Новые истории Тряпичной Энн - Груэлл Джонни - Страница 2

Той ночью куклы почти не спали. Они очень волновались: что же скажет Марселла, когда утром увидит милых маленьких котят? Тряпичная Энн не сомкнула глаз, потому что делила постель с Фидо и тот не давал ей спать разговорами.

Утром, когда Марселла вошла в комнату, первыми она увидела котят. Девочка закричала от радости и понесла малышей вниз, чтобы показать маме и папе. Мама-кошка побежала за ней следом. Выгибая спину и гордо мурлыкая, она тёрлась обо все стулья и двери.

Мама и папа сказали, что котята могут остаться у Марселлы в детской, и девочка отнесла их обратно в корзину Фидо. По пути она подбирала им имена из книги сказок: Прекрасный Принц – для белого котёнка, Золушка – для серого и Золотистая Принцесса – для котёнка с рыжими полосками.

Вот так три малыша поселились в детской. И куклы, и щенок, и мама-кошка очень радовались. А благодарить за это надо Тряпичную Энн. Это она придумала, как найти котятам хороший дом, потому что она была набита чистой белой ватой и ей в голову приходили исключительно мудрые мысли.

А мама-кошка согласилась, что Фидо – прекрасный друг. Она стала доверять ему настолько, что даже позволяла вылизывать котятам мордочки.

Тряпичная Энн и подарок эльфов

Куклы лежали в своих кроватках под заботливо подоткнутыми одеяльцами, и в доме было очень тихо. Время от времени Фидо поднимал одно ухо и приоткрывал один глаз. Его острое собачье чутьё подсказывало: что-то должно произойти. Наконец он открыл оба глаза, втянул носом воздух, вылез из корзины, встряхнулся и протопал через комнату к кроватке Тряпичной Энн.

Фидо ткнулся холодным носом Энн в шею. Она подняла голову с маленькой подушки.

– А, это ты, Фидо! – сказала Энн. – Мне приснилось, что оловянный солдатик положил мне на шею сосульку!

– Я не могу заснуть, – объяснил Фидо. – Я чувствую, что должно что-то случиться.

– Ты съел на ночь слишком много костей, Фидо, и они не дают тебе спать, – ответила Энн.

– Нет, это не так. Я вообще не ел костей с тех пор, как в прошлое воскресенье у людей была на обед говядина. Дело не в этом. Прислушайся, Энн!

Энн прислушалась. Где-то вдалеке были слышны голоса, как будто кто-то пел.

– Что это? – спросил Фидо.

– Тсс! – прошептала Энн. – Это музыка.

Это и вправду была музыка, самая прекрасная музыка, которую когда-либо доводилось слышать Тряпичной Энн. Мелодия становилась громче, но по-прежнему звучала где-то далеко.

Энн и Фидо ее отчётливо слышали. Было похоже, словно сотня голосов поёт хором.

– Пожалуйста, не вой, Фидо, – попросила Энн, обхватывая нос пса ватными руками. Дело в том, что обычно Фидо «подпевал», когда слышал музыку. Но в этот раз щенок не пел. Он был в полном изумлении. Казалось, вот-вот произойдёт что-то очень хорошее.

Тряпичная Энн села в кроватке. Комнату залил удивительный и прекрасный свет, а музыка лилась в детскую через открытое окно. Энн выпрыгнула из постели и побежала через комнату, волоча за собой простыню. Фидо кинулся за ней. Вместе они выглянули в окно, под которым был цветник.

Среди цветов порхали сотни крохотных существ. Одни играли на малюсеньких трубах, а другие пели. Это была самая странная и волшебная музыка, какую только слышали Энн и Фидо.

– Это эльфы! – догадалась Тряпичная Энн. – Быстро в корзину, Фидо! Они летят сюда!

