В полушаге от любви - Куно Ольга - Страница 61

На следующий день после охоты большинство придворных были настроены на отдых, кто – от физических упражнений, а кто – просто от избытка свежего воздуха. Мы с Дэйвидом и Илоной расположились возле одного из столиков Цветочного зала, того самого, где я не так давно безуспешно пыталась соблазнить маркиза Дориона. Безуспешно по вине одного не в меру наглого негодяя. Впрочем, стоит ли вообще про него вспоминать? К счастью, на сей раз его здесь нет. Зато я сижу на кушетке рядом с Дэйвидом.

Я покосилась на своего спутника, как раз обсуждавшего с Илоной какую-то книгу. Что сказал бы Дэйвид, узнай он, как я, флиртуя, спаивала маркиза, устроившегося на этой самой кушетке? И поступала так исключительно в интересах дела? Тут даже раздумывать не о чем: он бы точно меня не одобрил. Дэйвид из тех людей, которые сами никогда не поступают подобным образом и считают, что другим тоже не следует так себя вести.

Я слабо улыбнулась. Забавно. Вот Эстли, каким бы негодяем он ни был (а может быть, именно поэтому), понял меня моментально. И, кстати сказать, я ничуть не упала в его глазах из-за такого поступка, пусть он и сделал все возможное, чтобы мне помешать. Он не счел меня ни испорченной, ни развратной, ни бесчестной. О боги, что я делаю? Ведь решила же, что не стану о нем думать! Вот лучше поучаствую в обсуждении модного литературного произведения.

Однако переключить внимание на дискуссию о романе мне не довелось, поскольку к нам как раз подошел не кто иной, как виконт Берриньи. Остановившись возле нашей компании, он обратился прямиком ко мне:

– Леди Инесса, не могли бы вы представить мне свою подругу?

Илона при виде виконта сразу набычилась.

– С радостью, – тем не менее ответила я. – Илона, это виконт Ренуар Берриньи, гость герцога, большой любитель охоты. Лорд Ренуар, это леди Илона Деннис.

Берриньи собирался сказать, что рад знакомству, но не успел. Илона перехватила инициативу быстрее.

– А это – стул, – едко произнесла она, указывая вниз, на деревянные ножки вышеназванного предмета мебели. – Он обладает кротким нравом, не встает на дыбы и не пытается сбросить меня на землю. Попрошу вас на всякий случай иметь это в виду.

Я перевела заинтересованный взгляд на Берриньи. Как-то он отреагирует? Однако виконт оказался парень не промах.

– На вашем месте я бы не стал говорить с такой уверенностью, – ласково улыбнулся он. – От такого тяжелого характера недолго взбеситься даже стулу.

Илона поглядела на него чрезвычайно внимательно. Откинула крышку табакерки, понюхала щепотку табаку и снова отставила табакерку на стол.

– Вы всегда столь своеобразно начинаете новые знакомства? – поинтересовалась она.

Похоже, слова виконта мою подругу не оскорбили, но зато озадачили.

– А вы всегда бываете при первом знакомстве столь милы и приветливы? – парировал Берриньи.

– Все зависит от того, что предшествует такому знакомству, – откликнулась Илона.

В ее глазах загорелись искорки ожидания: что ответит на это собеседник? Тот не заставил себя долго ждать.

– А мне казалось, гораздо важнее, что за знакомством воспоследует.

Я с удовольствием дослушала бы разговор, но подбежавшая ко мне горничная принесла донесение, проигнорировать которое я никак не могла. Шепнув Илоне пару слов и извинившись перед Дэйвидом, я спешно покинула зал.

Согласно полученному мной сообщению, герцог в срочном порядке вызвал Мирейю для семейного разговора. Приглашение было передано чрезвычайно жестким тоном и больше напоминало приказ. Я поспешила к месту встречи. Опыт подсказывал, что семейный разговор представителей рода Альмиконте непременно будет проходить при нескольких свидетелях, а раз так, я имею хорошие шансы получить разрешение на присутствие.

Я оказалась права. В голубой гостиной, где герцог ожидал свою сестру, уже присутствовал Эстли и еще один советник лорда Альмиконте. Мирейя тоже пришла не одна, а в обществе Лоретты. Я присоединилась к ним у самого входа, фактически сменив Эмму, которая была вынуждена, напротив, остаться у дверей. Присутствие камеристок, как и прочих слуг, на подобных встречах не предполагалось. Минуту спустя наши ряды пополнила и подоспевшая Илона.

