Чародей в ярости - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 30

Род медленно кивнул и с теплотой взглянул на жену.

— Но, мама...

— Ш-ш, не забывайте об ужасах, о которых рассказала нам герцогиня. Нет, дети, на севере таится ужасная опасность. Детям там не место.

Корделия резко повернулась к ней.

— Но ты, мама...

— Должна отправиться с вами и позаботиться о вашем возвращении домой, — в тоне Гвен зазвенело железо, — или вы и впрямь думайте, что мне достаточно только сказать вам «ступайте», и вы вернетесь прямо в Раннимид? И вы не попытаетесь последовать за отцом и мною незаметно?

Корделия стиснула кулачки и топнула ножкой, глядя на мать взором в котором зарождалось сопротивление, но не ответила.

Гвен медленно кивнула.

— Именно так я и думала. — Она подняла взгляд на Рода. — Но в то же время, я не верю, что герцогиня и ее сыновья уже в безопасности.

— Совершенно верно, — кивнул Род. Гвен повернулась к детям. — Мы должны охранять их.

— Но солдаты...

— Недавно преследовали их, — напомнила Гвен, — кто возьмется утверждать будто сила колдуна не дотянется с севера и не опутает их вновь. Не выступит против герцогини и ее мальчиков?

Илларен обменялся испуганным взглядом с братом.

— Но, мама... — воскликнул Джефри.

— Ты сделаешь, как тебе велено, — приказала Гвен, — и сделаешь это сейчас же. Ты, кого всегда привлекала роль полководца, станешь вправду отрицать, что будет мудрым шагом — охранять эту семью и проводить их к королю Туану, чтобы они рассказали обо всем, чему стали свидетелями?

Джефри строго посмотрел в ответ, а затем неохотно признал.

— Нет. Тут ты права, мама.

— Разве она не всегда права, — пробормотал Род, но его кажется никто не услышал.

Гвен повернулась к нему.

— Мы отправимся, муж, как ты и желаешь.

— Но ведь папа не будет в безопасности, — Корделия стремительно повернулась к нему и обхватила обеими руками за талию.

Род прижал ее к себе, но покачал головой.

— Я и прежде сталкивался с опасностью без вас, дети. Было время, когда меня не защищала и ваша мать.

Магнус покачал головой, встревоженно расширив глаза.

— С подобной опасностью — никогда, папа. Подлый, злой колдун во главе целой армии ведьм!

— Я и прежде лез в самую гущу событий и с одним лишь кинжалом против всех их мечей и кое-чего похуже.

— И все же тут ведьмы!

— Да, и у меня есть для борьбы с ними нечто лучшее, чем обыкновенный кинжал. Мне думается я могу потягаться с их колдуном, ответить чарами на чары, силой на силу. И выкинуть несколько фокусов, которые ему даже не снились. — Он привлек к себе и Магнуса. — Нет, на сей раз не беспокойся обо мне. Когда-нибудь я, может быть, встречу врага, который окажется чуть сильнее меня, но Альфар не таков. При всей его мощи и гнусности он беспокоит меня не так уж сильно.

— И правильно.

Род оглянулся и увидел своего младшего сына сидящего, скрестив ноги в стороне.

— Я думаю, ты прав, папа. По-моему, он действует больше страхом, чем силой.

— Если так, — сказал Джефри, — то ты должен устоять против него и, даже одолеть его.

— Ну, хорошо. — Род степенно склонил голову. — Спасибо, сынки. Услышав от вас такие слова, я чувствую себя намного лучше.

Он с удовольствием ощутил поддержку со стороны детей.

Очевидно, Корделия и Магнус тоже так думали. Они отцепились от Рода и старший кивнул.

— Если Грегори не предвидит твоей гибели, папа, то она еще далеко.

— Да, — кивнул Род, — не Альфар моя Немезида. — Он повернулся к Грегори. — А что?

Какую-то минуту ребенок глядел в пространство расфокусированными глазами. А затем снова посмотрел на отца и ответил с полной уверенностью.

— Сны.

ГЛАВА 8

Герцогиня ударила лошадей вожжами и карета со скрипом пришла в движение. Бег лошадей ускорился, перейдя в рысь. Сидевшая рядом с герцогиней Гвен обернулась и помахала рукой. С крыши кареты поднялись четыре ручонки и неистово замахали.

