Город потерянных душ - Клэр Кассандра - Страница 55

Себастьян встал:

— Тебе не кажется, что я все хорошо обдумал? — Он посмотрел на Клэри. Осенний ветер трепал белые волосы. — Пойдем, я хочу тебе кое-что показать.

Она замешкалась:

— Джейс…

— Еще спит. Поверь мне, я знаю… — Он протянул руку: — Пойдем, Клэри. Я не могу заставить тебя поверить, что у меня есть план, но хотя бы попробую это доказать.

Картинки посыпались на нее, как конфетти: лавка в Праге, ее золотое кольцо, падающее во тьму, Джейс, целующий ее в клубе, трупы в аквариумах, Себастьян с клинком серафимов…

Девушка протянула ему руку и встала.

После долгих споров Команда добра решила призвать Разиэля, но для этого надо было найти уединенное место.

— Мы не можем призвать высоченного ангела — все-таки двадцать метров — в Центральном парке, — сказал Магнус. — Его могут заметить люди.

— Двадцать метров? — присвистнула Изабель.

Она сидела в кресле, подвинув его к столу. Под глазами у нее были круги; как и все остальные, она устала. Команда не спала уже который час, листая книги Магнуса, такие старые, что страницы напоминали луковую шелуху. Изабель и Алек знали латынь и знали демонические языки. Алек понимал их лучше, чем Изабель, но до Магнуса ему было далеко. Майя и Джордан, догадываясь, что пользы от них здесь не будет, отправились проведать Люка. Саймон пытался помочь друзьям каким-нибудь другим способом — приносил кофе и еду, бумагу и карандаши, срисовывал символы, если просил Магнус, и даже покормил Председателя Мяо, который отблагодарил его, выблевав комок шерсти на пол кухни.

— Вообще-то, девятнадцать с половиной, но Разиэль любит преувеличивать, — ответил Магнус. От усталости он стал раздражительным. Волосы его торчали в разные стороны.

— Он ангел, Изабель. Ты что, никогда о нем не читала? — удивился Алек.

Изабель раздраженно щелкнула языком:

— Валентин призывал ангела в подвале. Не понимаю, зачем тебе столько места…

— Просто Валентин В СТО РАЗ КРУЧЕ меня, — огрызнулся Магнус, бросая перо. — Послушай…

— Не кричи на мою сестру, — тихо, но решительно произнес Алек.

Магнус с удивлением посмотрел на него.

Алек продолжил:

— Изабель, размер ангелов зависит от их могущества. Ангел, которого призывал Валентин, был ниже рангом, чем Разиэль. А если бы мы призвали архангела, например Гавриила или Михаила…

— Мне не под силу прочесть заклятие, способное удержать их хоть на секунду, — признался Магнус. — Мы вызываем Разиэля отчасти и потому, что надеемся, что, как создатель Сумеречных охотников, он проявит к вам особое сочувствие. Кроме того, он подходит по рангу. Менее могущественный ангел не смог бы помочь, а более могущественный… ну, если что-то пошло бы не так…

— Умер бы не я один, — завершил Саймон.

Магнус простонал, а Алек посмотрел на бумаги, разбросанные по столу.

— Не могу поверить, что мы и вправду рассуждаем о вызове ангела. Сколько себя помню, мы клялись именем ангела. И нам еще в детстве внушили, что ангелы дают силу. Но я даже и представить не могу, что увижу одного из них, — сказала Изабель.

Над столом повисла тишина. Глаза Магнуса помрачнели, и Саймон подумал, видел ли колдун когда-нибудь ангела. Ему захотелось спросить об этом, но его отвлек сигнал телефона.

— Секунду, — пробормотал он и вскочил на ноги.

Пришла эсэмэска от Майи:

«Хорошие новости! Люк очнулся и разговаривает. Кажется, он скоро поправится!»

Саймона накрыла волна облегчения. Наконец-то хорошие новости! Он потянулся к кольцу на руке.

«Клэри?»

Ничего.

Наверняка спит, успокоил он себя.

— От кого сообщение? — спросила Изабель.

— От Майи. Говорит, Люк очнулся и разговаривает. И он скоро поправится. — Все радостно загудели, но Саймон все еще смотрел на кольцо. — А что, это идея, — вдруг произнес он.

Изабель встала и подошла к нему. Ее лицо выражало тревогу. Саймон подумал, что ее можно понять — все его идеи в последнее время были в прямом смысле убийственными.

