Анубис - Хольбайн Вольфганг - Страница 110

— Не… — мисс Пройслер умоляюще посмотрела на Могенса и, как завороженная, снова устремила взгляд вниз. — Не здесь. То есть не…

— Вы не видели всей картины целиком, да? — подсказал Могенс.

— Я… я была в доме. В чем-то наподобие дома. То есть… я думала, это…

— Не надо, мисс Пройслер, — сказал Могенс, увидев, что голос окончательно отказал ей.

Мисс Пройслер только беспомощно кивнула. Грейвс изготовился было к новому беспощадному комментарию, но Могенс бросил ему такой взгляд, что тот предпочел проглотить свои колкости.

— Что это, профессор? — справившись с собой, спросила мисс Пройслер. — Пожалуйста, скажите мне, что там такое?

С какой охотой ответил бы Могенс на этот вопрос! С какой охотой объяснил бы это хотя бы себе самому! Но все, что он мог, только бессильно покачать головой. Даже неугомонная часть его сознания, которая постоянно работала над рациональным объяснением всего и вся — кроме одного-единственного страшного события много лет назад — и он не мог заставить ее замолчать, на этот раз безмолвствовала. Он чувствовал себя опустошенным. Раздавленным масштабом и чужеродностью этого подземного города. И все-таки жутким образом — в который раз! — чувствовал, что этот неизвестный вид ему знаком.

— Это… что-то вроде города? — спросил он у Грейвса, не поворачиваясь к нему.

— Не уверен, — ответил тот. — То есть я не имею в виду, что наши монстры обитают в ямах и расселинах. Для этого они слишком… цивилизованны и развиты. Но это… — Он покачал головой и, как показалось Могенсу, обескураженно признался: — Не знаю.

— А откуда свет? — спросил Том.

Могенс растерянно посмотрел на него, а у Грейвса ответ был наготове чересчур быстро, на вкус Могенса, — хотя и для него вывод был очевиден.

— Видите эти светящиеся пятна повсюду на стенах и на своде? Полагаю, речь идет об испускающих свечение грибах или подобных неизвестных нам организмах.

Не только Том, но и Могенс невольно последовали взглядом за его указующим жестом. Повсюду на скалах и даже на полу были беспорядочно разбросаны волокнистые лоскуты, напоминавшие заплаты, испускавшие то самое зеленоватое свечение, наполнявшее пространство. Свет одного лоскута вряд ли был бы заметен, но в совокупности они давали освещенность, как при полной луне в ясную ночь.

— И это вы не считаете творением дьявола? — спросила мисс Пройслер.

В глазах Грейвса сверкнул недобрый огонек, но Могенс снова остановил его быстрым предостерегающим взглядом. Мисс Пройслер была в шоке от того, что ей довелось увидеть, и еще не преодолела его. Она, как и Могенс, который в определенные моменты отчаянно цеплялся за научное объяснение и логику, неколебимо держалась за христианскую веру, чтобы не потерять связь с реальностью. Похоже, Грейвс в последнюю минуту понял это и вместо привычных злых насмешек ограничился объяснением в довольно доброжелательном деловом тоне:

— Такие явления не редкость, моя дорогая. Науке известны многочисленные формы жизни, испускающие свечение. Вам не приходилось видеть светляков?

— Разумеется, — сухо ответила мисс Пройслер. — Но это совсем другое дело!

— Почему же? В принципе это одно и то же. Если не верите мне, спросите Могенса. Он подтвердит вам, что в этом нет ничего необычного. Существуют и глубоководные рыбы, у которых в передней части имеются настоящие фонари, чтобы привлекать жертву. А также много видов растений, заманивающих таким образом насекомых для опыления. Эти организмы здесь, — он, не выбирая, ткнул в ближайшее светящееся пятно, — в принципе ничем не отличаются. Удивительные и определенно не известные науке, это да, но никакое не чудо. И не порождение дьявола.

Могенсу показалось, что мисс Пройслер на самом деле удовлетворилась таким объяснением, но все-таки она бросила ему еще один взгляд, молящий о поддержке, и слегка обиделась, не получив ее. В конце концов, она, может быть, из чистого упрямства протянула руку в сторону пещеры, простиравшейся перед ними, и осведомилась у Грейвса:

— Не хотите ли вы сказать, что все это там творение рук человеческих?

— Ни в коем случае!

Грейвс печально покачал головой и, казалось, собирался добавить что-то еще, но внезапно запнулся и странно посмотрел на мисс Пройслер, что побудило Могенса внимательнее глянуть ей в лицо и последовать взглядом за ее жестом.

Он-то машинально решил, что ее вопрос относится к омерзительному городу внизу, а теперь ему стало ясно, что это не так. Да, она смотрела в том направлении, но отвращение, написанное на ее лице, предназначалось не извращенным строениям и руинам. Ее взгляд был устремлен на покатый склон под ними, усеянный миллионами острых каменных обломков. И это стало его вторым заблуждением.

То, что он принял за камни, оказалось костями. Черепа, ребра, тазобедренные, локтевые, лучевые, берцовые кости, косточки кистей и стоп, челюсти, позвонки, лопатки, коленные чашечки.

Останки скелетов. Человеческих скелетов.

Могенс удержался от соблазна вытащить часы и бросить на них взгляд, что далось ему нелегко, но пришлось, потому что ему требовались вся его сила и ловкость, чтобы сохранять равновесие, ступая по страшному грунту из разъезжающихся во все стороны костей. По его подсчетам, им потребовалось около получаса, чтобы спуститься к подножию жуткой «костяной горы». Здесь пол не был усеян метровым слоем человеческих останков, но химерический глетчер не был стабилен. Даже под их осторожными шагами то и дело обрушивались небольшие лавины из катящихся черепов и завихренного потока костей конечностей, которые будто насмешливо махали им. И даже на расстоянии пятидесяти шагов от подножия склона они повсюду натыкались на человеческие останки. В основном они были такими древними и истлевшими, что их происхождение скорее угадывалось, и то если знать, в чем здесь дело. Но эти догадки были настолько верны, что Могенсу все больше становилось не по себе. Еще недавно, стоя у края обрыва и готовясь спускаться сюда, Могенс беспокоился, хватит ли у мисс Пройслер духу преодолеть все это. Теперь он не был уверен в отношении себя.

И в студенческие годы, и раньше — поскольку с детских лет грезил о древних культурах и погибших царствах — он спускался не в одну могилу, а в осклабленный череп заглядывал чаще, чем любой из студентов, которым он преподавал в последние годы археологию, в книги. Если бы еще вчера кто-нибудь сказал, что при виде могильника страх сдавит ему горло, он бы рассмеялся тому человеку в лицо.

Только здесь был не обычный могильник.

Могенс спрашивал себя, прах скольких столетий рассыпается у них под ногами. Небольшое кладбище позади лагеря Грейвса насчитывает едва ли сотню лет, а городок, к которому относится кладбище, даже приближенно не так велик, чтобы здесь были лишь кости его прежних обитателей. Даже если на этом месте когда-то было капище язычников или захоронения живших здесь индейцев, прежде чем бледнолицые согнали их с исконных земель, и тысячелетий не хватило бы, чтобы здесь скопилась такая прорва костей. Должно быть, чудовища стаскивали сюда мертвецов со всей дальней округи.

— Там, впереди! — Грейвс протянул руку в сторону раскоряченной уродливой насыпи, которую легко было принять за застывшие потоки лавы, если бы в ней не было дверного и нескольких оконных проемов явно искусственного происхождения.

Они долго обсуждали, как им двигаться дальше. Даже Грейвс на короткое мгновение замешкался, когда Могенс предложил вернуться назад и прийти сюда позже и лучше оснащенными, но потом даже не снизошел до ответа. Могенс же просто пошутил. Те разрушения, которые он видел в храмовой зале, ясно давали понять, что не может быть никакого «потом». При малейшем подземном толчке все рухнет, а такового, судя по географическому положению места раскопок, следовало ожидать в ближайшее время. Ему даже стало стыдно за свою шутку, но, если бы Грейвс принял его безрассудное предложение, от стыда он просто сгорел бы.