Та, которая заблудилась - Икрамова Яна В. - Страница 53

– Извините, – смущенно пятясь к выходу, пробормотала я. Мне стало понятно, что я все-таки ошиблась дверью.

Женщина вдруг расхохоталась. Смех ее совершенно не вязался с ангельской внешностью. По ушам резанул противный скрипучий голос. И невольно вспомнилось воронье карканье. В нежных чертах лицах что-то сместилось, и я увидела хищную ухмылку. Впрочем, это видение тут же пропало, являя мне снова одухотворенную богородицу.

– Ты не ошиблась, чужая. Я знаю, зачем ты пришла. Я видела твой приход задолго до нашей встречи. Сядь.

Я огляделась вокруг себя в поисках какого-нибудь сиденья. Стул нашелся под столом, и любезная хозяйка пинком отправила мне его оттуда. Я приземлилась на краешек.

– Мне сказали, что вы можете помочь в одном деле, – начала издалека я.

– Не нужно лишних слов. Я прекрасно вижу, кто ты. И знаю, как вернуть тебя в твой дом. Не удивляйся, я ведь ведьма. А ты – чужая в моем мире. И не нужна здесь.

Такое заявление тонкой иголочкой обиды кольнуло мое самолюбие. Я уже привыкла к этому миру. А тут – раз – и не нужна? Неприятно, право слово.

– Смотри! – Женщина между тем махнула ладонью над поверхностью хрустального шара.

В лучших традициях мирового кинематографа шар изнутри заполнился белым дымом. Я приподнялась, вглядываясь в неясные фигуры внутри магического предмета. Сперва был виден один лишь дым, но вот уже я отчетливо вижу свою родную улицу, мой дом, мою квартиру. Прямо google map какой-то, все приближает и приближает. Впрочем, не успела я поиронизировать, как внутри шара отчетливо стало видно, как на нашем стареньком диване, сгорбившись, сидит мама. Руки ее лежат на коленях, волосы растрепаны. Мама плачет.

Дальше смотреть я уже не могла.

– Верни меня! – надсадно выдохнула я.

На лице ведьмы снова мелькнула ухмылка. Я отчего-то вздрогнула. Она поднялась с кресла и подошла к шкафу. Открыв маленькую дверцу, одну из многих, она что-то вынула оттуда и вернулась ко мне. Меня уже трясло. В голове гудело, перед глазами плясали черные точки. Я могла думать только о маме. И о доме. Вернуться! Вернуться немедленно! Не очень понимая, что делаю, я крепко сжала в ладони протянутый мне предмет.

– Возьми, – строго сказала ведьма, – и слушай. Я верну тебя туда, где твое место. Но придется заплатить. Найдется у тебя нужная плата?

Я растерянно уставилась на нее. У меня есть деньги, но сколько ей нужно? Может, я смогу продать что-то из вещей? И еще обналичить чек от Торина. Ведьма оборвала мои лихорадочные подсчеты, громко подытожив:

– Ты отдашь мне то, что тебе дороже всего. Ну?

Дороже всего? Если бы на мне было платье матери Терера, я бы не сомневалась. Но платье давно сгорело где-то в печи далекого теперь замка. Не так уж много ценных вещей я собрала в этом мире. Ах да, в ухе все еще болтается серьга, подаренная Велом. Как ни странно, она не потерялась после всего, что со мной случилось. Я потянулась, чтобы снять украшение. Как жаль будет расстаться с этой маленькой вещицей! Пока она была у меня, я не придавала ей значения. Но теперь, когда я возвращаюсь домой, это воспоминание о дорогом мне человеке могло бы греть мое сердце долгими зимними ночами. И я могла бы, глядя на нее, думать о том, кто стал мне дороже всего на свете.

Сережка глухо звякнула об пол. Я стремительно вскочила, глядя на ведьму. От былой нежности в ее лице не осталось и следа.

– Умница, – прошипела она, – догадливая.

– Но как? – все еще не веря, спросила я.

– Сам придет. – Ведьма облизнулась. – Воткни в его волосы гребень, и он уйдет ко мне. Как только он переступит порог моего дома, ты вернешься в свой.

– Зачем вам он? – Язык меня почти не слушался.

