Жемчужина гарема - Фэйзер Джейн - Страница 42

– И вот ты здесь, – задумчиво протянула Аннабель. Она сидела на кровати скрестив ноги и смотрела на Кита смеющимися глазами. – Ты только подумай: если б ничего этого не было, мы сейчас не сидели бы вместе. Судьба… ее не изменишь. И я не хочу ее менять.

– Да, – хриплым шепотом отозвался Кит. – Я тоже. Я готов обнять эту самую судьбу обеими руками.

Глава 12

– Капитан Маккензи, воды у нас едва хватает даже для раненых. А боеприпасов осталось всего на несколько часов, если перестрелка не утихнет.

Капитан Маккензи устало взглянул на лейтенанта, который принес мрачные известия. Впрочем, все это можно было предвидеть заранее. В воздухе висел едкий пороховой дым. Непрерывная стрельба сопровождалась криками раненых. Такой аккомпанемент повергал в уныние. Колин взглянул вниз, за парапет: там, в сгущавшейся вечерней мгле, бесновались афганцы. Неумолимый враг подступал все ближе к воротам интендантства шаха Шуджи, взрывы мин раздавались все громче. Уже два дня капитан отражал атаки противника. Ожесточение афганцев росло с каждой минутой. И казалось, чем больше потерь они несли, тем становились сильнее.

– Не понимаю, почему нам не подослали подкрепления, – сказал Колин, потирая глаза, воспалившиеся от дыма и бессонницы. – Неужели генералу не известно, что нас атакуют?

Лейтенант воспринял этот вопрос как риторический, а потому промолчал.

– Как наши люди, Билл?

– В смятении, сэр, – честно ответил лейтенант. – Потери велики, раненые мрут как мухи – ведь о них некому заботиться. И все переживают за свои семьи. Стоит только подумать, что женщины и дети попадут в лапы к этим дикарям…

– Проклятие! Где же, черт возьми, Эльфинстон? – Маккензи круто развернулся и отошел от парапета.

Тут появился второй гонец. Он поднялся по каменной лестнице, которая выходила во внутренний дворик.

– Сэр, они обстреливают южные ворота.

Маккензи молчал. «Нужно смотреть в лицо жестокой, страшной правде, – подумал он. – Если есть хоть малейший шанс спасти раненых, женщин и детей, мы оставим эту крепость».

– Хорошо, приготовьтесь к эвакуации. Попробуем прорваться к военному городку. – Колин говорил совершенно спокойно, и окружающие могли только догадываться, чего ему стоило отдать такой приказ.

Пехотинцы, выстроившись в две линии у южной стены, дрались за каждую пядь земли, сдерживая вопящую толпу афганцев, вооруженных шимитарами. А в это время раненые, женщины и дети – кто на носилках, кто верхом – выходили через северные ворота под защитой кавалерии. Потом пехота стала отступать, но ни одна позиция не была сдана без боя. И вот наконец все англичане оказались в долине, на открытой местности.

Ночная мгла окутала все вокруг. Это несколько охладило пыл нападавших афганцев. Англичанам же придавали сил отчаяние и надежда на спасение, и они сражались с яростью фанатиков.

– Дай сигнал «К оружию», – приказал Маккензи горнисту.

Над долиной звонко протрубил горн, вселяя бодрость в сердца англичан. Рядом с капитаном в повозке ехал знаменосец. Маккензи чувствовал какое-то мрачное удовлетворение: его маленький гарнизон даже отступает достойно.

Когда со стороны погруженной во тьму долины донесся слабый звук горна, Кит и Боб Мэркхем находились на командном пункте у ворот военного городка.

– Наверное, это Колин Маккензи, – сказал Боб.

– Так надо же впустить его! – крикнул на бегу Кит. – Зажигайте сигнальные ракеты, – велел он часовым, которые вглядывались в непроглядную ночь. – И откройте эти чертовы ворота!

В это время Боб громко отдавал приказы, собирая дежурный отряд сипаев-кавалеристов. Темноту вдруг разорвали вспышки сигнальных ракет. Кит вскочил на лошадь, а Мэркхем велел сипаям галопом мчаться навстречу Маккензи.

– Надеюсь, ты не возражаешь, если и я приму участие в этой заварушке, – сказал Кит со смехом, в котором звучало искреннее веселье.

