Источник - Корди Майкл - Страница 34

— Давай же, — настаивала сестра Шанталь, — на полном ходу! Иди к El Velo de la Luz.

Росс указал на утес: луч солнца осветил водопад, и тот засверкал, словно ткань, сотканная из ослепительных бриллиантов.

— El Velo de la Luz! Пелена Света! Правь к водопаду! Полный вперед! Или у тебя есть идея получше?

Хэкетт перевел рычаг и направил катер прямиком к Жерлу Ада и водопаду.

— Все в укрытие и держитесь покрепче. Шутки кончились.

Моторы взревели, и «Дискавери» устремился вперед, будто оседлал попутную волну. Когда катер нырнул в кипящую воронку, Росс вместе со всеми оставался в кают-компании. На какое-то ужасное мгновение показалось, что Жерло Ада проглотит их целиком, но центробежная сила вытолкнула катер к самому краю водоворота, а потом швырнула прямиком в водопад, где на «Дискавери» обрушился поток воды.

Толчок бросил Росса на пол, и он ударился левой рукой. Боль была невыносимой. Судя по широко распахнутым глазам спутников, те перепугались не меньше его. Мендоза, к удивлению Росса, крестился без остановки. Даже сестра Шанталь выглядела перепуганной. Вдруг наступила тьма, и Росс приготовился к удару… которого так и не последовало.

Вместо этого шум вдруг отдалился, зазвучал приглушенно, словно кто-то закрыл дверь. Росс поднялся на палубу. Они уже миновали водопад и двигались по тоннелю внутри скалы. Очевидно, река отнюдь не заканчивалась водоворотом у подножия утеса, а просто текла дальше внутри его. Россу подумалось, что земля здесь вся изрыта подземными реками. Те, что текут глубже, очевидно, берут свое начало из водоворота.

Они плыли вниз по темной реке, будто в ладье Харона. Больше всего Росс боялся, что русло уйдет глубже, и в конце концов они низвергнутся в бездонную пропасть.

Наконец катер вынырнул из тоннеля и оказался в небольшом озерце. Оглянувшись, Росс отметил, что они миновали горный хребет, который тянулся в обе стороны, на сколько хватает глаз, плавно загибаясь по краям, словно стенка кратера. Деревья и густая растительность мешали рассмотреть его целиком, но форма хребта, если смотреть с этой стороны, не вызывала сомнений. Впереди же неширокий ручей, петляя, скрывался в джунглях.

— Дай-ка руку, — сказал Хэкетт. Когда доктор коснулся ее, Росс сморщился от боли. — Похоже, запястье сломано. На первый взгляд ничего страшного, но травма противная. Заживать будет долго. — Он сходил в каюту и принес черную медицинскую сумку. — В идеале стоит сделать рентген и посмотреть, не требуется ли операция, а потом наложить гипс… но в нашем случае так не получится. Я просто туго перевяжу, а ты постарайся рукой особо не шевелить.

— Сеньор Хэкетт, — позвали из рубки.

— Что там, Хуарес?

— Рация накрылась. Не пойму, что с ней не так — не работает, и все тут. Наверное, там, под водопадом, стукнули чем-то.

Хэкетт перевязывал Россу руку.

— Если рация сдохла, мы остались без связи с внешним миром. Теперь будем сами по себе. Скажи спасибо, что ногу не сломал.

Зеб штудировала заметки Фалькона и перевод манускрипта.

— Нам надо туда, по этому ручью, но для «Дискавери» он явно узковат.

Росс посмотрел на лодки: обе были примерно по восемь футов длиной.

— Может, на них?

Хэкетт кивнул:

— По трое в каждую. Забираем с собой все, что понадобится. — Он обернулся к Хуаресу и Мендозе: — Спускайте на воду и начинайте грузить припасы и снаряжение. Захватите оружие и мачете.

— Я помогу, — сказала Зеб.

Сестра Шанталь сидела на камбузе, закрыв глаза. Росс коснулся ее плеча здоровой рукой:

— Все нормально?

Она открыла глаза, увидела его и улыбнулась:

— Да, все в порядке.

Росс с тревогой разглядывал монахиню. Дальнейшие инструкции Фалькона были совсем запутанными.

Следующие полтора часа они перетаскивали необходимое снаряжение с «Дискавери» в две лодки. В одной должны были разместиться Росс, сестра Шанталь и Хэкетт, в другой — Мендоза, Зеб и Хуарес. В конце, когда все уже рассаживались, Хэкетт вернулся на «Дискавери», сжимая в руке ключ.