– Разве тебе одной нравятся красавчики? – игриво подмигнула ведьма. – Вернешься в свой мир. Не оставлять же такое золото без хозяйки? Мне пригодится хороший вор. Особенно такой… честный.

Готова поспорить, она хотела сказать что-то другое. Я все еще пялилась на гребешок в моей ладони. Обычный гребень, ничего особенного – деревянный, с пестрой россыпью мелких серых камней. Почему-то подумалось, что это чисто женская вещь. Мужчинам гребни в волосах как-то не по статусу.

– Ты убьешь его? – Я не хотела спрашивать, но вопрос вырвался невольно.

– Зачем? – удивилась она вполне искренне. – Такому найдется куда лучшее применение!

Я выскочила из дома под дикий смех ведьмы, летящий мне в спину. Я брела по городу, почти не замечая мира вокруг меня. Кровь стучала в висках. Глаза застилали слезы. Мне безумно хотелось прижаться к кому-нибудь, ощутить дружеское плечо, поделиться своей бедой. Но, увы, я не могла идти к друзьям. Это было бы самой кошмарной пыткой. А я еще думала, что встреча с Серпентарием – самое страшное, что может случиться в жизни. Не совсем ясно соображая, что делаю, я добрела до нашего отеля. И замерла перед дверями. Войти внутрь было равносильно самоубийству. И, поддавшись какому-то порыву, я развернулась и бросилась в конюшню. Ветер приветливо фыркнул, увидев меня. Через несколько минут я уже сидела в седле и, бросив монетку помощнику конюха, дернула удила.

Конь двинулся вперед, а я погрузилась в свои мысли. Первый липкий ужас прошел, и я смогла наконец трезво оценить ситуацию. Ситуация была паршивая.

Совершенно ясно, что гребень заколдован. Помнится, я даже читала про такое в сказках. Вел станет рабом ведьмы, что по определению недопустимо. С другой стороны, где-то там, дома, плачет мама. И в этом свете использование гребня не кажется такой уж бедой. Ну, будет он слушаться какую-то бабу. Так в мире (в обоих, мне известных) полно мужиков, которые только и делают, что живут по указке женщин. Одними командуют жены, другими мамы. Мой вор ведьме явно приглянулся, будет у нее любимым мужем. Чем не жизнь? И по большому счету, когда я вернусь домой, весь этот мир станет казаться мне странным сном. Какое тогда мне будет дело до проблем Велика?

Подняв глаза, я неожиданно обнаружила себя на опушке леса. Пока я предавалась своим думам, конь вывез меня за пределы города.

Глава 51

– Хороший мальчик! – Я ласково потрепала Ветра и вывалилась из седла. Так и не научилась пользоваться лошадиным транспортом. Верхом ездила кое-как, а вот умение взбираться в седло и слезать с коня не осилила.

Хороший у меня конь, понятливый. Привез меня в самое удачное место. В лесу и воздух чище и мысли четче. Я двинулась вперед по узкой лесной тропинке, Ветер мирно зашагал следом. У стен города лес был редким и оттого очень светлым и по-своему красивым. К тому же здесь явно ощущалась близость человеческого жилья. Тропинка была нахоженной, под кустами встречались кучки мусора, а на поляне, к которой я вышла, кто-то недавно разводил костер. Хорошо, что еще у них тут до пластиковых бутылок не додумались. Поэтому на полянке валяются только стеклянные. Иные люди хуже свиней.

Я присела на пенек, притащенный сюда, видимо, недавними посетителями. Гребень, врученный мне ведьмой, по-прежнему томился в моей ладони. Я осмотрела его еще раз. Мой единственный билет домой. Непритязательная вещица, стоящая всех золотых запасов мира. Обоих миров. Мой шанс забыть то, что я, боюсь, никогда забыть не сумею. Мой шанс вырваться из этого махрового средневековья. Вернуться обратно, к своей семье. Снова ездить на автобусе, а не корячиться верхом. Снова есть полуфабрикаты, не пытаясь угадать, каков вкус неизвестного плода. Снова ходить в юбках выше колена, не опасаясь быть побитой камнями. И снова пользоваться интернетом. Дома вообще много хороших вещей. На то он и дом.

Остается только одна малость. Велик. Велиарандр. Синеглазый вор, который не знает, как ему «повезло».