Потрошитель душ - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 26

– Подумаешь, какая-то шлюха! К тому же алкоголичка! – фыркнула Эльвира, и от ее слов ЛДК, пребывавший, по всей видимости, в писательской нирване, вздрогнул.

– А кого убьет ваш книжный Джек следующим? – спросил Столяров, и писатель, поднимаясь из кресла, проворчал:

– Да что вы все хотите знать подробности еще не оконченной второй части моей новой повести! Может, он вообще покончит жизнь самоубийством, как, согласно некоторым версиям, сделал реальный Джек-потрошитель!

– Вспоров до этого брюхо как минимум шести шлюхам! – грубо вклинилась Эльвира, на что Столяров ядовито заметил:

– А вы, оказывается, отлично осведомлены о деяниях маньяка, бесчинствовавшего в конце позапрошлого века!

Доктору Бергамотову тоже стало любопытно, откуда Эльвире известны такие детали – на человека, увлекающегося криминологией, она не походила.

– Еще пять убийств? – быстро спросила она у ЛДК. – И давайте договоримся, в каждой части будет всего одно!

– Ни о чем я договариваться не буду! – завопил, сатанея, беллетрист. – Что вы все на меня насели! А то вообще уйду в запой – и все тут! И не будет никакой вам второй части! И тем более третьей, четвертой и так далее и тому подобное!

Угроза была более чем реальная. Но Михаил Николаевич жестко произнес:

– Тогда умрет еще один человек. Вы готовы быть косвенно к этому причастным?

ЛДК уставился на него злобным взглядом, потом, поразмыслив, вдруг успокоился и примирительно сказал:

– Ладно, так и быть, изменю вторую часть и вставлю туда этого треклятого розового слона. Но за это требую увеличить мне гонорар!

Эльвира буквально подскочила и завопила, что это невозможно – кризис, падающие тиражи, все такое.

– Но вы же сами только что расписывали, как все хотят заполучить первую часть моей новой повести! – произнес с сахарной улыбкой писатель. – А за все последующие вы будете взимать мзду. Изначально планировалась иная модель. Но раз «Ктулху» делает на этом прибыль, то я тоже хочу! Или ухожу в запой!

Эльвира заявила, что без Юрия Викторовича она ничего обещать не может, на что писатель разразился дикими криками:

– Лариса! Лариса! Иди же сюда!

Прибежала экономка, которой он велел принести бутылку виски. Экономка в ужасе взглянула на доктора Бергамотова, тот отрицательно качнул головой, тогда ЛДК, отодвинув ее в сторону, сам прошествовал на кухню и вернулся с бутылкой виски в руках.

– Думаешь, не знаю, где ты спиртное прячешь? – спросил он всхлипывающую женщину. – Не зря же я детективы пишу!

Он упал в кресло, открутил пробку, поднес бутылку к губам и злорадно прошипел:

– И только попробуйте отнять, я тогда вообще в «Вольдеморт» уйду! Потому что мы живем в свободной стране – хочу упиваюсь до поросячьего визгу, а хочу – дописываю вторую часть повести!

Подмигнув доктору, он приложился к бутылке, и тогда, не выдержав, к нему подошел Столяров:

– Получите все, что хотите!

ЛДК, ожидавший такой развязки, поставил бутылку на ковер, вздохнул и произнес:

– Ну вот и славненько! Все слышали? Однако ж хочу письменно, с подписью генерального и круглой печатью! Даю вам два часа, а потом…

Он подхватил открытую бутылку и направился в свой кабинет.

– Время идет! – произнес ЛДК нараспев. – И?д?ё-ё-ё?т!

И закрылся в кабинете на ключ. Эльвира топнула ногой и завопила:

– Все, что хотите! А если он вообще с катушек слетит?

– Ну, собственно, он уже частично слетел! – парировал Столяров. – Или ты хочешь, чтобы ЛДК привел в исполнение угрозу, ушел в трехнедельный запой и забросил написание повести?

– Ничего, подключим команду литнегров, они нам быстро сваяют вторую часть и все последующие! – рявкнула Эльвира, на что Владислав расхохотался:

– Не забывай, это сам ЛДК, а не какая-то мелкая плагиаторша Софья Скорпионова. К тому же у нас с ним заключен договор на последующие четыре книги. И если мы выпустим под его именем чью-то чужую писанину, он точно убежит в «Вольдеморт»! Ты этого хочешь? Ты ничегошеньки не понимаешь в тонкостях литературного бизнеса!

