Анубис - Хольбайн Вольфганг - Страница 111

Так что выбора не оставалось, и пришлось идти этим путем, как бы ни бросала в дрожь одна мысль ступать по костям давно умерших.

Но хотя бы в одном судьба благоволила им: нигде не было видно ни жутких упырей, ни других, возможно, еще более ужасных обитателей этого запретного подземного мира, до сих пор им встречались только следы их бесчестных деяний. Гигантская пещера была словно вымершей. Нельзя сказать, чтобы это разочаровало Могенса, но тем не менее сильно беспокоило.

Одна часть его сознания радовалась, что им до сих пор не встретилось ни одного чудовища, зато другая хотела во что бы то ни стало узнать, где они. Он молча кивнул Грейвсу, тот правильно его понял и, слегка пригнувшись, быстрым шагом пошел вперед. В мозгу пронеслась мимолетная мысль, что они сейчас похожи на воинов, которые под прикрытием ночи крадутся к занятой врагами крепости, только в этой мысли не было ничего смешного.

Могенс ускорил шаг, и ему удалось обогнать Тома, который хоть и шагал браво, но под тяжестью своего неподъемного рюкзака передвигался чуть не на полусогнутых. Другое дело мисс Пройслер. Она шла гораздо медленнее, но с таким неукротимым упорством, что в конечном итоге оказалось, не ей — ему пришлось держать шаг, чтобы не слишком отстать. Вот и сейчас мисс Пройслер достигла стены, на которую указал Грейвс, раньше его и без колебания вступила в проем, который Могенс назвал для себя дверью. Ему самому пришлось поднажать, чтобы Том в последний момент не опередил его.

Буквально на последнем издыхании и с дрожащими коленями он протиснулся в дверь и очутился в небольшом асимметричном и совершенно пустом помещении, в котором не было светящихся пятен и потому царил густой полумрак.

— Здесь мы будем в относительной безопасности, — сказал Грейвс, тоже тяжело дыша, что немного примирило его с ситуацией. По крайней мере, он оказался не единственным членом экспедиции, чьи силы были не безграничны. — Устроим привал. На несколько минут.

— Разве не ты говорил, что наше время… истекает? — спросил Могенс, переводя дыхание.

Ввалился Том и спас Грейвса от необходимости сразу отвечать. Вместо этого он неторопливо пошарил под своей охотничьей курткой, вытащил карманные часы на тонкой золотой цепочке и откинул крышку. Он выиграл еще несколько секунд, сощурившись и тщетно пытаясь в слабом освещении разглядеть стрелки. Наконец, разочарованно пожав плечами, он закрыл крышку и убрал часы.

— Несколько минут ничего не решат, — наконец произнес он. — Нечего нестись вслепую сломя голову.

— Странно, — усмехнулся Могенс, — мне казалось, именно этим мы все время и занимаемся.

Грейвс мрачно посмотрел на него и нетерпеливо властным тоном приказал Тому:

— Зажги свет!

Том, который, едва держась на ногах и не снимая рюкзака, примостился у стены, собрался с силами и, устало кивнув, принялся возиться с фонарем. Взглянув на него, Могенс разозлился и одновременно испугался. С тех пор как он познакомился с Томом, юноша всегда беспрекословно и тщательно исполнял все приказы и распоряжения Грейвса, сейчас он трудился на грани своих возможностей.

— Ты считаешь это хорошей идеей? — спросил Могенс Грейвса.

— Зажечь свет? Вполне.

— А если они его заметят?

— Упыри? — Грейвс демонстративно огляделся. — Ты видишь хоть одного?

— Нет, — неожиданно вмешалась мисс Пройслер. — Но они могут нас увидеть.

Грейвс, скривив губы в презрительной улыбке, покачал головой:

— Вряд ли. Поверьте, моя дорогая, если бы они находились поблизости, мы не вели бы сейчас этот разговор. — Он повернулся к Тому и одернул его: — В чем дело? Что там с лампой?

— Сейчас, доктор Грейвс, — засуетился Том.

Он изо всех сил старался поджечь фитиль, но его движения были такими неловкими, что грозили вот-вот опрокинуть лампу. Только с третьей или четвертой попытки ему это удалось. После зеленого марева, сопровождавшего их последние полчаса, белый свет показался таким ярким, что заслезились глаза и Могенс заморгал.

Он скорее услышал, чем увидел, что Грейвс поднялся со своего места у стены и пошел на другой край помещения. Могенс попытался стряхнуть с ресниц слезы, но добился противоположного результата, так что пришлось вытереть глаза рукой. Это помогло, но не слишком. Даже когда глаза немного привыкли к смене освещения, он все еще не мог видеть с прежней остротой. Свет и тени четко разделились, а все линии раздвоились, приобрели дополнительные резкие очертания, от которых стало больно глазам. Могенс еще раз потер глаза указательными пальцами, но ничего не изменилось. Это явление напомнило ему эффекты шахты с царством теней, только несколько иного порядка.

— Ну, мисс Пройслер, и где ваши… пленники? — спросил Грейвс. Он стоял у противоположной стены и заинтересованно рассматривал что-то на ней, что Могенсу не быдо видно.

— Я… я не знаю, — мисс Пройслер тоже моргала от непривычно яркого света, но растерянность в ее глазах была не только от этого. — Мне кажется… я была не в этой части города.

— Может быть, вообще не в городе? — хладнокровно спросил Грейвс, не поворачивая к ней головы, потому что напряженно вглядывался в странно-любопытную стену, даже поднял руку и бережно поводил кончиками пальцев по грубой стене. И прежде чем мисс Пройслер что-то ответила, другой рукой поманил Могенса:

— Могенс, иди-ка сюда! Посмотри на это.

Могенс, присевший прямо у двери, недовольно поднялся. Только когда до стены оставалось не больше двух шагов, он понял, что стена вовсе не грубая и необработанная, как ему показалось издали. На причудливо выложенных камнях были высечены линии и фигуры, похожие на примитивный наскальный рисунок в пещере догонов, только несравнимо грубее и менее умело. Впрочем, Могенс не был вполне уверен, что это действительно рисунок, а не игра воображения. Похоже, Грейвс верно истолковал его замешательство, потому что спросил:

— Ну, и что ты об этом думаешь?

— Это не моя область, поверь.

— Но голова-то у тебя на плечах и глаза при себе, — раздраженно сказал Грейвс.

Он все еще водил указательным пальцем по линиям, и Могенсу опять показалось, что под черной лайковой кожей обозначилась слабая неритмичная пульсация, от которой очертания на стене тоже задвигались.

Вместо того чтобы отвечать на вопрос, он совершил нечто, о чем еще полчаса назад и помыслить не мог. Подступив к Грейвсу вплотную, он крепко сжал его запястье. Глаза Грейвса округлились от удивления. Совершенно инстинктивно он попытался высвободиться, но Могенс усилил хватку, и, чтобы вырваться, ему пришлось бы применять силу. На долю секунды в глазах Грейвса полыхнул огонь ярости, но так же быстро угас, прежде чем ситуация вышла из-под контроля.

— Тебе не кажется, что пора наконец объяснить, что здесь вообще происходит? — жестко сказал Могенс.

Его захват был выполнен таким образом, что пальцы не касались черной кожи перчаток, но взгляд так красноречиво выражал то, на что он намекал, что Грейвс должен быть слепым, чтобы его не заметить. Он еще раз попытался высвободиться, но Могенс держал его руку железной хваткой, и наконец Грейвс сдался. Он молча кивнул Могенсу, тот отпустил его запястье и отступил на шаг.

— Ты что, и в самом деле не догадываешься? — Он снисходительно качнул головой. — Странно. Я был убежден, что ты давно понял.

— Что? Прекрати наконец говорить загадками. — Голос Могенса звучал устало, почти бесцветно. Он намеревался сказать это твердо, но уже не мог.

— Как думаешь, Могенс, зачем я тебя сюда позвал?

Могенс непонимающе посмотрел на него, но Грейвс жестом поторопил его с ответом, и он наконец сказал:

— Потому что тебе была нужна моя помощь.

— Твоя помощь. Да, конечно. — Непонятно по какой причине Грейвса развеселил этот ответ. — А в чем? — Движением своей жуткой руки он остановил поток его слов и продолжил сам: — Раскапывать храм пятитысячелетней давности? Или расшифровывать иероглифы на стенах? — Он гнусно засмеялся. — Не обижайся, Могенс, но для подобных дел есть специалисты и получше тебя. Незабвенная мисс Хьямс, например. Она была светилом в своей области. Да ты это, должно быть, и сам заметил.