Из жизни слов - Вартаньян Эдуард Арамацсович - Страница 50

И сейчас мы говорим: «нужно пуд соли съесть», когда хотим подчеркнуть, что понадобится немалое время, чтобы наладить отношения или договориться с человеком.

См. «Не солоно хлебавши (уйти)».

Развитие литейного дела позволило усовершенствовать и литье пушек. В середине XIV века их начали отливать из меди.

Особенно славился на Руси тверской пушечных дел мастер Микула Кречетников, о котором писали: «Такой беаше мастер, яко и среди немец не обрести такова» (то есть мастер, каких и среди иностранцев не сыщешь). Не менее известен был и мастер Яков, отливший в 1484 году в Москве пушку весом «в 16 пуд» — в четыре раза тяжелей считавшихся в то время первоклассными итальянских орудий.

Суеверный обычай выдумывать при литье металла, ради удачи дела, всяческие небылицы (см. «Колокола лить») распространился и на эту отрасль литейного дела.

Поэтому «лить пушки» стало означать: лгать, сочинять. Лгуна же, рассказчика небылиц, стали называть «пушкарь».

Дальнейшим развитием этой фразеологической цепи является словосочетание «лить пули, отлить пулю».

Кстати, в «Двенадцати стульях» Ильфа и Петрова есть такие строки:

«Бендер выдал мальчику честно заработанный рубль.

— Прибавить надо, — сказал мальчик по-извозчичьи.

— …Получишь у Пушкина…»

Никто из вас не задумывался: «А при чем здесь Пушкин?»

Так вот, шуточные выражения «получите с Пушкина», «за счет Пушкина» и т. п. — это каламбур, основанный на игре фамилией Пушкина и значением слова «пушка», «пушкарь».

Древние считали пупок центром человеческого тела, его серединой. По их мифам, отец богов Зевс пожелал узнать, где же в таком случае лежит пуп земли. Он пустил с двух «концов света» орлов. Летя с одинаковой скоростью, птицы столкнулись в небе над тем местом, где позднее возник греческий город Дельфы. Его-то и стали считать центром мира.

В наше время слова «пуп земли» имеют насмешливое, ироническое значение. «Он считает себя пупом земли», — говорят о человеке самонадеянном, склонном преувеличивать собственное значение.

Вот одно из словосочетаний, интересных тем, что оно только недавно родилось на свет, может быть даже еще не успев войти во всеобщее употребление.

Пустой породой горняки, шахтеры называют все то в рудничной земле, что не содержит в себе ничего ценного. В переносном смысле у них «пустая порода» — бесполезный, ни на что не пригодный человек. В последнее время меткое выражение это все чаще начинает встречаться и в общем нашем языке.

Задолго до изобретения компаса люди уже странствовали и по морям и по пустыням, находя свой путь по солнцу и звездам. Они рано или поздно замечали среди всех звезд, кружащихся в небе и совершающих один оборот каждые сутки, одну, почти совсем неподвижную.

Эту звездочку, находящуюся чуть ли не точно над Северным полюсом Земли, мы теперь зовем Полярной; землепроходцы же и мореплаватели древности почтительно именовали ее Путеводной; по ней было всего надежней узнавать страны света: ведь она неизменно стояла точно на севере.

Впрочем, есть и другое объяснение нашего выражения «путеводная звезда», которое сейчас означает вообще «указатель цели», «признак верного направления при всякой деятельности и работе». Существует христианский миф, согласно которому три волхва-звездочета узнали по созвездиям, что где-то на земле родился сын божий — Иисус. Они направились в путь, чтобы поклониться ему, принести дары. В дороге их сопровождала таинственная подвижная звезда, которая наконец остановилась над колыбелью Иисуса.

Возможно, наше выражение связано именно с этой легендой, а не с Полярной звездой, настоящей, но куда менее известной в прошлом путеводительницей странников.

Этот лозунг был выброшен одним из самых яростных пособников Гитлера — Герингом в те дни, когда фашистская Германия, Третий рейх, готовилась к хищному броску против соседних народов. Слова эти не облетели, как другие, весь мир; скорее они оползли его подобно чудовищному пресмыкающемуся. Их значение было очень понятным: фашизм любой ценой хочет добиться всемирного господства. Пусть у трудящихся не будет масла на обед: на эти деньги будут построены пушки, чтобы убивать, убивать, убивать…

Гнусный лозунг этот вновь оживает, когда реакционные правительства продолжают гонку вооружений, готовясь к новой войне.

Если принять в расчет, что выражение это означает «хвастаться, набивать себе цену, выказывая свое богатство, роскошь, знатность», то, пожалуй, из многочисленных объяснений его всего правдоподобней покажется самое простое.

В старину по дорогам России тащились бесконечные медленные обозы, двигались без особой спешки казенные — «почтовые» и частные — «обывательские» упряжки. При их неторопливости они не производили на пути ни шума, ни грома. А время от времени мимо них, обгоняя или навстречу, вся в клубах пыли проносилась какая-нибудь «птица-тройка», стремительный выезд богача помещика, или бричка царского посла — фельдъегеря, или экипаж вельможи. И долго стоял, бывало, бедняк, смотря вослед промелькнувшему чуду и вытирая запорошенные пылью глаза.

Вот отсюда и пошла наша поговорка. Другие объяснения этого выражения вряд ли являются правильными.

Вот образец «ползучего» слова, возникшего и обошедшего весь мир буквально на наших глазах. Произнеси кто-нибудь эти слова в 1935 году, каждый понял бы их как «колонна номер пять», и только. А год спустя в любой стране они значили уже: «вражеские агенты в тылу противника», «шпионские организации в сражающейся за свободу стране». Как это случилось?

В 1936 году в Испании шла смертельная борьба между народом и контрреволюционными генералами во главе с Франко. «Франкисты» наступали на обороняющийся Мадрид четырьмя колоннами. Но в то же время они хвастались: «пятая колонна» — множество их агентов, сочувствующие им предатели работают у республиканцев в тылу, в самой столице.

С тех пор слова «пятая колонна» получили во всех языках мира новое, ненавистное каждому честному человеку значение.

Р

Поистине удивительна и неожиданна судьба некоторых всем известных словосочетаний! «Разбирать по косточкам» или «перемывать косточки» значит: зло сплетничать о ком-нибудь, перечислять недостатки человека.

А ведь некогда в древних странах Средней Азии «разбирали» людские кости после торжественного сожжения тела покойника на погребальном костре. Это делали благоговейно, с великим тщанием. Собранные кости омывали вином и молоком или душистыми маслами, бережно складывали в урны и погребали, все время, по обычаю, восхваляя благие дела усопшего и лучшие черты его характера.

Таков был обычай.

Как все обычаи, вероятно, нередко он исполнялся формально, только для виду: тогда благоговейность «разбирания» и «омывания костей» переходила в нечто прямо противоположное.

Так и сложилось употребительное сегодня ироническое выражение.