– Да ради Бога, – рассмеялся в ответ Боб. – Господи, мы все в долгу перед Маккензи!

Отряд несся по долине туда, где были явственно слышны звуки битвы. Горнист продолжал трубить сигнал «К оружию», перекрывая яростные вопли врагов и непрерывный треск выстрелов. Огонь, вырывающийся из винтовок, рассеивал тьму и позволял хотя бы отчасти видеть происходящее.

Издав нечленораздельный боевой клич, офицеры повели свой отряд в самую гущу сражения. Ими владело бешеное желание схватиться с врагом, подстегнутое и долгим бездействием, и отчаянием. Неожиданное яростное нападение застало афганцев врасплох и помогло измученным людям Маккензи сделать последний решительный рывок.

Через полчаса они приблизились к военному городку. Отряд Кита с тыла прикрывал беглецов, вымотанных двухдневной атакой афганцев и переходом через долину. Наконец сипаи, пропустив вперед всех до последнего, вошли в военный городок. Большие железные ворота со звоном захлопнулись. Солдаты, стоявшие на земляной насыпи, открыли огонь, и враг, впервые встретив такое ожесточенное сопротивление, отступил.

Из казарм и бунгало выбегали люди, спеша помочь уставшим и перепуганным женщинам и детям.

– Неплохо вы тут устроились, – заметил Колин.

Он держался в седле так прямо, словно перед этим как следует выспался и отдохнул.

– Мы вовсе не стремимся к спокойной жизни, – мягко возразил Кит, проглотив оскорбительную реплику. – Боб столько раз приставал к Эльфинстону – тот уже посинел весь, но… – Он пожал плечами и слез с лошади.

– Ага… Представляю, как это было. – Маккензи потер кончиками пальцев сухие растрескавшиеся губы, – но вам обоим я очень благодарен. Наверное, надо пойти доложить. – Он развернул своего коня и окинул взглядом площадь, окруженную казармами. Здесь кипела жизнь и было светло как днем: на стенах и в открытых дверях были выставлены масляные лампы… Их держали в руках слуги, а хирурги между тем осматривали и распределяли раненых. – По крайней мере об этих беднягах теперь позаботятся.

– Тебе помощь врача тоже не помешала бы – выглядишь ты неважно, – заметил Боб, передавая солдату свою лошадь. – Буду рад, если ты поживешь у меня…

Боб осекся, услышав, как Кит вскрикнул от ужаса, и тут же понял, в чем дело. Аннабель мчалась к ним навстречу. Ее глаза пылали, бронзовые волосы развевались за спиной, накидка едва держалась на плечах.

– Ты был там! – Голос Аннабель дрожал от ярости. Она привстала на цыпочки перед Китом и продолжала кричать: – Ты ничего не сказал мне и отправился сражаться с гази! Ты ведь обещал, что впредь обязательно будешь предупреждать меня…

– Ради Бога, прекрати! – Кит побелел как полотно, а стоявшие вокруг мужчины остолбенели от удивления – даже больше других осведомленный Боб. Трудно было вообразить, каким образом друг его сумеет замять эту неприличную сцену, разыгравшуюся при всем честном народе.

– Тебе и в голову не пришло, что я буду волноваться, – продолжала Аннабель, не обратив ни малейшего внимания на реплику Кита. – Сказал «пойду к воротам на несколько минут», а тебя не было целую вечность… и теперь оказывается, ты подвергался опасности…

Аннабель вдруг запнулась, потому что Кит, покраснев как рак, больно схватил ее за плечи.

– Замолчи!

Аннабель медленно обвела взглядом лица ошеломленных мужчин, стоявших рядом, и других людей, заполнивших площадь. Они смотрели на происходящее разинув рот.

– Извини, – промолвила Аннабель, понизив голос. В ее широко раскрытых глазах появилось виноватое выражение. – Но я так испугалась за тебя. И обо всем позабыла.

– Кто эта молодая женщина? – визгливо закричала какая-то матрона с дальнего конца площади. – Я ее не видела раньше. И почему она так странно одета?

– Отправляйся домой и жди меня, – приказал Кит, с трудом сдерживая себя. – Я разберусь с тобой попозже.

Аннабель тут же повернулась и быстро пошла прочь. Толпа расступалась перед ней. Она прикрыла голову капюшоном и опустила глаза долу. Как будто эта скромность в духе Айши могла теперь поправить дело!