Из пушки на Луну - Верн Жюль Габриэль - Страница 31

— Ну, а стрельбу слышали? — спросил Ардан.

— Стрельбу? Нет, не слыхал.

— Ни одного выстрела?

— Ни единого. Видно, дичи нет или охотник неважный…

— Что же делать? Что же делать? — произнес машинально Мастон несколько раз.

— Что делать? Одно средство: итти в лес и отыскивать их, — ответил Ардан. — Ничем не рискуем, кроме того, что могут в нас пустить пулю, хотя и не для нас предназначенную.

— Ах, лучше бы десять пуль мне в череп, чем одну в голову Барбикена! — воскликнул Мастон таким тоном, в искренности которого нельзя было сомневаться.

— Если так, то отправимся! — крепко пожимая руку товарища, воскликнул в свою очередь Ардан.

Через несколько секунд оба друга уже исчезли в лесу. Это была густая чаща кипарисов-великанов, кленов, тюльпанного дерева, олив, дуба и магнолий. Деревья росли так близко друг к другу, что их ветви переплетались самым причудливым образом, и сквозь них ничего не было видно даже в нескольких шагах. Долго не встречалось ни одной прогалины.

Мишель Ардан и Мастон шли рядом, молчаливо пробираясь через высокую траву. То и дело приходилось с огромным трудом прокладывать себе дорогу сквозь могучие лианы, пристально вглядываясь в кусты и сплетения ветвей, ожидая на каждом шагу страшного звука ружейного выстрела.

Индеец, быть может, сумел бы разыскать следы, которые должен был оставить Барбикен, пробираясь через лес, но Ардан и Мастон шли наугад, вслепую, еле пробираясь по невозможно трудному пути.

Так прошел целый час в бесплодной ходьбе.

Друзья остановились. Тревога их делалась все сильнее и сильнее.

— Нет! Должно быть, все кончено! — произнес совсем обескураженный Мастон. — Такой человек, как Барбикен, не станет пускаться на хитрости. Он не устроит ни засады, ни западни! Он слишком храбр, слишком честен! Наверное, Барбикен пошел прямо навстречу опасности и… уже нашел смерть…

— Но сказал же тебе дровосек, что не было ни одного выстрела!

— Дровосек мог не услышать. Ветер отнес звук…

— Ну, а мы сами? — возразил Ардан. — Разве мы не услыхали бы: уже целый час ходим…

— А если мы пришли слишком поздно? — произнес Мастон в полном отчаянии.

Ардан не нашел, что возразить.

— Однако нечего тут стоять! Идем снова! Давай кричать, звать их по именам! — сказал Ардан.

Но на крики их не отвечали ни Барбикен, ни капитан Николь. Между тем лес был небольшой, и оба друга скоро исследовали большую его часть. Ничто не выдавало присутствия в нем Барбикена или Николя. Ардан сам начинал сомневаться в словах дровосека и собирался уже бросить бесплодные поиски или, по крайней мере, отдохнуть, как вдруг Мастон, дойдя до одной прогалины, остановился и схватил Ардана за руку.

— Тсс! — произнес он. — Там кто-то есть!

— Кто?

— Мужчина! Он стоит. Ружья у него нет… Что же он там делает? — вопросительно шепнул Мастон.

— Ты его узнаешь? — тем же шопотом спросил Ардан. — Я близорук: мне плохо видно…

— Да, да! Он обернулся!

— Кто же? Кто?

— Капитан Николь.

— Николь! — воскликнул Ардан и почувствовал, что сердце его мучительно сжалось.

Николь без оружия! Значит, ему нечего уже бояться своего врага!…

— Идем к нему! — решительно произнес Ардан. — По крайней мере, будем знать правду!

Пройдя немного вперед, они остановились, чтобы получше разглядеть капитана. Они представляли себе, что увидят человека, насытившегося кровью, празднующего победу, но, всмотревшись в него, были совершенно ошеломлены.

Между двумя громадными тюльпанными деревьями расстилалась густая сетка, и в ней, испуская жалкий писк, барахталась запутавшаяся крыльями крошечная птичка. Птицелов, поставивший эту безжалостную сеть, был не человек: это было дело ядовитого флоридского паука, величиной с голубиное яйцо и с огромными клешнями. Он уже бежал по сетке к своей жертве.

Отвратительное насекомое не успело, однако, ужалить и отравить злосчастную птичку. Перед тем как подбежать к ней, паук завидел страшного врага и поспешно скрылся на высокие ветки дерева.

Врагом ядовитого паука был не кто иной, как капитан Николь. Положив ружье на землю и забыв опасность своего положения, он старался возможно осторожнее освободить птичку из спутавшихся узлов сетки. Наконец это ему удалось, он выпустил птичку из рук, и та, весело взмахнув крыльями, быстро исчезла в воздухе.

Николь с умилением следил за ее полетом между деревьями.

Вдруг над самым его ухом раздались слова, произнесенные взволнованным растроганным голосом:

— Вы хороший человек! Прямо хороший человек!

Николь обернулся. Перед ним стоял Мишель Ардан, повторяя на все лады:

— Великодушный, любезный человек!

— Мишель Ардан! — вскрикнул Николь. — Зачем вы здесь? Что вам тут надо?

— Пожать вам руку, Николь, а затем помешать вам убить Барбикена, а Барбикену не дать убить вас.

— Барбикен! — воскликнул капитан. — Я уже два часа ищу его. Куда он спрятался?

— Николь! — перебил его Ардан. — Это уж невежливо с вашей стороны. Надо всегда уважать противника. Будьте покойны: если Барбикен жив, мы скоро его отыщем. И это тем легче, что и он вас разыскивает… если только не занялся, подобно вам, освобождением птичек, попавших в беду. Но когда мы его отыщем, — попомните слово Мишеля Ардана, — дуэли не будет…

— Между председателем Пушечного клуба, мистером Барбикеном, и мной такая вражда, — серьезно ответил капитан Николь, — что конец ей может быть положен только смертью одного из нас.

— Ну, вот еще! Будет, пожалуйста! — остановил его Ардан. — Такие хорошие, выдающиеся люди, как вы и Барбикен, могут, правда, ненавидеть друг друга, но оба вы достойны большого уважения: должны и вы друг друга уважать. Дуэли между вами, во всяком случае, не будет.

— Нет, будет! Я буду драться!

— Не будете драться!

— Капитан, — воскликнул Мастон от всего сердца, — я близкий друг председателя нашего клуба! Если вам непременно надо кого-нибудь убить, стреляйте в меня: это будет совершенно одно и то же.

— Что это за шутки? — воскликнул капитан, судорожно сжимая ружье.

— Моему другу Мастону совсем не до шуток, — перебил Мишель Ардан, — и я понимаю его желание умереть за человека, которого он горячо любит. Но, ни он, ни Барбикен не падут от пуль капитана Николя, потому что вам и Барбикену я сделаю такое предложение, такое соблазнительное предложение, что вы оба ни на секунду не замедлите его принять.

— А позвольте узнать, какое это предложение? — спросил Николь с явным недоверием.

— Немножко потерпите, — ответил Ардан, — я могу его изложить только в присутствии Барбикена.

— Ну, в таком случае пойдемте его искать! — воскликнул Николь.

Тотчас же все трое пустились в путь. Капитан разрядил свое ружье и пошел нервною походкою, не произнося ни слова.

Прошло полчаса в бесплодных поисках. Мастон не мог отделаться от черных мыслей. Он мрачно всматривался в Николя и спрашивал себя, не притворяется ли этот ужасный человек, удовлетворив свою кровожадную месть, — не оставил ли он под каким-нибудь окровавленным кустом тело Барбикена, смертельно раненного пулей. Иногда казалось, что и Мишеля Ардана тревожит такая же мрачная дума. Оба пристально всматривались в капитана Николя, точно собираясь потребовать от него прямого ответа…

Внезапно Мастон остановился.

В траве виднелся человек. Он сидел, прислонившись к стволу огромного дерева.

— Это он! — крикнул Мастон.

Барбикен сидел совершенно неподвижно. Мишель Ардан подбежал к нему и посмотрел ему в глаза. Но Барбикен не шевелился.

Ардан крикнул:

— Барбикен! Барбикен!

Никакого ответа. Ардан бросился к другу и готов уже был схватить его за руку, но внезапно остановился с криком изумления.

Барбикен водил карандашом по своей записной книжке: писал формулы, чертил геометрические фигуры.

На земле около него лежало незаряженное ружье.

Поглощенный работой, совершенно позабыв о дуэли и о мести, ученый ничего не видел, ничего не слышал. Когда Мишель Ардан положил свою руку на его плечо, Барбикен очнулся и поднял на Ардана удивленный взгляд.