Долгое ожидание - Спиллейн Микки - Страница 62

— Что это, Джонни? — прошептала она. Я не был с ней деликатен. Нет, я оторвал от себя ее руки и толкнул ее так, что она ударилась спиной о комод и осталась там стоять, закрыв руками уши, точно не желая слушать то, что я собирался ей сказать.

— Они все мертвы: Эдди, Серво, Гардинер, Харлан, Трои — все, черт побери! Все кончено.

Я думаю, только в ту минуту ей стало понятно, зачем я пришел. Она задрожала, но была не в силах сдвинуться с места.

— Мне следовало бы сказать: “Хэлло, Вера!” — когда я вошел, — сухо проронил я. — Ведь тебя так зовут. Вера Уэст, правильно?

Она облизнула пересохшие губы и не произнесла ни слова.

— До чего же ловкий парень этот Ник! Он с первого взгляда понял, что я не Джонни Макбрайд, и направил меня прямо к тебе, чтобы ты через меня снова могла добраться до Серво. Месть, вот как это называется, не так ли?

Я снял пальто и бросил его на стул. Пистолет в кармане лязгнул о пол. Я расстегнул ремень и перебросил его через руку.

— Раздевайся, Вера...

Теперь в ее глазах был настоящий ужас. Они стали большими и блестящими, и ее взгляд следовал за движениями моих рук. Я сложил ремень вдвое и резко взмахнул им в воздухе.

— Итак, раздевайся, — повторил я. — Я знаю, что не ошибся, но все-таки хочу окончательно удостовериться. Как видишь, я обхожусь с тобой по справедливости.

Неожиданно ужас в ее глазах сменился вызовом. Она протянула руку к вороту блузки и расстегнула первую пуговицу, потом следующую и так до конца. Блузка мягко скользнула на пол и свернулась кольцом у ее ног.

— Кое в чем мне было не так просто разобраться. В том, что касалось тебя. Во-первых, каким это образом мы так быстро сошлись с тобой? Не каждый согласится приютить человека, подозреваемого в убийстве. А тебе почему-то было на это наплевать.

Звякнула “молния” на юбке, которая присоединилась к блузке. Машинально приподняв край комбинации, Вера ловким движением стянула ее через голову и швырнула в дальний конец комнаты. Теперь на ней оставались лишь бюстгальтер и кружевные трусики, ничего не скрывающие. Она застыла как статуя. Высокая, стройная, загорелая, с чудесными ножками и шелковистой кожей.

— Ты живешь здесь, на окраине города, в котором любая девушка с твоей внешностью могла бы иметь все. Но ты никогда не появляешься в городе. Ты работаешь в придорожном ресторане, с гримом на лице, под вымышленным именем. Мне следовало догадаться о чем-то еще тогда, когда ты отказалась поехать со мной в центр. Ты боялась. Ведь кто-то мог узнать тебя. Ты забилась в эту нору, моля Бога, чтобы случилось чудо и ты сумела бы отомстить Ленни. И когда появился я, ты воспользовалась шансом.

На бюстгальтере тоже была “молния”. Она дернула ее, и он упал вниз. Ее роскошные груди, упругие и прелестные, слегка вздрагивали от сдерживаемого волнения. Плечи у нее были прямыми и широкими, и нежная ложбинка бежала по спине до самой талии.

В глотке у меня пересохло, мне стало трудно говорить.

— Когда я попросил тебя разузнать о Такере, ты от, правилась в парикмахерскую, просто чтобы убить время. Тебе ничего не нужно было делать: могу поспорить, вы с Ником немало потрудились в свое время, собирая информацию. И вообще, ты знала подозрительно много решительно обо всех. Это ты сообщила мне о Харлан, изменив голос. И позаботилась, чтобы я стал искать ее. Чтобы отомстить, тебе требовалась твердая мужская рука. И ты ее нашла. Хотел бы я теперь узнать, зачем тебе все это было нужно, Вера? Зачем? Ты не умрешь, как другие, но тебе будет очень-очень больно, и на всю жизнь ты сохранишь на своем теле рубцы. Джонни был отличным парнем.

Она не стала мне отвечать. Легким движением она скинула трусики и переступила через них, когда они упали на пол. Теперь на ней ничего не было, кроме черных туфелек, и она все так же неподвижно стояла у комода, опершись о него локтем. Я посмотрел на нее голодными глазами, понимая, что вижу эту нагую красоту в последний раз. Я взмахнул ремнем, но пока не ударил.

— Все было отлично продумано, Вера. Натуральная блондинка красила корни волос, чтобы все принимали ее за крашеную брюнетку. Вероятно, парикмахеру пришлось немало повозиться с тобой, чтобы получить необходимый эффект. И теперь тебя не могли узнать даже те, кто был хорошо знаком с тобой. Ловко придумала! И не удивительно, что ты не захотела показываться мне обнаженной при свете. — Рот у меня пересох, и что за отвратительный привкус! — Да, это было долгое ожидание, Вера. Ты очень изменилась с тех пор, как снялась на той фотографии, которую показывал мне Логан. Но ты все еще прекрасна. Сколько раз, наверное, Джонни скрипел зубами, вспоминая о твоем предательстве! — И я снова занес руку с ремнем над головой.

Ящик комода открылся и закрылся с быстротой молнии, и я увидел, что она целится в мою грудь из пистолета. Маленький, но вполне надежный. Что ж, так и надо такому болвану. Болтая без остановки, как базарная шлюха, я опять угодил в ловушку.

Лицо ее приняло какое-то странное выражение. Она вдруг указала дулом пистолета на туалетный столик позади меня и приказала:

— Загляни в верхний ящик!

Я был не в силах пошевелиться от потрясения. Но странное волнение в ее голосе заставило меня повиноваться. Я открыл верхний ящик и увидел кучу своих фотографий. Кучу Джорджей Уилсонов.

— У Ника они тоже есть.

— Посмотри на дату.

Все даты были семилетней давности, и на каждой фотографии был штамп доставки. Она не сводила с меня глаз.

— Мы с Ником знали о Джордже Уилсоне с тех самых пор, как Джонни Макбрайд покинул город. Полиция вручила их Нику задолго до этого. Потому что Джорджа Уилсона начали разыскивать гораздо раньше, чем случилась вся история с Джонни. А теперь загляни в соседний ящик.

Я ничего не соображал, и руки плохо меня слушались. Сумасшедшие мысли носились в голове. Я открыл ящик и достал конверт. В нем лежала купчая на дом, в котором мы находились. Она была оформлена на имя Джонни Макбрайда. Здесь же находились демобилизационное удостоверение и письмо министерства обороны.

— Прочти его.

В письме излагались все подробности военной карьеры Макбрайда. Он прошел специальное обучение и всю войну провел в глубоком немецком тылу, выполняя секретное правительственное задание. В числе других операций было похищение из секретного сейфа немецкого командования списка агентов, действующих в тылу союзников.