Дождавшись, пока дамы рассядутся, герцог, наоборот, поднялся с кресла и встал непосредственно напротив своей сестры. Та встретила его взгляд, вопросительно изогнув брови и отвечая холодом на холод. Эстли стоял в стороне, прислонившись плечом к стене и явно не собираясь принимать активного участия в разговоре, если только того не потребуют обстоятельства. Но по его довольному лицу я поняла, что свою часть работы граф уже выполнил.

– Леди, – стальным голосом произнес герцог, обращаясь к сестре, – я требую от вас объяснений. В руки моих людей попало адресованное вам письмо.

Он помахал перед носом Мирейи исписанным листком бумаги. Я бросила быстрый взгляд на Эстли, уже догадываясь, в руки каких именно «людей» это письмо попало. Подозревала я также, что произошло это далеко не случайно.

– Это письмо следующего содержания, – продолжил герцог, холодно чеканя слова. И, поднеся листок ближе к глазам, зачитал: «Возлюбленная! К моему огромному сожалению, я не смогу прийти в твои покои сегодня вечером, как обещал в нашу прошлую встречу. Моя жена что-то подозревает и не отходит от меня ни на шаг. В придачу сегодня нам надумали нанести визит ее родители. Но я нашел подходящий предлог для того, чтобы воссоединиться с тобой завтра. Скучаю по тебе. С любовью, твой» – и подпись, вне всяких сомнений, принадлежащая лорду Оскару Велдо, – не без торжества в голосе заключил герцог. – Итак, моя дорогая сестра, есть ли у вас хоть какое-нибудь объяснение этому посланию? Трудно передать, как сильно я разочарован и возмущен столь недостойным поведением, порочащим честь рода Альмиконте.

Я застыла, как, впрочем, и вся женская половина присутствующих. Казалось, что грудь одеревенела, и от этого стало трудно дышать. Очень хотелось прибить герцога и Эстли, но еще больше – идиота Велдо. Надо же было додуматься написать Мирейе такое письмо, да еще и подпись свою под ним поставить! Неужели трудно догадаться, что ни в одном дворце нельзя доверять подобные вещи бумаге?! Ну почему среди любовников Мирейи красивые мужчины встречаются все чаще, а мало-мальски адекватные – все реже?!

Последнее, впрочем, оставалось сугубо риторическим вопросом, а сейчас было важно думать, как выкрутиться, и думать быстро. Цель герцога кристально прозрачна; когда-то мы уже обсуждали ее с Илоной. Если Конраду Альмиконте удастся заполучить весомые доказательства виновности Мирейи – а можно считать, что он их уже заполучил, – он будет вправе обойтись с сестрой так, как пожелает. Захочет, выдаст замуж за человека по собственному выбору, захочет, сошлет в монастырь. И на сей раз король за нее не заступится. Узнав о том, что леди Альмиконте не просто завела любовника, а соблазнила женатого мужчину, монарх будет целиком и полностью на стороне герцога.

По всему выходило, что письмо обернется для Мирейи катастрофой. Она это понимала, хоть и продолжала держаться с достоинством. Только слегка побледнела, что было заметно, даже несмотря на макияж, и сидела неестественно ровно. Она уже открыла рот для ответа, когда я вскочила на ноги.

– Простите, леди Мирейя! – воскликнула я. Чувство было такое, будто меня скрыла с головой волна ледяной воды. Я понимала, на что иду, но не намеревалась отступать. – Я попросила Оскара Велдо не писать мне напрямую. Боялась, что нашу с ним связь кто-нибудь раскроет. Поэтому я сказала, чтобы он отправлял письма на ваше имя, ведь именно я всегда просматриваю вашу почту. Я не учла того, что ставлю под угрозу вашу репутацию. Еще раз умоляю вас меня простить.

Все это время я смотрела исключительно на Мирейю. Видела, как изменился ее взгляд, когда она поняла, куда я клоню. В какой-то момент услышала, как рядом тихонько охнула Илона. О реакции же герцога могла только догадываться – до тех пор, пока он сам не обратился ко мне: