Чародей в скитаниях - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 25

Гвен тянула его за плечо, думая: «Я выведала все, что он знает». А вслух сказала:

— Нет смысла дальше мучить его, милорд.

— Ты называешь это мучением? — насмешливо бросил Род, и мысленно добавил: «То был всего лишь небольшой спектакль, дорогая, чтобы убедить его, будто мы всерьез взялись за допрос. Конечно же, мы и не собирались доводить дело до положенного конца. Если б мы стали...»

«Избавь меня от подробностей, — быстро подумала Гвен. — Но свяжи его, милорд».

— А, ладно, — вздохнул Род, — зачем зря терять время на полнейшего незнайку? Перевернись на живот и притворись мертвым, сержант, так что б нам не пришлось и впрямь убивать тебя. Идет?

Йорик отпустил руку Талера и принялся заботливо массировать ему плечо. Талер отбросил его руку и зарычал, глядя на них взглядом, полным страха.

— Не беспокойся, мы просто свяжем тебя, — объяснил ему Род. — Мы можем сделать это, пока ты в сознании или в отключке, выбирать только тебе. Да брось, не осложняй всем жизнь, перевернись на живот. Вот молодец. Руки за спину...

Талер прожег его взглядом.

А затем вдруг стремительно поднялся, врезав Роду кулаком снизу вверх.

Тот в последнюю секунду отклонился назад, но не достаточно далеко. Удар с силой обрушился ему на скулу, и он, пошатнувшись, отступил, автоматически вскидывая руки в защитную стойку. Вспыхнула добела раскаленная ярость, но он сумел направить ее на Талера, блокируя его новый удар, отклоняясь в сторону от пинка, а затем резко поворачиваясь обратно, как распрямившаяся пружина. Талер поставил блок и ответил контрударом, но Род ловко вошел в клинч, вмазав ему кулаком в живот. Талер нагнулся вперед, глаза у него снова вылезли из орбит, а через нос вырвался стон. Йорик слегка ударил его по голове и дал ему упасть, лицом в грязь, рухнув на него сверху и прижав к спине колено, сводя вместе запястья и держа их, пока Род обматывал их веревкой.

— Спокойно, сержант, — утешал он. — Мы, знаешь ли, могли сделать это и по-хорошему.

— С другой стороны, — указал Йорик. — Мы могли бы также обращаться и посуровей. Я не приложил всех своих сил, майор.

Род отрезал еще кусок веревки от мотка на полке.

— Как думаешь, Чолли держит здесь клейкую ленту?

— Для чего? — пожал плечами Йорик. — Это же, знаете ли, вообще-то не его профиль.

— Да ты в чем-то прав, — Род протянул руку к голени Талера. Сержант резко пнул его, но теперь Род ожидал этого. Отпрыгнув в сторону, он схватил голень, когда та просвистела мимо, и согнул ее, прижимая к ягодицам Талера. — Да полно, полно! Неужели ты действительно считаешь меня таким невинным младенцем? Потяни-ка немного за ту веревку, ладно, Йорик?

Неандерталец дернул Талера за запястья, заламывая их к лопаткам.

Сержант застонал, и ноги у него расслабились. Род прикрутил их веревкой друг к другу, а затем протянул конец от голеней к запястьям, стянув так, что ноги у Талера согнулись.

— А теперь завяжем те модные новые узелки, которые я навострился затягивать!

— Перемены! Новации! Обязательно надо гнаться за новизной, — пробурчал Йорик. — Вы, сапиенсы, все одинаковые! Спасибо, я лично держусь старых, добрых, испытанных и верных.

Род глянул украдкой на его работу.

— Если ты так себе представляешь старый узел...

— Я имел в виду действительно старый. Вы, сапиенсы, вообще так и не узнали про них!.. Вот! Упакован в лучшем виде. Перевернись, красавчик! — он перекинул Талера на спину. — Мы не надеемся, что ты не закричишь, — он ущипнул Талера там, где его тело было всего доступней. Сержант открыл рот, готовый заблеять от чистого удивлений, и Род запихал туда носовой платок.

Йорик схватил Талера за голову и держал ее в неподвижности, пока Род завязывал ему рот другим носовым платком, затянув на затылке рифовый узел.

— Сожалею что у тебя будет так сухо во рту, особенно при все этом пиве как раз у тебя над головой. Но не беспокойся, тебя обязательно кто-нибудь найдет, сразу после завтрака.

Йорик просунул руки Талеру под плечи и кивнул Роду, схватившему Талера за колени. Они вместе подняли его и отнесли сержанта под лестницу, где было очень уютно и темно.

В голове у Рода прозвучали отдававшие разочарованием мысли Гвен:

«Ужель вы и впрямь должны были быть столь суровыми?»

«Боюсь, что да, дорогая, — подумал в ответ Род. — Разве ты не видела, что творилось с его душой когда ты разбудила его?»

Гвен на мгновение умолкла. Затем:

«Да, в самом деле. Ощущение беспомощности, полнейшей беззащитности».

Род кивнул:

— Психологически с этим он может управиться намного лучше, чем с твоим ментальным нокаутом без всяких видимых средств. Это он способен понять, такое для него дело обычное. С ним он способен справиться, — он пожал плечами. — Но нам требовалось проделать все убедительно.

— Коль ты так говоришь, — вздохнула Гвен, — тогда мне рассказать тебе какие у него возникали мысли?

— Вот это мне хотелось бы услышать, — Род прогулялся к ней, поманив за собой Йорика, и уселся, оставив между ними и Талером весь подвал.

Неандерталец расположился рядом с ним, и Род выдохнул:

— Вслух, но тихо, так чтоб этот здоровенный малый слышал, а его жертва — нет.

— Что значит, моя жертва? — фыркнул Йорик.

— Я, в некотором роде, уловил суть, пока мы допрашивали, — продолжал Род, — но не вник в подробности.

— О, так вот что вы делали! — усмехнулся Йорик. — То-то я гадал, почему вы так легко сдались.

Гвен лишь уставилась на него во все глаза.

— Я не шутил, дорогая, — тихо подтвердил Род. — Мы и впрямь обращались с ним мягко.

— Относительно, — согласился Йорик. — Но, впрочем, все ведь относительно, не так ли? По словам антропологов, я даже отношусь к числу ваших родственников.

— Дальних, — быстро уточнил Род, — отделенных несколькими степенями родства, но недостаточно далеких.

— А вы просто любите выводить происхождение по прямой линии, — проворчал Йорик.

— Разумеется, — пожал плечами Род. — Ведь это же моя родословная. У нас есть общий предок, но ваша ветвь свернула на тупиковый путь и отсохла.

— Если можно назвать сто тысяч лет «отсыханием», — фыркнул Йорик. — А что касается тупиковости, ну, по крайней мере, мы оставили Землю в приличном виде, когда сошли со сцены.

— Господа! — Гвен подняла руки, закрыв обоим рты ладонями. — Не соблаговолите ли выслушать, что делал вчера утром за Стеной наш сержант?

— Да, это было бы неплохо, — Род снова повернулся к ней, весь внимание. — Он ведь и не приближался к Месту Встречи Солнца, не так ли?

— Даже на лигу, — подтвердила Гвен, — даже на дюжину лиг, при всем при этом.

Йорик нахмурился:

— Избавьте меня от напряжения. Что же он все-таки делал за Стеной?

— Выполнял роль гонца, — объяснила Гвен. — Губернатор-генерал отправил его с известием к племени Шартрезных, — она повернулась к Роду. Странное название для цвета.

— Территория, не нанесенная на карту, — согласился Род. — Так что же он сообщил вождю?

— Да, — нахмурился Йорик. — Зачем ему, черт возьми, понадобилось выходить среди ночи?

— Оттого, — объяснила Гвен, — что племя Шартрезных одолжило большую сумму из генеральского «банка», так он назвал его?

— Это сбережения, — объяснил Род. — Представь себе сваленные в банку угли, для сбережения на протяжении ночи, дорогая.

— Странное то слово, и еще более странна сия мысль, — нахмурясь, повернулась к нему Гвен. — Почему эти люди сами не хранят свои деньги? Отчего они должны отдавать их другим хранить вместо них?

— Слишком большие возможности для воров, — объяснил Род. — А таким образом, вместо того чтобы всегда беспокоиться из-за грабителей, им приходится беспокоиться только из-за банкира, а где он, они всегда знают.

— Почти всегда, — сделал оговорку Йорик.

— Ну, верно, — признал Род. — Во всяком случае, так намного действенней.

— Раз ты так говоришь, — вздохнула Гвен. — Хотя мне думается, что твою гравитацию я пойму скорее, чем банки.