— Что за идея? — спросила девушка.

— Что нам нужно, чтобы призвать Разиэля? Как много места? — спросил Саймон.

Магнус замер над книгой.

— В милю шириной, по меньшей мере. Не помешает близость воды. Озеро Лин, например…

— Ферма Люка! — кивнул Саймон. — В часе или двух езды отсюда. Там сейчас никого нет, и я знаю, как туда добраться. И там есть озеро. Не такое большое, как Лин, но…

Магнус закрыл книгу, лежавшую перед ним:

— Неплохая идея, Шеймус.

— В часе или двух езды отсюда? — Изабель посмотрела на часы. — Мы будем там в…

— Нет-нет, — затряс головой Магнус и оттолкнул от себя книгу. — Твой безграничный энтузиазм, девочка, впечатляет, но сейчас я слишком устал, чтобы как следует произнести заклятие, а я не хочу рисковать. Думаю, все со мной согласятся.

— Так значит, когда? — спросил Алек.

— Нам надо хоть пару часов поспать, — ответил Магнус. — Предлагаю отправиться ранним вечером. Шерлок… то есть Саймон, позвони Джордану, спроси, не одолжит ли он нам свой грузовик. А сейчас… А сейчас я иду спать. Саймон, Изабель, устраи вайтесь в свободной комнате, если хотите.

— Лучше в разных комнатах, — пробормотал Алек.

Изабель вопрошающе взглянула на Саймона, но он уже полез в карман за телефоном.

— Иззи, — нежно сказал он. — Я вернусь в полдень, а сейчас у меня есть важное дело.

При свете дня Париж оказался городом с узкими кривыми улочками, выходившими на широкие авеню, застроенные золотистыми домами с крышами цвета сланца. Сверкающая река рассекала город надвое, словно шрам, полученный на дуэли. Себастьян, несмотря на обещание доказать Клэри, что у него есть план, шагал молча. Они вышли на улицу, где было полно художественных галерей и магазинов, торгующих старыми пыльными книгами, и чуть позже свернули на набережную Святого Августина.

С Сены дул пронизывающий ветер, и Клэри дрожала. Себастьян стянул с шеи шарф и протянул ей. Ворсистый твид все еще хранил его тепло.

— Не глупи, надень, — сказал он. — Ты замерзла.

Клэри обернула шарф вокруг шеи.

— Спасибо, — машинально поблагодарила она и поморщилась.

Ну вот… сказала «спасибо» Себастьяну. Она ждала, что сейчас ее поразит молния с небес. Но ничего не произошло.

Он удивленно посмотрел на нее:

— Эй, с тобой все в порядке? У тебя такой вид, будто сейчас чихнешь.

— Все нормально.

От шарфа пахло цитрусовым одеколоном. Не то? Но она сама не знала, какого запаха ждала.

Себастьян замедлил шаг и теперь шел рядом с Клэри. Он объяснил, что районы Парижа пронумерованы, и сейчас они переходили из Шестого округа в Пятый, и что мост через реку вдали — это мост Сен-Мишель. На набережной было довольно много молодых людей, девушек возраста Клэри и чуть постарше, в обтягивающих джинсиках и на высоких каблуках. Некоторые из них с интересом посматривали на Себастьяна, но он этого, казалось, не замечал. Ее брат, она не могла отрицать родство, выглядел замечательно — льдисто-белые волосы, черные глаза. Когда она впервые увидела его, он показался ей симпатичным, притом что волосы Себастьяна были выкрашены в черный. Черный ему не шел, и сейчас он выглядел лучше. На фоне почти бесцветных волос кожа его казалась розоватой, и это приковывало взгляд к высоким скулам и изящ ному овалу лица. Ресницы у Себастьяна были невероятно длинными, чуть темнее волос, и загибались вверх, как у Джослин. Эй, так нечестно! Почему у нее не было загибающихся ресниц? А у него — ни единой веснушки?

— Так, — вдруг сказала она, оборвав его на полуслове, — кто мы?

— Ты о чем?

— Ты говорил, что мы последние из рода Моргенштернов. Моргенштерн — немецкая фамилия. Выходит, мы немцы? И почему, кроме нас, никого не осталось?

— Ты ничего не знаешь о роде отца? — с недоверием в голосе спросил Себастьян. Он остановился у парапета, тянувшегося вдоль Сены. — Разве мама тебе ничего не рассказывала?