что я сверну ей шею.

– Ты серьезно? – Боб посмотрел на друга с живым интересом. – Я и не подозревал, что дело зайдет так далеко.

– Я тоже, – поджав губы, отозвался Кит. – А следовало бы. Идем к генералу. Чем раньше мы обо всем доложим, тем быстрее Колин сможет пойти отдохнуть.

– Слушай, а зачем нам обоим тащиться к Эльфинстону? Может, тебе лучше зайти домой и выяснить?.. – предложил Боб.

– Нет, – резко прервал его Кит. – Пусть, черт возьми, посидит и подумает, что я сделаю с ней, когда вернусь! Надо бы вышвырнуть ее из дома и отправить прямиком к леди Сэйл. Это пошло бы ей на пользу, – свирепо добавил он и направился в штаб.

– Ну и ну! – пробормотал Колин. – Никогда не видел Кита в таком волнении. А я думал, его ничем не прошибешь. Уж слишком он был разочарован.

– Эта леди – особа весьма необычная, – пояснил Боб.

– Да, я заметил. Когда закончим с Эльфинстоном и Макнотеном, расскажи обо всем поподробнее. Может, хоть это меня подбодрит.

Генерал и поверенный в делах встретили их в мрачном состоянии духа. Никаких оправданий и извинений за то, что капитан Маккензи был брошен на произвол судьбы, не последовало. Зато они проявили благосклонность к Рэлстону и Мэркхему, похвалив их за своевременно оказанную помощь.

– Хотел бы я знать, что нам теперь делать, – промямлил Эльфинстон. – Генерал Нотт попытался направить сюда бригаду из Кандагара, но им пришлось повернуть назад из-за плохой погоды. Уже начались снегопады. Сэр Вильям, может, стоит заключить перемирие?

– Генерал, с нашими запасами продовольствия мы продержимся всю зиму, – заявил поверенный в делах. – Я написал письмо Мохун Лалу, велел ему стравить между собой сирдаров. Скоро дела пойдут на лад.

Эльфинстон не разделял его уверенности, но спорить не стал. Его слезящиеся глаза обратились на Рэлстона.

– Лейтенант, насколько я знаю, в седьмом драгунском полку вы имели звание капитана?

– Так точно, сэр.

Кита и в то время не слишком расстроило понижение в чине: ссылка в Индию казалась ему куда большей неприятностью. И сейчас он воспринял этот вопрос довольно равнодушно – его занимали совсем другие мысли.

– М-м… Ну, я полагаю, справедливо будет восстановить вас в прежнем звании. Вы оказали ценные услуги, ведя переговоры с Акбар-ханом, и во время сегодняшней операции.

– Спасибо, сэр, – все так же бесстрастно ответил Рэлстон.

– Ну, джентльмены, я думаю, на данный момент это все. – Генерал с трудом встал с кресла. – Рэлстон, я немедленно отдам приказ о вашем повышении.

– А я уже давно думал, когда же наконец старик восстановит тебя в прежнем звании, – заметил Боб на улице. – Просто абсурд. Ты столько лет прослужил!

Кит невесело рассмеялся:

– Пять лет на конногвардейском плацу в Лондоне едва ли стоит называть службой. Вы извините, но у меня есть одно неотложное дело. Через час приглашаю вас на ужин. Мисс Аннабель Спенсер должна кое-что вам сказать.

– Что ж, Боб, Кит по крайней мере может отвлечься от этого безумия, близкого к самоубийству, – сказал Колин, направляясь к бунгало Мэркхема. – И вот что, – добавил он, устало усмехнувшись, – надеюсь, ты посвятишь меня в подробности.

Вернувшись домой, Аннабель уже целый час грызла ногти от волнения. Чем больше она думала о своей бурной вспышке, тем сильнее ее корежило от страха. Целых восемь лет она не смела и глаз поднять в присутствии мужчины, не получив на то разрешения. И вдруг набросилась на Кита перед совершенно незнакомыми людьми, да еще с такой яростью! Аннабель и сама не могла объяснить или оправдать свое поведение. Где же найти аргументы, чтобы защититься от Кита? Он был взбешен, и не без оснований.

Парадная дверь хлопнула, и Аннабель тут же вскочила на ноги. В гостиную вошел Кит.

– Салаам, Рэлстон-хузур, – смиренно сказала она и приложила руки ко лбу.

– Хватит с меня! – Он с яростью пнул дверь. – Мегера! Как ты посмела устроить такую омерзительную сцену?! Вела себя, словно торговка с лондонского рынка!

– Но ты обещал…

– Ты тоже обещала, – перебил Кит. – Обещала, что будешь вести себя благоразумно. А что вышло? Ты налетела на меня с руганью при всем честном народе, явно демонстрируя тем самым, что мы с тобой любовники. К утру об этом узнает весь городок. И как, черт возьми, я должен объясняться с людьми?

– Скажи правду. Мне все равно, ты же знаешь.

– И ты знаешь, что мне не все равно. К тому же никто еще не унижал меня так, никогда.

– Извини, – просто ответила Аннабель. – Это было ужасно. Но я испугалась за тебя. Никогда прежде я не испытывала такого страха.

– Но как ты могла забыть все, о чем мы договаривались? – Кит швырнул свой плащ на диван и пригладил волосы, отливавшие золотом при свете лампы. – Почему, Аннабель?

– Не знаю. Не могу понять, что со мной творится. В детстве я была взбалмошной, но в последний раз сорвалась в тот день, когда гази отдал меня Акбар-хану. С тех пор я научилась полностью себя контролировать. – Аннабель говорила медленно, отвернувшись от Кита и глядя на языки пламени в камине. Она пыталась разобраться в себе и одновременно объяснить все Киту. – Теперь я свободна. Мне не нужно ходить бесшумно, взвешивать каждое слово и соразмерять любое движение.

– Нет, ты не свободна, – резко возразил Кит. – Здесь тебя тоже накажут за распущенность. По-другому, но не менее чувствительно. – Схватив Аннабель за плечо, он развернул ее лицом к себе. – И я честно предупреждаю тебя, Аннабель Спенсер: если ты еще раз унизишь меня подобным образом, я отплачу тебе той же монетой – сполна и при всем честном народе.

Какое-то время они молчали, каждый сам про себя анализируя эту ссору и ее причины – внешние и внутренние.

– Выпей бренди, – вдруг предложила Аннабель. – Может, тебе полегчает.

– Я вроде бы бросил пить.

– Главное – не переборщи, – заявила она, и в изумрудных глазах блеснул огонек. – Ты расскажешь, что случилось сегодня вечером?

Кит выложил все как есть, включая и то, что был немало удивлен, получив повышение. Когда в парадную дверь постучали, дело пошло на лад: ссора была почти забыта.

– Кто там? – Аннабель не слишком обрадовалась неожиданной помехе. Ведь вновь обретенная гармония была такой хрупкой.

– Наверное, это Колин и Боб. – Кит встал и снова нахмурился. – Я пригласил их поужинать. И если ты хочешь присоединиться к нам, будь добра, извинись за сегодняшнюю сцену, черт побери. Они были в шоке.

Кит направился в переднюю.

– Входите. Колин, ты ведь не знаком с мисс Спенсер?

– Еще не имел удовольствия. – Капитан Маккензи вежливо поклонился Аннабель, которая неподвижно стояла возле камина.

Она решительно шагнула вперед.

– Я должна извиниться за свое возмутительное поведение. Простите, пожалуйста, если поставила вас в неловкое положение. – И, приподняв брови, взглянула на Кита: – Ты удовлетворен? – Он кивнул, и Аннабель с облегчением улыбнулась: – Значит, теперь можно об этом забыть?

– Мы-то забудем, – примирительно сказал Кит. – А вот другие – вряд ли. Очень уж эффектно ты появилась перед всем военным городком. Один Бог знает, что теперь говорить людям.

– Я бы на твоем месте просто молчала, – весело отозвалась Аннабель, направляясь к двери. – Пойду на кухню. Может, надо помочь Харли.

– Я с ней согласен, – сказал Боб, слегка пожав плечами. – Сейчас такое творится, что об этой сцене скоро все позабудут.

– Будем надеяться.

Тем не менее на следующее утро они получили весьма неприятное известие. Леди Сэйл попросила капитана Рэлстона зайти к ней при первой же возможности.

Кит нахмурил брови. Аннабель смотрела на него с тревогой и ломала голову над тем, как бы его задобрить.

– Возможно, речь пойдет вовсе не о…