Фидо в три прыжка оказался в своей корзине и притворился спящим, но улёгся, подсматривая одним чёрным глазом. Энн быстро запрыгнула в кроватку и натянула одеяло до подбородка, но тоже легла так, чтобы видеть окно.

Маленькие существа, излучая серебряный свет, впорхнули в детскую, продолжая петь мелодичными голосами. Они несли небольшой свёрток. От него исходило сияние, в котором, как показалось Энн и Фидо, было золото солнца и серебро луны. Мягкий ласкающий свет был именно таким, какой вы себе представляете, когда думаете об эльфах.

Тряпичная Энн почувствовала, как её карамельное сердечко застучало о ватную набивку, потому что она заметила крохотную розовую ножку, показавшуюся из светящегося свёртка. Эльфы проплыли со своей ношей через детскую и пролетели сквозь дверь. Энн и Фидо слышали, как удаляются звуки музыки – волшебные существа спускались в холл. Через некоторое время эльфы вернулись уже без свёртка и улетели через окно.

Энн и Фидо снова бросились к подоконнику и увидели, что эльфы танцуют среди цветов. А свет от свёртка всё ещё продолжал мерцать в комнате и распространял удивительно приятный аромат. Музыка эльфов стихла, кукла и щенок вернулись к кроватке Энн, чтобы всё обдумать.

Когда доброе солнышко заглянуло через ограду сада в детскую и проснулись остальные игрушки, Энн и Фидо всё ещё пребывали в замешательстве.

– Что случилось, Энн? – хором спросили оловянный солдатик и дядюшка Клем.

Но прежде чем кукла успела ответить, в детскую вбежала Марселла. Она сгребла всех кукол в охапку и помчалась вниз, в холл. Фидо бежал за ней и пронзительно лаял.

– Тихо! – сказала ему Марселла. – Он спит, а ты можешь его разбудить.

Мама помогла Марселле рассадить кукол в холле вокруг кроватки.

Потом мама осторожно откинула мягкое одеяльце, и куклы увидели крохотный розовый кулачок и маленькое личико с прелестным розовым носиком и совершенно лысую головку.

Боже, как же куклы затараторили, когда снова остались одни в детской!

– Миленький, хорошенький братик для хозяйки! – воскликнул дядюшка Клем.

– Прекрасный подарок любви и эльфийского света для всех в доме! – мудро объяснила Тряпичная Энн. Она подошла к пианино и радостно сыграла одной рукой «Питер, Питер, тыквоед».

Тряпичная Энн и цыплята

Когда Марселлу позвали в дом, она оставила Энн сидеть у ограды птичьего двора.

– Сиди спокойно! – велела хозяйка. – Если будешь ёрзать, упадёшь и поранишься!

Тряпичная Энн сидела смирно, как ей и сказала Марселла, но при этом улыбалась курицам. Падала она в своей жизни часто, но ни разу не поранилась. Как вы знаете, она была набита прекрасной мягкой ватой.

Так кукла сидела до тех пор, пока крошечная птичка-колибри не пролетела совсем рядом с её головой. Птичка искала цветочный нектар в чашечке цветка мальвы. Энн повернула голову, чтобы рассмотреть колибри, и – бум! – упала прямо среди домашних птиц.

Курицы разбежались во все стороны. Все, кроме одного петуха – Старого Броненосца. Он распушил перья на шее, наклонил голову к земле и, издавая неприятный свистящий звук, злобно поглядывал на непрошеную гостью. Однако Энн лишь улыбалась Старому Броненосцу и поправляла тряпичной рукой нитяные волосы. Она совсем не боялась.

А потом произошло нечто странное. Увидев, что Энн шевелится, старый петух стал высоко подпрыгивать, выбрасывая одну ногу вперёд и ударяя ею куклу снова и снова. Когда Энн наконец перестала кататься по земле, она махнула на петуха фартуком и крикнула: «Цыц!» Но вместо того чтобы испугаться, Старый Броненосец опять напал на неё.