Род махал им в ответ, пока они не скрылись из вида, ощущая растущую в нем пустоту. Повернувшись на север, он увидел как удаляются солдаты, неся на прикрученных к лошадям носилках своего раненого рыцаря. Они решили вернуться в армию колдуна, прикидываясь преданными солдатами. Гвен объяснила им, как скрывать свои истинные мысли под симуляцией гипноза, думая обычные думы, свойственные всей армии Альфара. И ясно дала понять, какая им грозит опасность. Альфар не станет добродушно взирать на предателей. Они все до одного, поняли ее, но ими овладело чувство вины, и они приветствовали опасность, как возможность искупления. Род смотрел им вслед с надеждой, что не встретит вновь никого из них, пока весь этот мятеж не будет подавлен.

Он почему-то был уверен, что это случится неизбежно. Глупо верить утверждениям трехлетнего мальчугана, но его маленький Грегори был мальчуганом сверхъестественным и очень восприимчивым. Было бы опрометчиво полностью довериться его предсказаниям, но они все-таки подбадривали Рода. В конце концов, Грегори ведь был не какой-то средний дошкольник.

И если он обладал лексиконом девятилетнего, это еще не означало, что он понимал всю сложность ситуации. Род относился к его мнению так же, как к гаданию по руке — эмоционально воспринимал, но не очень доверял. Он повернулся к Вексу, вдел ногу в стремя и поднялся в седло.

— Поехали, Железный Жеребец! На север!

Векс тронулся следом за удаляющимся эскадроном.

— Куда мы направляемся, Род?

— К Альфару, конечно. Но что касается ближайшего будущего, то найди какую-нибудь большую ферму, хорошо?

— Ферму? Чего ты там ищешь, Род?

— Последний штрих в нашей маскировке. — Но Роду не хотелось продолжать разговор. Его душа ощущала опустошенность, ужасное одиночество. Впервые за двенадцать лет. О, в течении этого срока он бывал предоставлен самому себе, но не очень надолго, на день-другой, и, как правило, был слишком занят, чтобы думать об этом. Но теперь у него нашлось время, и он был потрясен, поняв, как много для него значило присутствие семьи. Он чувствовал себя обструганным, было впечатление, чувствовал, словно его отсекли от ствола и корней, словно отрубленную ветку. В груди у него, казалось, появился какой-то ком и давящий страх перед окружающим миром. Впервые за двенадцать лет он столкнулся с этим миром один на один, без массированной поддержки Гвен или веселья детей, не говоря уж об очень существенной помощи в виде их способностей.

Такая перспектива обескураживала.

Он попытался стряхнуть это настроение, расправив назад плечи и задрав подбородок.

— Это просто смешно, Векс. Я — одинокий волк! Я — нож во тьме, злобный тайный агент сокрушающий империи!

— Как скажешь, Род.

— И скажу, черт подери! Я это я, Род Гэллоуглас, а не только отец и муж!.. Нет, черт побери, я — Родни д'Арман! «Гэллоуглас» — это всего лишь псевдоним, взятый мной, когда я сюда прибыл, чтобы помочь мне походить на местного! А Родни д'Арман сумел худо-бедно прожить без Гвен и детей двадцать девять лет!

— Верно, — согласился Векс. — Конечно, двадцать девять из них ты прожил в доме отца.

— Ладно, допустим я был предоставлен самому себе только десять лет! Но ведь это почти такой же срок, какой я женат, не так ли?

— Конечно.

— Да, — усмехнулся Род. — Эти маленькие создания входят в привычку, не правда ли?

— Вот тут ты, наверное, коснулся самой сути, — согласился робот. — Большинство людей, Род, живут своей жизнью по привычным шаблонам.

— Да, лишь по привычке. — Род снова расправил плечи. — А привычки всегда можно изменить.

— Ты действительно этого хочешь, Род?

— Когда вернусь домой, то снова сменю их на прежние! Но на данное время я не могу иметь их при себе, и потому мне лучше снова привыкнуть к одиночеству. Я могу справиться и без них, и справлюсь.

— Конечно, справишься, Род.

Род уловил в голосе Векса знакомые интонации и прожег взглядом затылок металлического черепа.