Из жизни слов - Вартаньян Эдуард Арамацсович - Страница 49

Выражению этому есть и другие объяснения, приводить которые мы не будем, так как они представляются нам менее вероятными.

Единственный добродетельный человек в дурном обществе. Нередко употребляется иронически.

См. «Содом и Гоморра».

«Чистая монета» — монета государственной чеканки с определенным, строго установленным в ней содержанием благородных металлов. Фальшивомонетчики, жулики занимались подделкой этих монет и надували доверчивых простаков (см. выражение «На зубок знать»).

В переносном смысле выражение «принять за чистую монету» означает: какой-либо вымысел, преувеличение принять за правду.

Создано это сочетание слов гадалками на картах. Пики — одна из четырех карточных мастей, благодаря черному цвету своих значков являющаяся у гадателей предзнаменованием всех бед и несчастий. Тот, кому при гадании «выпадают» пики, остается «при пиковом интересе», то есть ни с чем, в печальном положении. Пиковый — неприятный, затруднительный, являющийся следствием неудачи, поражения. В пиковом положении очутиться, в пиковое положение попасть — значит испытывать серьезные затруднения, неприятности.

Если эти слова перевести со старославянского на русский, то получится: «история, известная всем народам», «то, о чем говорят на многих языках». «Стать притчей в языцех» — значит получить печальную славу, подвергнуться всеобщему осмеянию.

Эти слова встречаются в двух видах. Иной раз — как клятвенная формула: «Провалиться мне сквозь землю, если я лгу!» В других случаях — как гневное заклятие: «Провались ты сквозь землю!» И там и тут они восходят к древним представлениям об аде, подземном обиталище усопших грешников, где их души испытывают страшные мученая. Есть и другие варианты этой поговорки: «провалиться в тартарары» (то есть «в Тaртар» — древнегреческий ад) или просто «провалиться на этом месте», и так далее. Смысл повсюду один и тот же. Нередко она имеет значение: пропасть, бесследно потеряться.

В знаменитой пьесе И. С. Тургенева «Месяц в деревне» один помещик с огорчением рассказывает другому о недавних выборах предводителя дворянства. «Ну, и прокатили его, беднягу, на вороных», — сообщает он.

Есть неплохой французский перевод этой пьесы. Там сказано: «Ну, и устроили ему прогулку на черных лошадях».

Вероятно, французы-читатели очень удивляются, почему такая роскошная поездка в России считается большой неприятностью.

Дело в том, что по-русски «прокатить на вороных» означает: не выбрать, провалить при выборах, забаллотировать.

Есть обыкновение: во время торжественных выборов голосовать не бюллетенями, а белыми и черными шарами, которые опускают в урну. Белый шар — голос «за», черный («воронoй») — голос «против». Если все шары черные, тут и говорят: «прокатили на вороных».

Ошибка переводчика очень поучительна: как уже говорилось, слова, вступая в так называемое «фразеологическое сращение», могут настолько изменить свой смысл, что догадаться о значении всего выражения нельзя, даже если все его слова, каждое в отдельности, понятны.

Жил где-то в греческой области Аттике страшный разбойник Полипемoн, прозванный Прокрyстом. Он не просто убивал зашедших в его владения путников: уложив гостя на ложе, он смотрел, точно ли соответствует оно росту несчастного. Если гость был длиннее, он обрубал ему ноги, если короче — вытягивал их из суставов.

Бывает, что какое-нибудь произведение искусства или науки кто-либо старается вопреки смыслу подогнать к тем или иным внешним требованиям, вогнать в искусственные рамки. Вот тогда и говорят: «Он хочет уложить содержание книги в прокрустово ложе своих требований».

Так старая сказка помогает нам в наших сегодняшних речах.

Прометeй — титан, могучий герой древнегреческих мифов. Охваченный жалостью к людям, которые не знали огня и были беспомощны в борьбе с природой, Прометей похитил божественное пламя, горевшее в чертогах богов на Олимпе, и передал его смертным. За это Зевс осудил его на страшную казнь: титан был прикован к скале на вершинах Кавказа; каждый день гигантский орел терзал и клевал его печень; каждую ночь она снова заживала для новых мук.

Впоследствии другой благородный герой, могучий Геракл, освободил страдальца.

Неудивительно поэтому, что Карл Маркс назвал Прометея «самым благородным святым и мучеником».

Неудивительно, что о нем написано множество прекрасных произведений, а в языках всей Европы известны связанные с ним образные выражения. Мы говорим: «Муки Прометея», желая описать бесконечные страдания; говорим о прометеевом огне, когда хотим охарактеризовать дух благородства, мужества и таланта.

Сказать: «Ему только птичьего молока и не хватает», — можно о человеке, у которого есть все, чего можно пожелать. «Ишь ты, птичьего молока захотел!» — говорится о неописуемом капризнике и причуднике, которому что ни подай, а он все недоволен. Вполне понятно, откуда это пошло: птица, дающая молоко, — существо никогда не виданное, каждый школьник знает, что на это способны только млекопитающие. Хотеть «птичьего молока» — значит требовать явно невозможного.

Курьеза ради можно, однако, отметить, что, во-первых, греки в древности рассказывали сказки про остров Самос, который-де так плодороден, что там даже птицы дают молоко, только его добывать надо умеючи. А во-вторых, современные ученые преспокойно говорят о «пчелином молоке» — кисло-сладкой жидкости, которой пчелы кормят свою матку и личинок, и даже о «голубином молоке» — особой творожистой массе, образующейся в зобах родителей во время питания птенцов и идущей голубятам на пищу. «Птичьим молоком» — кашицеобразным веществом — выкармливают своих птенцов и императорские пингвины.

Однако, какие бы новые термины ни придумывались специалистами, язык народа не принимает их пока на свое «вооружение»: молоком он продолжает считать только настоящее молоко.

Без соли не проживешь, хотя в пищу человек кладет ее в ничтожных количествах. Пуд соли — это шестнадцать килограммов ее. Подумайте, сколько времени должно пройти, прежде чем вы с кем-либо «на пару» успеете съесть шестнадцать килограммов соли[5]. Безусловно понадобится довольно долгий срок даже теперь, когда соль — продукт совсем дешевый. А ведь какие-нибудь сто — двести лет назад в бесчисленных крестьянских семьях соль была роскошью, стоила очень дорого, ее берегли и всячески экономили.

Съесть пуд соли в те времена значило: прожить вместе очень долго и, естественно, хорошо узнать друг друга.