– А ты ничегошеньки не понимаешь в пиаре, бухгалтерии и… – завелась «властительница тьмы», но тут ее телефон издал пронзительный писк. Секундой позже запищал мобильный Столярова.

Они одновременно прочли пришедшее сообщение, и Эльвира возбужденно закричала:

– Атьман нашел ее! Девицу! Она существует!

– Конечно, она существует! – буркнул доктор. Он был несказанно рад, что Ариадна нашлась, но, с другой стороны, она попала в лапы Атьмана…

Хотя тот обещал, что будет обращаться с ней бережно… Но можно ли ему верить?

– Или вы думали, что она плод моего воображения? – продолжил Бергамотов язвительно. – Вынужден вас разочаровать.

Эльвира сделала вид, что не расслышала его реплики, и принялась названивать Олегу Францевичу. Владислав Столяров, в свою очередь, позвонил в издательство, требуя немедленно прислать курьера с новым договором для ЛДК.

Михаил Николаевич отправился на кухню и попросил экономку приготовить ему крепкого кофе. А сердце его билось быстро-быстро – он ведь знал, что вскоре увидится с Ариадной…

Встреча состоялась вечером того же дня. ЛДК, милостиво соизволив подписать новый, чрезвычайно выгодный договор, вручил доктору непочатую бутылку виски и воскликнул:

– Гордитесь мной! Хоть в кабинете у меня стояла, ни капельки в рот не взял! Сила воли у меня небывалая!

– Ради такого гонорара я бы тоже ото всего на свете отказалась! – процедила Эльвира.

Писатель, смерив ее жалостливым взглядом, заметил:

– Несчастный вы человек, Ильинская! Но мне пора! Потому что в голову пришла удачная, крайне удачная задумка! И руки чешутся… Буду работать всю ночь до утра! Так что завтра к вечеру сможете загрузить вторую часть. И «капусту» срубим, и человеку жизнь спасем!

Он снова заперся в кабинете, а Эльвира распорядилась, обращаясь к Бергамотову и Столярову:

– Вы, девочки, останетесь здесь и будете контролировать процесс написания второй части. Завтра к двенадцати ноль-ноль она должна быть написана и вычитана корректором!

– А ты куда? – поинтересовался Столяров. – Не на встречу ли с таинственной нашей ясновидящей? Тогда я буду тебя сопровождать!

– И я тоже! – вырвалось у Бергамотова.

Оба «ктулхушника» уставились на него, и доктор быстро пояснил:

– При общении с ней у меня сложилось впечатление, что мы имеем дело с особой ранимой, тонкой душевной организации. Меня она уже знает, вас – нет! Вы не сумеете разговорить ее, я же смогу!

Столяров задумчиво произнес:

– Ну, не знаю… Мне пока что все равно делать нечего, пока ЛДК дописывает вторую часть… А вот вы ему, может, и понадобитесь…

Эльвира, смерив доктора странным взглядом, сказала:

– А почему бы, собственно, и нет? Дон-кихот вы наш сутулый! Только, девочки, подвозить вас я не намерена! Сами доберетесь!

Михаил Николаевич не мог объяснить, отчего Эльвира благосклонно отнеслась к его идее. То ли вняла его аргументам (что невероятно), то ли решила – в пику Столярову – отстаивать противоположную точку зрения (что маловероятно), то ли…

То ли еще по какой-то скрытой причине.

Но доктору было наплевать – главное, что он получил возможность принять участие в разговоре с Ариадной. Потому что он хотел увидеть ее – и защитить ото всех этих «ктулхушников», которые желали одного: узнать правду.

Не понимая, что правду, возможно, узнать просто невозможно!

И именно для того, чтобы помочь им осознать это, и требовалось его присутствие. Ну и, конечно, чтобы снова увидеться с ней…

С Ариадной…

Больше всего он боялся, что Олег Францевич и его ребятки нагнали на девушку страху, не дай бог, применили силу, быть может, похитили ее! Отчего-то в мозгу у него вспыхивала картинка: несчастная, с расцарапанной щекой девушка в порванной одежде, над которой нависли зловещие «ктулхушники», желающие узнать, на кого она работает на самом деле…