Сказки Заколдованного Замка - Стрелков Игорь Иванович - Страница 51

— Скоро ли мы будем на месте? — поинтересовался неутомимо вышагивающий юноша, вооружённый теперь длинной и внушительной, но грубо выструганной осиновой рогатиной, которую за ночь умудрился соорудить с помощью маленького ржавого ножика, обнаруженного вчера при помощи снульего нюха на обочине человеческой дороги.

— Скоро. Часика через четыре дойдём. Уже сегодня успеешь сразиться — день-то ещё длинный. Постой. — Снуль остановился так резко, что идущий следом Ультр с разгона врезался лицом в его густой тёплый мех. — Фу! Беда!

— Что случилось? — встревожился рыцарь.

— Люди и лошадки неподалёку в трясине завязли. Если не помочь, пойдут на ужин к Болотному Царю, — откликнулся Снуль, ожидающе посматривая на подопечного. Тот заколебался: ведь опаздывать нельзя! Вдруг кто-то успеет на схватку с Дрангом раньше его и освободит Цветосладу? Но пройти мимо погибающих лютой медленной смертью, не попытавшись их спасти?

— Веди. Поможем им, а потом — к замку!

— Мне нельзя показываться на глаза обычным людям, — потупился соня. — Я и так сделал для тебя исключение. К тому же лично мне с Болотным Царём ссориться не стоит. Мы с ним оба волшебные.

— Ну, тогда покажи дорогу и подожди меня тут, — нашёлся Ультр. — Или стань невидимым, если сможешь.

— Стать невидимым не смогу, а вот спрятаться сумею, пожалуй. Пойдём. А то так увязнут, что уже не вытащить. Сейчас выйдем из волшебного леса в обычный — прямо на болото. Не забудь рогатиной перед собой надёжность гати проверять, а как с неё сойдём — скачи только по кочкам. Остальное не моего ума дело: тебе виднее, как ты их спасать будешь.

Картина, представшая минутой позже перед глазами рыцаря, оптимизма не внушала. Посреди болотной поляны, к которой привела их еле видимая тропка, завязнув по брюхо в грязи и постепенно погружаясь всё глубже, отчаянно бились пять лошадей. Столько же всадников, по всей видимости попытавшихся покинуть топь самостоятельно, бросив своих четвероногих спутников, тоже завязли неподалёку — кто по бёдра, а кто уже и по пояс. Если бы не вес латных доспехов и оружия (уже, впрочем, брошенного), быть может, люди бы и спаслись. Но теперь шанса выбраться из трясины у них не осталось. Несчастные, дико вопя, молили о помощи. Они кричали не менее громко, чем ржали их четвероногие транспортные средства.

— Держитесь! Сейчас помогу! — Ультр резво скакал с кочки на кочку, прямо по ходу примечая необходимые для оказания помощи вещи и предметы. Время для смелого и решительного рыцаря (как всегда в таких случаях бывает у подобного склада людей) резко замедлилось, а взгляд необычайно обострился. Первым делом юноша отметил добрый моток толстой волосяной верёвки, притороченной к седлу ближайшей лошади. За ним и направился. Упав на живот, Экстримус подполз по колеблющемуся и проминающемуся под его весом травяному ковру к краям болотного окна, в котором из последних сил возилось перемазанное в грязи и облепленное ряской несчастное животное.

Рыцарь рогатиной подцепил моток и рывком сдёрнул его к себе. Не теряя и доли мгновения, он пополз к ближайшему (шагов тридцать в сторону) довольно прилично выступающему над поверхностью болота холмику, на котором, свидетельствуя о его относительной устойчивости, скрючилась чахлая болотная берёзка и торчали прутья кустов бузины. Достигнув тверди, Ультр захлестнул узлом верёвки ствол деревца, после чего вновь ползком направился к замершим в отчаянной надежде людям. Разглядев рядом с собой смутную, как будто слепленную из блёклой прошлогодней листвы тень и угадав в ней маскирующегося Снуля, рыцарь шепнул ему:

— Сначала лошадей вытащим, если поможешь. У меня одного сил не хватит.

— Как? — также шёпотом ответил удивлённый соня. — Силёнок у меня, допустим, достаточно, если по одной вытягивать, но Болотный Царь заметит и оскорбится. Сейчас он хоть и бесится, но лично не вмешивается. Не положено ему сражаться с простым человеком с помощью волшебства. А если я влезу, он вступит в схватку лично. И тогда даже мне несдобровать — на его-то территории.

— А обмануть его можно? Если я, например, сделаю вид, что сам очень сильный, и начну тащить верёвку и хвастаться, а кончик передам тебе и ты унесёшь его в Волшебный Лес и уже оттуда будешь дергать?

— Уф! — нерешительно вздохнул Снуль. — Давай попробуем. Болотный Царь не особенно внимателен и догадлив. Он меня до сих пор, по-моему, вообще не заметил. Только ты кричи и хвастайся погромче.

Ультр кивнул и, к ужасу напряжённо наблюдавших за ним пленников, изменив направление своего движения, направился к лошадям. Подобравшись к наиболее глубоко увязшей, он, используя рогатину в качестве мостика, вскарабкался ей на спину (несчастная лошадка сразу осела в топь ещё на несколько вершков) и пропустил конец верёвки под седло. Потом соскользнул обратно на мягкий ковёр болота и быстро, как только мог, вернулся к холмику с берёзкой. Выбравшись, юноша отвязал верёвку от ствола и, заведя за спину её конец, тихо шепнул: «Принимай». Спустя мгновение его пальцев коснулся тёплый мех — и канат сразу натянулся.

— Смотрите и запоминайте все! — вдохновенно провозгласил рыцарь. — Я, великий герой и победитель драконов, славнейший Ультр Экстримус, заколдованный ныне в чужой облик, продемонстрирую свою могучую силу! Сейчас на ваших глазах я вытяну из болота сначала эту лошадь, а потом и всех остальных!

— Хо-хо-хо! — от жуткого булькающего хохота у всех присутствующих мороз пошёл по коже, а по травяной глади болота, словно по воде, побежали широкие волны. — Не под силу тебе вытянуть ни эту лошадь, ни остальных! Крепко их держат мои служанки-кикиморы. Глубоко затянули. Но ты смелый, ты мне нравишься. И вправду на тебе сильные чары. Если хочешь, бросай лошадей, спасай людишек, пока ещё возможно. Это я, сам Болотный Царь, тебе говорю!

— При всём уважении, Ваше Болотное Величество, я всё же попробую. — Как ни был потрясён Ультр (который, откровенно говоря, несмотря на все необыкновенные события последних дней, в глубине души ни в каких «болотных царей» не верил), он нашёлся мгновенно. А вот завязшие в топи стражники и граф, напротив, онемели от ужаса.

Одним мощным рывком рыцарь выдернул бьющуюся лошадь из трясины и, быстро выбирая верёвку, подтащил её к твёрдому участку земли, где несчастное четвероногое, трясущееся от холода и страха, всё же сумело самостоятельно подняться. А его спаситель, не теряя времени, уже полз к следующей пленнице.

Четырежды, не обращая никакого внимания на булькающую возмущённую ругань и чавкающие уговоры Болотного Царя, повторил Экстримус указанную процедуру, ни на мгновение (следуя совету Снуля) не прекращая громогласно прославлять и расхваливать собственные непревзойденную силу, глубочайший ум и несравненную ловкость.

Покончив с лошадьми, юноша с успехом проделал испытанный приём и с их неудачливыми седоками, на этот раз высокомерно заявив, что вытягивать всякого из них в отдельности ему неохота. Протянув веревку к каждому недоутопленнику и всунув им её прямо в руки с указанием обернуть вокруг пояса, Ультр одним рывком выдернул всех пятерых, после чего разразился очередной тирадой о своем невиданном могуществе. Сопровождаемая леденяще-разочарованным воем болотного владыки (судя по всему, так и не сумевшего разгадать обман и вынужденного отпустить пленников восвояси), измождённая компания через несколько минут покинула сердце топи и вскоре достигла окраины соснового бора.

Отдыхая и обсыхая у разведённого из сухих сосновых веток костра, Ультр Экстримус некоторое время не обращал внимания на спасённых путников, пребывавших в полуобморочном состоянии. А когда почувствовал себя вполне согревшимся и готовым к продолжению пути, был немало поражён их поведением.

Едва он поднялся на ноги, как сбившиеся в кучку стражники на четвереньках попытались отползти в сторону, всем своим видом выражая панический ужас. И лишь по самую макушку измазанный грязью пятый несостоявшийся утопленник (чей облик и фигура с самого начала показались герою странно знакомыми) остался сидеть на своём месте, расширенными глазами уставившись на спасителя. К нему-то Ультр и обратился с вопросом: