Песня сердца - Соммерфилд Сильвия - Страница 14

– Как поживаете, принцесса? Вы не ожидали увидеть меня так скоро и тем более здесь, не правда ли?

Шелби отчаянно пыталась освободиться, извиваясь под тяжестью его тела. Впрочем, она понимала, что все усилия напрасны. Только глаза могли выразить ее чувства.

Бред удовлетворенно кивнул:

– Умница. Сопротивление не приведет к добру. Я ненавижу насилие, но, боюсь, придется опять связать вас. Видно, вам скучно без приключений.

Она яростно тряхнула головой, будто соглашаясь с его предположением. Глаза ее горели, обещая отомстить.

– Я так и думал, – с притворным сожалением вздохнул Бред, – и поэтому пришел не с пустыми руками. – Он завязал ей рот, потом связал кисти рук и лодыжки.

– Я не получаю удовольствия от того, что сейчас делаю. Но вы очень умны, шустры, и вам нельзя доверять ни на минуту. Я давно взял за правило не повторять одну и ту же ошибку дважды.

Он взял одеяло и сложил в него ее одежду. Со вторым одеялом Бред направился к Шелби.

– Сегодня на улице прохладно, и, поскольку вы недостаточно тепло одеты, мне придется позаботиться, чтобы вы не простудились. – И он, как ребенка, ловко спеленал одеялом свою подопечную. В синих глазах тревога сменилась любопытством. Это Бреда позабавило. – Вы думаете, мне не удастся вынести вас?

Она утвердительно кивнула, в глазах появился вызывающий блеск.

– Удастся. Я не сомневаюсь в этом.

Без лишних слов он взвалил на плечо живой сверток и тут же услышал стон беспомощной ярости и почувствовал сопротивление. На легкий предупредительный шлепок по заднице пленница ответила возмущенным стоном.

– Гораздо разумнее было бы вести себя спокойно, – предостерег он, но глаза его смеялись.

На некоторое время сопротивление прекратилось, но Бред не поверил этому видимому смирению и решил, что пленница вырабатывает план новой хитрости.

У конюшни их ждала повозка, в которую он без лишних церемоний загрузил свою ношу. К тому времени мозг Шелби буквально кипел от поисков самых страшных способов мести.

Повозка, чуть осев на передние колеса, тронулась и, миновав центральные улицы, очень скоро выбралась из города. Шелби даже не имела представления, куда они направляются. Где-то через час они остановились в перелеске, столь темном и густом, что не было видно неба и звезд. Бред занялся лошадьми, не обращая на Шелби никакого внимания, будто вместо нее лежал куль с тряпками.

Наконец он подошел к повозке, вытащил упакованную в одеяло Шелби и распеленал.

– У вас все равно ничего не получится, – заявила Шелби, как только Бред развязал ей рот.

– Посмотрим. – Его позабавило сердитое выражение ее лица.

– Меня предали.

– Вы имеете в виду Белль? Она мой хороший, старый друг. Когда я рассказал ей вашу историю, она поняла, что место такой девушки, как вы, дома.

– Я не поеду в Чарльстон.

– Вы уже говорили это не раз, – тон его уже не был насмешливым. – Поедете. У вас достаточно ума и энергии, и вы умеете ими пользоваться, но будьте уверены, у меня тоже хватит ума не доверять вам. Больше я в игрушки не играю.

Глаза их встретились, и, скрестив взгляды, как шпаги, они застыли в молчаливом поединке, будто меряясь силами. Выдержав мимолетную борьбу сама с собой, Шелби уступила сдержанной мудрости. Всему свое время и место. Не сейчас.

– Мы доберемся до Сент-Луиса, а оттуда телеграфируем вашей семье. А сейчас я советую вам поесть и отдохнуть.

Бред отошел к повозке. Шелби оделась, собралась с мыслями и, изобразив улыбку, послушно вернулась к нему. Он посмотрел на нее с удивлением, смешанным с недоверием. Она понимала: нужно придумать что-нибудь другое. Он сказал, что не идет дважды по одному следу. Не нужно. Она придумает что-нибудь этакое, тоже по его выражению, оригинальное.

Глава 5

Джаспер, Доббс и Луиза Мартин ехали не спеша, оставляя для преследователя как можно больше следов. Все это время Джаспер был молчалив и мрачен.

– Тебе все еще не нравится наша затея, – скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Доббс.

Джаспер упорно молчал.

– Почему?

– Будь я проклят, если понимаю почему, – пожал плечами великан.

– Он не должен заподозрить подвоха, ведь весь город видел, что Шелби уехала с нами.

– Хотел бы я, чтобы так и было.

– Ты допускаешь, что может быть по-другому? Почему?

– Не верю, что его так легко провести. Я кое-что узнал о нем, порасспрашивал местного шерифа. Этот Бред Коул – полицейский экстра-класса.

– И что из этого?

– У него отличная репутация.

– Ну и что? – повторил Доббс.

– А то, что он не глупее нас, а возможно, и умнее. А вдруг он догадался? Напрасно она остановила меня тогда. Я не стал бы, конечно, его увечить, только… – Джаспер задумался, подыскивая слова.

– …немного помял бы и уговорил не очень стараться, – закончил за него Доббс. – Послушай, Джаспер, сейчас уже поздно все менять, но если наш план не удастся, – Доббс с надеждой взглянул на великана, – тебе все-таки придется притормозить его.

– Раньше нужно было тормозить.

– Заладил одно и то же, – с досадой ответил Доббс и отвернулся.

Повозка не спеша ехала по дороге. Ночь окончательно вступила в свои права. Луна уже достигла середины небосклона и щедро заливала землю серебристым светом. Доббс заснул, а на душе у Джаспера становилось все мрачнее. Интуиция никогда не подводила его, и сейчас, вспоминая первую встречу с Коулом, он клял себя, что послушался Шелби и оставил ее одну. Этот парень – человек сильный, решительный и очень умный, и их самонадеянность может оказаться роковой. Однажды Джаспер имел дело с конной полицией, и с тех пор хорошо усвоил, на что способны эти парни.

Мысли Джаспера обратились к Шелби. Он не только восхищался красотой и талантом девушки – он искренне любил ее. Чем-то она напоминала ему сестру, которую он не видел очень давно. Внешне они не были похожи, но что-то неуловимое, необъяснимое разумом, роднило этих женщин.

Светало. Джаспер направил лошадей к ближайшему перелеску. Когда лошади встали, из-под полога выглянул Доббс.

– Лошади устали, – объяснил Джаспер. – Их надо накормить и напоить. Да и я проголодался. Держу пари, и Луиза не откажется что-нибудь съесть.

– Ты прав, пора перекусить, – согласился Доббс, потягиваясь.

Луиза, всю ночь проспавшая под убаюкивающие, монотонные звуки дороги, тоже проснулась. Она вылезла из повозки и, поеживаясь от утренней свежести, подошла к мужчинам.

День обещал быть ясным и жарким. Когда лошади отдохнули достаточно, по мнению по-прежнему недовольного Джаспера, путешественники продолжили путь. Но чем дальше они отъезжали от города, тем сильнее становилась тревога Джаспера. Даже беззаботная болтовня Луизы не скрашивала его мрачных предчувствий.

В полдень Доббс, который прекрасно видел, что происходит с другом, взорвался:

– Джаспер, ради всего святого! Хватит страдать! Лучше сделай что-нибудь!

– Например?

– Возьми лошадь и отправляйся в город, удостоверься, что она в безопасности.

Впервые за долгое время великан улыбнулся.

– Я обернусь к утру. Меня никто не заметит.

– Ради Бога, будь осмотрителен, – сухо отозвался Доббс. – Мы подождем тебя.

– Не волнуйся, все будет в порядке. Заодно узнаю, где наш преследователь.

Проводив Джаспера, Доббс задумался. Он называл другом человека, о котором очень многого не знал, но тем не менее был абсолютно уверен в нем. Он не расспрашивал Джаспера о его жизни, видимо, нелегкой: в этих суровых краях прошлое человека неприкосновенно.

Джаспер скакал к городу известными только ему одному тропами, минуя людные дороги. На закате он был почти у цели, но решил дождаться темноты, чтобы не привлекать внимания. С наступлением ночи он спрятал лошадь среди деревьев и вошел в город.

В гостиницу он проник с заднего крыльца, прошел через небольшой зал и поднялся на второй этаж. Вот и комната Шелби. Он тихонько постучал в дверь. Дверь отворили – и Джаспер оказался лицом к лицу с незнакомым мужчиной, по-видимому, несколько удивленным столь поздним визитом.