— Куда ты? — спросил Мендоза. — Люки уже задраены, а двери заперты.

Возле рубки была закреплена черная коробка. Хэкетт вставил ключ в отверстие на ней и повернул.

— Сигнализация.

Зеб рассмеялась, да и Росс не смог сдержать улыбки. Хэкетт стоически пережил нападение бандитов и Жерло Ада, так что его маниакальная аккуратность стала понемногу забываться. Англичанин был на высоте в критические моменты, зато сверх всякой меры волновался по пустякам.

Зеб села в лодку.

— Найджел, ну я понимаю — задраивать люки, чтоб звери не забрались, но сигнализация-то зачем? Кому тут взбредет в голову его угонять?

— Осторожность не помешает, — заявил Хэкетт. В его голосе слышалась обида.

— Кто здесь услышит-то твою чертову сигнализацию? — поинтересовалась Зеб.

— Она отпугнет вора, да и вообще, это мой катер!

Зеб вернулась к заметкам Фалькона и переводу.

— Священник предупреждает нас, что в ручье полно тварей, похожих на драконов.

— Речь о крокодилах, — сказала сестра Шанталь.

— Похоже на то, — спокойно заметил Хэкетт.

— Вот черт! — выругалась Зеб.

— Хуарес, ты знаешь амазонских крокодилов, — сказал Хэкетт. — Пока мы в лодках, они не опасны, так?

— Не опасны, — ответил Хуарес с непоколебимой уверенностью как раз в тот момент, когда лодки дружно отвалили от берега. Помолчав, он добавил: — Но если их много, нужно соблюдать осторожность.

Росс нервно поежился на узкой банке. Деревянные доски, из которых были сделаны лодки, казались ему тоненькими и ненадежными.

— А сколько крокодилов может водиться в такой реке?

— Пара-тройка, — ответил Хуарес.

Росс слегка успокоился.

— Сотен, — пояснил Хэкетт.

ГЛАВА 38

Когда ей было нечего делать, Зеб мысленно сравнивала Найджела Хэкетта с Освальдо Мендозой и с удивлением и тревогой обнаруживала, что чудаковатый англичанин вызывает у нее недюжинный интерес. Хэкетт выводил ее из себя и вообще был занудой высшей пробы, но занудой занятным — тут не поспоришь. Как он мог бояться, что «Дискавери» угонят прямо посреди джунглей, и в то же самое время спокойно грести, зная, что река кишит крокодилами?

Зеб спокойствия и близко не ощущала. Она мало чего боялась, любила мать-природу во всем ее разнообразии, но вот именно крокодилов терпеть не могла. Даже сильнее, чем змей. А уж змей она боялась до потери пульса. Впрочем, уже через несколько миль Зеб бросила считать крокодилов — их было попросту слишком много.

А еще темнело.

Зеб не могла понять, что хуже: любоваться омерзительными бестиями во всей красе или замечать лишь едва заметные контуры. Наступила ночь. В черной воде сияли звезды, и девушка непременно восхитилась бы чудесным пейзажем, если бы не стеклянистые глаза, которые выныривали на поверхность, словно перископы. Луч фонаря отражался в них рубиновым огнем. Глаза не шевелились, но когда их касался свет, раздавалось глухое ворчание. Бесчисленные пары глаз скользили мимо лодок, и предостерегающий шум становился все громче.

Вдруг Зеб заметила отсвет где-то вверху и позади: над зазубренным краем леса поднимался оранжевый диск. Она знала, что это луна, но впечатление было, словно восходит солнце на какой-то другой планете. Звезды гасли, вода окрашивалась серебром, и Зеб вдруг с особой остротой ощутила, что она — чужая в этом необычном мире.

Из полумрака донесся тихий, отчетливый голос Хуареса:

— У всех крокодилов глаза разного цвета. Обычно зеленого и оранжевого. А вот черный кайман. У него глаза бесцветные, хотя кажутся красными — это свет отражается от кровеносных сосудов.

Наступила тишина, в которой вновь раздалось ворчание. Зеб посветила и увидела, что его издает Хуарес, скрючившийся на носу лодки. Из-под берега проворчали в ответ.

— Я сбил их с толку, — прошептал он. — Они не понимают: свои мы или чужие.

Река вновь погрузилась в безмолвие.