Суета сует. Бегство из Вампирского Узла - Сомтоу С. П. - Страница 88

Они все еще занимались любовью, когда гроб взлетел в поднебесье, подхваченный очередной волной извержения...

Возрождение

Долгая тишина во тьме. Она не видела снов в этом забвении.

Когда она проснулась, любопытство все-таки победило страх, и она сдвинула крышку гроба, привстала, испуганно вскрикнула. Этот крик разбудил Пи-Джея. Они находились где-то под густым навесом листвы; густое сплетение ветвей остановило падение гроба и тем самым спасло их от смерти. Хит столкнула крышку гроба вниз и слушала, как она падает сквозь листья и ударяется о влажную землю. Потом она огляделась. Далеко-далеко, на самом горизонте, виднелся вулкан, молчаливый и неподвижный; и только его вершина мерцала тусклым свечением и едва заметно дымилась в лучах восходящего солнца.

— Где мы? — спросила она. — Это точно не Таиланд. В Таиланде нет вулканов.

— Ты была мертва, Хит.

— Господи! — И тут она все вспомнила. Концерт. Клыки вампира, вонзающиеся ей в запястье. Ее последняя мысль: Я тебя ненавижу, Пи-Джей.

Как она могла думать такое?!

— Неужели это значит, — прошептала она, — что теперь я, я...

— Солнце взошло, Хит. И тебя вроде не испепелили его лучи, так что, я думаю, все хорошо.

— А Тимми? А Эйнджел? А...

— Они стерли себя со страниц книги истории. Ты все увидишь сама. А нам остался дар воспоминаний: потому что все, что мы пережили, было настоящим... и вампиры были настоящими, такими же реальными, как ты и я.

— Ты хочешь сказать, все закончилось?

— Не совсем, Хит... и не закончится, пока жива память.

Он помог ей спуститься на землю. Мужчина и женщина, обнаженные, в зарослях первозданного леса.

— Как в каком-нибудь мифе о первых людях, — сказала Хит и стыдливо укрылась за стволом громадного дерева, пока Пи-Джей пытался сотворить для нее некое подобие одежды из содранной коры.

— Мы можем остаться здесь навсегда, — сказал он. — Я знаю все, что нам необходимо, чтобы выжить в лесу. Я уже давно думаю: а может быть, бросить к чертям эту жизнь белого человека и вернуться к индейским корням?

— Но...

Они вышли на расчищенный участок леса. Их взору открылась геологическая палатка, рядом с которой стоял мольберт, а рядом с мольбертом стоял мужчина, полностью ушедший в работу. Картина была написана в хорошо им знакомом стиле неореализма, вот только тема картины была совершенно иной.

Он стоит над пылающим озером, его наготу прикрывает лишь тень огромных кожистых крыльев, распростертых у него за спиной. Хрупкий мальчик, совсем ребенок — но его выдает тоска во взгляде, боль и горечь тысячелетий в его темных глазах. Вокруг клубятся облака серных испарений. Он такой бледный, как будто во всем его теле не осталось ни капли крови; и где-то в самой глубине его глаз, едва различимый, притаился тлеющий огонек.

— Привет! — Художник повернулся к ним. — Ничего себе, живые люди. Сколько я дней тут живу, еще не встречал ни единой живой души. Меня зовут...

— Лоран МакКендлз, — сорвалось с губ Хит. — А меня — Хит, а вот этого господина — Пи-Джей. Неужели ты...

Лоран нахмурился. Неужели он вспомнил?

— Господи, я бы подумал, что это глюки, но я уже, бля, неделю не потребляю таблеток... вот как в жизни бывает... я сбежал в самый дальний и дикий угол планеты, где меня точно никто не знает... и тут я встречаю людей, единственных, может, на всем этом острове, которые знают, кто я такой. Господи, еби! Кто бы мог подумать! А вы, стало быть, тут живете... как последние Адам и Ева в этом последнем на земле Райском саду? Сам-то я ради вулкана приехал. Смотрите, вот что я увидел на его кратере. Вернее, мне это приснилось. Я назвал его Ангел, просто Ангел.

— Это прекрасно, это так... даже не знаю, как сказать... реалистично, захватывающе, — тихо проговорил Пи-Джей. — Словно ты все это видел своими глазами.

И только теперь Хит поняла, что мир, в котором они оказались, — это совсем другой мир, что Тимми и Эйнджел уничтожили друг друга в момент извержения безымянного вулкана, освободив тем самым некие силы в тонкой материи бытия, которые стерли все следы их существования во вселенной.

— Вот бля, — выругался Лоран, — у меня кончился красный ализарин, а ближайшее подобие цивилизации — в двух неделях ходьбы отсюда. А я ведь думал, что надо взять больше. На вулканы уходит так много красного: киноварь, алый, красный кадмий; темно-красный, ярко-красный, кислотно-красный, неоново-красный, да назовите любой, вот они, здесь.

— Мы можем составить тебе компанию, — сказал Пи-Джей, — я немного разбираюсь в том, как выжить в лесу... хотя здесь все не так... все не то, к чему я привык, но я, мне кажется, справлюсь. Так что идемте.

— Не надо никуда идти, — сказала Хит. До ее слуха сквозь далекий грохот, сквозь щебет, кваканье, пронзительные крики и шепот леса донесся звук приближающегося вертолета. И, повернувшись к Пи-Джею — словно она сама творила реальность, опережая ее на мгновение, — она сказала:

— Ты разве не помнишь, дорогой? Сегодня же воскресенье... а мы попросили, чтобы именно в этот день за нами прислали вертолет, чтобы забрать нас отсюда...

— Богатенькие исследователи диких джунглей, — усмехнулся Лоран, — неужели я слышу... тайский... акцент, леди... Хит? Я сам из Лос-Анджелеса, но я долго прожил в Таиланде. Я должен был сразу уловить ваш тайский акцент, как только услышал. Парочка миллионеров, играющих в Адама и Еву, — вот это по-настоящему круто. Я уверен, мы друг другу понравимся. Так вы уже поднимаете паруса на вашей яхте? Не предложите мне прокатиться с вами? Я бы не отказался... Говорят, что вулкан скоро взорвется ко всем чертям.

— Мы сделаем больше, чем просто предложим вам прокатиться с нами, мистер МакКендлз, — сказал Пи-Джей. — Знаете, у нас с Хит собственная картинная галерея, как раз в Лос-Анджелесе...

— "А может быть, бросить к чертям эту жизнь белого человека и вернуться к индейским корням?" — поддразнила его Хит и игриво пихнула под ребра.

— Замолчи, женщина! — подыграл он. — Я тебя обожаю.

22

Подслушанное на открытии другой галереи

Vanitas

— Это что-то сатанинское или где? — спросило прикинутое панком создание неопределенного пола в огромных зеркальных темных очках.

— Не знаю. Но все эти рокеры-неоготы именно так и считают... как они там называют это новейшее из всех новых течений? Темная волна. Ага. Слышал эту новую группу? «Deep Eynde», у них еще на обложке альбома картина Лорана МакКендлза?

— Какого МакКендлза?

— Вот этого...

Vanitas

Он стоит над пылающим озером. Его наготу прикрывают лишь ярко-красные языки пламени, вырывающиеся из бездны. Широко распростертые крылья у него за спиной едва угадываются в сумрачном лунном свете. Он идет по поверхности горящего озера. И в тех местах, где его ноги касаются раскаленной лавы, она застывает в сверкающий обсидиан... Молоденький мальчик, совсем ребенок, но его выдает точка, боль и горечь тысячелетий в глазах...